Его глаза, как и те, что она видела сегодня под тонким слоем снега, были ясные, чистые, но с лёгкой дымкой на дне, словно туман, что стелется среди терновника и не желает рассеиваться.
Слёзы в глазах Цзян Цы становились всё больше, пока одна прозрачная капля не скатилась по щеке. Сердце Ся Цинъюэ замерло, а дыхание почти прервалось, потому что он снова плакал.
Она хотела что-то сказать, но в этот момент услышала тихий вздох Цзян Цы, будто он собирал себя по кусочкам, и его губы дрогнули в слабой улыбке, наполненной горькой иронией.
— Прости, я ошибся дверью. Живу напротив. — сказал он.
— Ты… — начала она.
Гнев внезапно вспыхнул в Ся Цинъюэ, но слова смешались в голове. Она видела его слёзы и то, как он игнорирует её слова, поэтому огонь в груди разгорался всё сильнее.
Но не успела она вымолвить и слова, как перед ней возникла высокая фигура, полностью затенив её. В воздухе стало гуще от терпкого аромата алкоголя, а на плечи легли тёплые, чужие руки, сжимая всё сильнее и прижимая её к стене у входа. Когда лопатки ударились о стену, Ся Цинъюэ невольно вскрикнула от боли, и короткий, сдавленный звук вырвался из её губ.
Открыв глаза, она увидела Цзян Цы прямо перед собой. Слёзы катились из его карих глаз, словно он был готов рассыпаться в прах.
— Почему ты вернулась? В Милане было плохо? Почему… — спросил он дрожащим голосом, срывающимся на шёпот.
Он спрашивал снова и снова, и с каждым словом голос его становился неувереннее.
— Почему ты вернулась… и не сказала мне? — добавил он.
Ся Цинъюэ слегка нахмурилась. В горле встал ком, а ярость, готовая было вырваться, растворилась в его слёзах.
Он плакал из-за того, что она не сказала?
— Я подумала… у тебя, наверное, свои дела. — ответила она, опустив глаза.
Она знала, что это не совсем правда, но внутри всё сжималось от непонятного чувства. Вспомнив, как последние шесть лет Цзян Цы намеренно держал дистанцию, она взяла себя в руки и спокойно, почти холодно, спросила:
— А ты? Почему стал так отдаляться? Даже когда создал компанию — и тогда ты мне ничего не сказал…
Его руки сжали её плечи ещё сильнее. Она подняла взгляд, встретившись с ним, и пальцы её сжались, пытаясь заглушить боль.
Ей вдруг показалось, что перед ней не Цзян Цы, а кто-то другой, настолько он стал чужим.
— Цзян Цы. — произнесла она.
Боль становилась невыносимой, и она попыталась вырваться.
— Отпусти, ты делаешь мне больно… — сказала она.
Разум будто вернулся к нему. Увидев, как она отворачивается, будто пытаясь спрятаться, он наконец разжал руки.
— Прости, старшая сестра… Я не хотел. Прости… — сказал он.
Эти слова — «старшая сестра» — прозвучали для неё как эхо из далёкого прошлого.
— Как ты меня назвал? — спросила она, хотя знала ответ, но хотела услышать снова.
На этот раз Цзян Цы отвернулся, пытаясь отстраниться, но она не дала ему уйти, схватив за запястье.
— Кстати, сегодня вечером, когда мы встретились у небоскрёба, ты назвал меня по имени. Разве разучился говорить «старшая сестра»? — добавила она.
Он и сам мечтал называть её так. Взглянув в её глаза, он тихо, покорно произнёс:
— Старшая сестра.
— Не плачь. — ответила она.
Ся Цинъюэ провела тыльной стороной ладони по его мокрым щекам, улыбнулась и, повернувшись, оставила его в прихожей, бросив через плечо:
— Заходи. И закрой за собой дверь.
Кухня была совмещена с гостиной, и всё выглядело стильно и лаконично, с белыми и серыми тонами, аккуратной барной стойкой. Всё необходимое для готовки уже было на своих местах.
Ся Цинъюэ налила в кастрюлю воды, чтобы приготовить подсоленную воду, которая должна была помочь ему протрезветь. Цзян Цы спросил, что она делает.
— Ты же пил, делаю тебе средство от похмелья. — ответила она, не отрываясь от дела.
— Я выпил совсем немного, я не пьян. — возразил он.
Когда вода закипела, она поставила перед ним два стакана — один с подсоленной водой, другой с медовой.
— Знаю. Но всё равно выпей. Столько времени не виделись — разве не стоит поговорить? — сказала она.
Цзян Цы уловил намёк.
— То есть ты хочешь сказать, что это просто предлог, чтобы я остался? — спросил он.
— …Как хочешь. — ответила она, упершись подбородком в ладонь и отводя взгляд.
Они сидели друг напротив друга у барной стойки, и снова воцарилась тишина.
Ся Цинъюэ взяла со стоявшего рядом фарфорового блюдца конфету с зелёным чаем, развернула её и положила в рот. Сладкий вкус растёкся по языку, и она вернулась к теме, которую они не закончили.
— Ацы… Может, хватит уже отдаляться? Все эти шесть лет, пока я была за границей, ты почти не писал мне. Я не понимаю, когда всё изменилось… Почему мы стали такими чужими? Давай снова будем как раньше, хорошо? — спросила она.
Цзян Цы опустил взгляд, медленно поворачивая стакан в руках.
«Старшая сестра… Я не отдалялся. Просто у тебя появился парень, и мне пришлось держаться в стороне. А вернуться к прошлому? Мои чувства к тебе уже не могут быть такими, как раньше.» — подумал он.
После паузы он попытался разрядить обстановку шуткой, слабо улыбнувшись:
— Я не отдалялся. Вернуться к прошлому? Чтобы я снова прошёл через всё то же самое?
Сладость конфеты согрела её изнутри, и мысль о том, что теперь она вернулась, что они больше не разделены тысячами километров, успокоила её. Наверное, со временем всё наладится.
Отложив эту тему, она вдруг вспомнила кое-что ещё.
— Погоди… Ты сказал, что живёшь напротив? В западной части? — спросила она.
Цзян Цы кивнул.
— А что? — спросил он.
— …Ничего. — ответила она.
Она подумала, что, наверное, родители специально купили ей квартиру напротив, чтобы они могли присматривать друг за другом.
http://tl.rulate.ru/book/142140/7229043
Готово:
