— Можно?
— Цзян Цы, ты получил статус и теперь хочешь большего, да?
Эта фраза крутилась в голове у Ся Цинъюэ, но она не решалась её произнести, потому что звучало слишком резко. Моргнув, она встретилась взглядом с его глазами, цвет которых был глубже янтаря, и вдруг смягчилась.
Нет, нет, они только начали встречаться, и нельзя соглашаться.
Ся Цинъюэ немного подумала, оперлась руками позади себя и приподнялась, а её синие волосы, собранные за ушами, рассыпались по плечам, став мягкими, как вода. Она сидела, и Цзян Цы сидел рядом.
— Уже сегодня переезжать вместе? Не слишком ли быстро у нас всё идёт? Я ещё не готова.
Какие пары начинают жить вместе сразу после того, как начали встречаться?
Разве не должно быть постепенного развития? Но Цзян Цы, конечно, решил пропустить этот этап.
Основной свет в спальне не горел, и комнату освещали только две платиновые бра по бокам кровати, чей холодный белый свет напоминал чистый родник.
Этот мягкий свет падал на синие волосы Ся Цинъюэ, окрашивая их в едва уловимый оттенок и создавая лёгкую дымку, от которой было невозможно оторвать взгляд.
Цзян Цы какое-то время смотрел на её волосы, потом перевёл взгляд на её глаза и почти забыл ответить. На самом деле он просто пошутил:
— Ты правда поверила? Ся Цинъюэ, если ты так легко веришь, как же ты будешь защищаться от мошенников?
Опять он её дразнит.
Ся Цинъюэ признавала, что за время их общения её характер стал «хуже», и когда он её дразнит, ей хочется его ударить. Разжав пальцы, сжимавшие простыню, она слегка стукнула его.
Она всегда контролировала силу, но Цзян Цы воспользовался моментом и притворился, что ему больно. Прижав руку к груди, он обнял её за спину и прижался, выпрашивая ласку:
— Больно, старшая сестра... Ты разбила мне сердце, оно не склеится. Теперь ты должна его починить.
— Детство. — Ся Цинъюэ выдала ему два слова оценки. Секунду назад она делала серьёзное лицо, но тут же не выдержала и рассмеялась. — Я уже обманута. Прямо передо мной сидит самый настоящий злодей.
— Ты видела таких красивых злодеев?
Он был слишком близко, и Ся Цинъюэ чувствовала, как его сердце бьётся неровно, а голос звучал громче, передаваясь через кости прямо в её нервы.
Это напомнило ей, что когда-то она уже слышала его сердцебиение, и она задумалась, о чём тогда думала.
— Ладно. — Цзян Цы обнял её, потом отстранился и поцеловал в щёку. — Я просто шутил. Жить вместе пока не будем. Когда ты будешь готова, тогда и решим, хорошо?
— Хорошо. — Он всегда давал ей чувство безопасности. Ся Цинъюэ кивнула, но, опустив взгляд, снова увидела его родинку. — Не уходи. Я вдруг захотела тебя поцеловать.
Да, вдруг.
Будто эта родинка на его теле загипнотизировала её. Ещё полчаса назад она хотела её поцеловать, и теперь наконец осуществила желание.
Цзян Цы не сразу понял.
Пока он обрабатывал её слова, Ся Цинъюэ уже расстегнула вторую пуговицу его белой рубашки, и когда её пальцы коснулись его ключицы, его кадык дрогнул, пытаясь подавить вспыхнувшее внутри желание.
Она сегодня необычно активна...
Ся Цинъюэ, сосредоточенная на расстёгивании пуговиц, не заметила, как его взгляд потемнел, потому что он не отрывал глаз от её тонких пальцев, белых и нежных, будто пропитанных цветочным ароматом.
Расстегнув рубашку, она подвинулась ближе, положила руку ему на шею и, опустив ресницы, поцеловала родинку на его ключице, так же, как когда-то он в ревности кусал её.
— Старшая сестра... — Хотя он знал, что она хочет его поцеловать, но место стало неожиданностью.
Цзян Цы обнял её за шею, вдыхая её цветочный запах.
Они прижались друг к другу и обнялись.
Его ключицы были чёткими, а родинка — прямо на их изгибе. Алые губы Ся Цинъюэ слегка приоткрылись, мягко касаясь родинки снова и снова и вдыхая его терпкий, манящий запах.
Через некоторое время она отстранилась, провела пальцами по его покрасневшему уху и тихо спросила:
— Цзян Цы, у тебя всегда краснеют уши, когда ты целуешься?
Она улыбнулась, и голос звучал тихо.
Цзян Цы промолчал, потому что разве он мог контролировать, краснеют у него уши или нет?
Какой же он неопытный...
Ся Цинъюэ подумала об этом, но не забыла, зачем начала целовать его родинку.
— Этой родинки у тебя в старших классах ещё не было. Когда она появилась?
Крошечная родинка в таком незаметном месте, как ключица, обычно ускользает от внимания. Но Ся Цинъюэ запомнила её —
Запомнила то лето в выпускном классе, лето палящего солнца и трещащих цикад.
Тем летом Ся Цинъюэ закончила три года упорной учёбы. В день выпускного все одиннадцатиклассники вернулись в Пятую школу Юнься, переполненные волнением и радостью, вытащили стопки белых листов — свидетельств их школьных лет — и, выбежав в коридор, кричали:
— Наконец-то свободен! Экзамены сданы!
Тысячи листков полетели с разных этажей, будто снег, который не растает, а их полёт означал конец юности и начало новой главы жизни.
http://tl.rulate.ru/book/142140/7229088
Готово:
