Изменив внешность, Линь Бай под именем Бай И устроился плотником в уезде Силинь. Он снял лавку на западе города: в передней части выставлял на продажу мебель собственного изготовления, а в задней — жил сам.
Он не искал проблем. Когда приходили местные вымогатели за «платой за покровительство» или стражники за «подношениями», он не сопротивлялся — молча платил или дарил изящную мебель. Главное — покой.
У него осталось всего две жизни, и он не мог рисковать. Нужно было переждать бурю.
Десятого дня первого месяца четвертого года эры Ифэн весть о гибели Уань-вана наконец-то достигла Силиня.
Горожане скорбели. Они выходили из домов и устраивали поминальные ритуалы. Линь Бай, поддавшись общему настроению, тоже сжег горсть жертвенных денег.
— О, Уань-ван, как же ужасна твоя смерть! — причитал он. Соседи хвалили его, называя человеком долга и чести.
После этого он вернулся к своему плотницкому ремеслу. Он жил тихо и незаметно, не привлекая к себе внимания, и даже перестал ходить в веселые кварталы.
Четырнадцатого дня второго месяца полумиллионная армия хунну вторглась в пределы Великой Чу. За пять дней пало три пограничных города.
Двадцатого дня хунну осадили столицу префектуры Дасин, грозясь в случае падения города устроить трехдневную резню.
Военные донесения, словно снежинки, летели в столицу. Империя, раздираемая внутренними и внешними врагами, трещала по швам.
Двадцать четвертого дня второго месяца случилось чудо.
Бесшумно, из ниоткуда, между армией хунну и осажденным городом возникла гигантская гора. Она простиралась на тысячу ли в ширину, а вершина ее терялась в облаках. Склоны ее, поросшие диковинными травами, источали дивный аромат. Но приблизиться к ней было невозможно — невидимый барьер преграждал путь.
Императорский двор был потрясен. Это сочли знаком небесного покровительства. Хунну в ужасе отступили.
Но затем, в течение следующих двух месяцев, по всему миру то тут, то там начали появляться новые горы, реки, озера, волшебные острова…
Следы бессмертных, словно грибы после дождя, возникали повсюду. Они появлялись в случайных местах и были разных размеров. Одни — в сотни ли, другие — в тысячи, а некоторые были больше, чем вся империя Чу. И все они были окружены невидимым барьером. Они будто вырастали из-под земли, раздвигая пространство.
Мир оказался разделен на бесчисленные клочки. Города превратились в изолированные острова. Некоторые были разрезаны пополам: одна половина осталась по эту сторону горы, другая — по ту. Те, кому не повезло оказаться на линии разлома, были разорваны на части.
Все войны в одночасье стали бессмысленным фарсом. Они прекратились, но мир погрузился в еще больший хаос.
Люди обезумели от ужаса и непонимания.
Проповедники кричали о конце света и призывали верить в богов, чтобы спастись. Буддисты, даосы, последователи Учения Белого Лотоса — все они принялись вербовать новых адептов.
Порядок рухнул.
Двадцать пятого дня третьего месяца, ранним утром, Линь Бая разбудил шум на улице.
Он вышел посмотреть. Бесчисленные горожане стояли на коленях, обратившись лицом на юг, и молились. Линь Бай поднял голову.
И застыл.
К югу от города выросла гигантская гора. Она была так огромна, что давила на сознание, заслоняя собой горизонт.
Внезапно в толпе раздался зычный голос:
— Мир смертных — тюрьма, все живое страдает! Колесо перерождений вращается без конца! Сжальтесь над нами, о люди! С небес сошел бог! Нерожденная Праматерь, истинная обитель вакуума!
Линь Бай увидел мужчину в белом.
— Бессмертные хотят уничтожить этот мир, и явление священных гор — тому предзнаменование! — кричал он. — Лишь Нерожденная Праматерь может защитить вас! Вступайте в наше учение, пока не поздно!
Охваченные ужасом люди бросились к нему, отдавая свои сбережения.
Линь Бай поспешил вернуться в лавку. Порядок в городе рухнул.
Через два дня вдова Сюй, жившая по соседству, попросила его починить мебель. Сломался обеденный стол.
Ее восьмилетняя дочь, Лю Ии, бледная и худенькая, с любопытством наблюдала за его работой.
— Дядюшка, а почему вы не используете гвозди? — спросила она тоненьким голоском.
— Смотри, — с улыбкой ответил Линь Бай. — Эта выступающая часть называется шип, а это углубление — паз. Когда они соединяются, это называется шип-паз. Они держат крепче любых гвоздей.
Внезапно во двор ворвалось семеро или восьмеро мужчин. Это были местные вымогатели.
— Вдова Сюй, где деньги за этот месяц? — прорычал их главарь, здоровяк по прозвищу Большой Черный.
— Господин, прошу, подождите несколько дней, — взмолилась вдова. — Как только продам тофу, сразу заплачу.
— Если нет денег, может, заплатишь натурой? — сально ухмыльнулся тот, оглядывая ее стройную фигуру. — Пойдешь со мной, и не придется тебе больше возиться с этим тофу!
Он протянул руку и схватил ее за запястье. Вдова с криком отскочила. Большой Черный, похотливо рассмеявшись, шагнул за ней.
Линь Бай, который до этого момента прятался в комнате, обнимая испуганную девочку, вышел вперед.
— Эй, — спокойно произнес он. — Нехорошо так. Здесь же ребенок.
http://tl.rulate.ru/book/141821/7183181
Готово:
