Глава 268. Тайное искусство
«Недостающая часть „Безымянной дыхательной практики“?»
Услышав это, Роланд вскинул бровь.
Практикуя ее, он никогда не чувствовал, что в ней чего-то не хватает. Она казалась ему цельной и самодостаточной.
Но, видя молчание Грэма, он не стал расспрашивать, а лишь протянул руку и взял пергаментный свиток.
Он был тяжелым и грубым на ощупь, словно нес в себе нечто большее, чем просто физический вес.
Края пергамента были сильно изношены, глубокого коричнево-желтого цвета, от него веяло сухостью и древностью.
Роланд осторожно развязал тонкий кожаный шнурок и медленно развернул свиток.
В нос ударил неописуемый запах.
Вверху свитка, над основным текстом, его взгляд привлекли древние письмена, более крупные, чем остальные, словно выжженные расплавленным темным золотом.
«Кровь — это и оковы для тела, и нераскрытая великая сила. Желающий удержать молнию должен выдержать ее жар».
Эта строка несла в себе тяжесть судьбы и предостережение. В ней читался двойной смысл — о силе и о цене.
Сердце Роланда екнуло. Он продолжил читать.
Основной текст был написан не обычными чернилами, а какой-то темно-коричневой, почти черной краской с легким металлическим блеском.
Письмена были древними и искаженными, не похожими ни на один из известных Роланду языков. Каждый символ, словно живая лиана, вился по пергаменту, похожий на застывшую траекторию энергии.
Он сосредоточился, напрягая все свои знания, и с трудом принялся разбирать.
Вскоре его взгляд приковал к себе центральный узор в середине свитка.
Это было не конкретное изображение, а скорее сложная геометрическая структура, сотканная из бесчисленных тончайших рун и линий потока энергии.
Она походила на застывшее сердце или на замочную скважину, ведущую вглубь.
Линии, из которых она состояла, излучали непреодолимое притяжение.
Сопоставляя с трудом разобранный текст и узор, Роланд затаил дыхание.
Текст был туманным, полным метафор, таких как «исток жизни», «внутреннее пламя», «ключ от оков».
Однако точные схемы, изображающие, как энергия собирается, сжимается и взрывается в определенных точках тела, а также тонкое притяжение, которое он чувствовал от центрального узора, наконец, открыли ему правду.
«Это… тайное искусство для пробуждения крови?» — не удержался от тихого возгласа Роланд.
Это было не просто дополнение к дыхательной практике. Это был опасный ключ, затрагивающий саму суть жизни и насильно пробуждающий скрытую в крови силу.
Его суть заключалась в «резонансе» и «воспламенении».
Оно учило, как чистую боевую ци, отточенную «Безымянной дыхательной практикой», на определенной, чрезвычайно яростной частоте, насильно ввести в «резонанс» со скрытой в крови силой.
Это было похоже на то, как тяжелым кузнечным молотом бьют по невидимым «вратам» в глубине крови.
Схема отчетливо изображала, как боевая ци в ключевых точках образует вихрь высокого давления, а затем, словно детонатор, воспламеняет спящую в крови силу.
Процесс пробуждения был описан как чрезвычайно разрушительный.
На схеме человеческого силуэта линии, обозначающие энергию, в ключевых точках вспыхивали ослепительным светом, мгновенно становясь толстыми, искаженными, словно прорвавшая плотину река, несущаяся по хрупкому руслу.
Мелкие пометки рядом предостерегали о «прочности сосуда», «разрушении оков», «изначальном пламени», перекликаясь с надписью вверху.
Взгляд Роланда скользнул по последующим схемам, описывающим, как «сдерживать» и «направлять» эту пробужденную силу, но, по сравнению с начальной стадией, эта часть была краткой и туманной, полной неопределенности.
Очевидно, управлять этой насильно пробужденной яростной силой было в сто раз сложнее, чем пробудить ее, и риск был гораздо выше.
Это невольно заставило его вспомнить тот ужасающий, частично драконий облик Грэма во время битвы с личем.
— Верно. Пробудить кровь, обрести запретную силу… — голос Грэма был немного тихим, словно он вспоминал, и в то же время объяснял Роланду. — После успешной активации этого искусства, хоть и можно обрести силу, далеко превосходящую собственную, но цена… — рыцарь указал на свои уже седые волосы и, усмехнувшись, продолжил: — …думаю, ты и сам видел, не так ли? Так что… — его широкая ладонь опустилась на плечо Роланда. — …если нет крайней необходимости, ни в коем случае не используй это искусство, понял?
— Я понял. Но… — Роланд, снова завязав шнурок на свитке, с недоумением спросил: — Декан Грэм, почему вы отдали это мне?
— На самом деле, я все время искал гения, который смог бы продолжить это наследие. Но… — декан Рыцарской академии покачал головой. — …я уже было отчаялся. Пока не появился ты, парень, — он посмотрел на Роланда, в его голосе слышалась уверенность. — Тренируйся как следует. Не давай суетным мыслям и делам мешать тебе. Со временем твоя сила определенно не уступит моей.
Услышав это наставление, Роланд кивнул, но в его душе все еще оставалось немало вопросов.
Хоть он и просмотрел свиток лишь мельком, но уже примерно понял принцип его действия.
Он мог пробудить лишь собственную кровь практикующего. А мощь и последствия зависели от самой крови.
Тогда проявление Грэма в той битве было явной драконизацией.
Не означает ли это, что в жилах Грэма течет драконья кровь?
Подумав об этом, Роланд, подбирая слова, медленно озвучил свой вопрос.
Но Грэм лишь покачал головой.
— Парень, я этих легендарных существ и в глаза не видел, не говоря уже о какой-либо связи с ними. А что до драконьей крови… — при этих словах рыцарь, казалось, не хотел продолжать, лишь небрежно бросил: — …просто награда за спасение одного старого пьянчуги в молодости.
Видя, что Грэм не хочет говорить, Роланд не стал расспрашивать.
Вспомнив о волшебниках, которых он встретил в кабинете, он, немного подумав, изложил свою вчерашнюю догадку.
— А ты, парень… — Грэм покачал головой, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но, помолчав, так ничего и не произнес.
Увидев его состояние, Роланд медленно произнес:
— Декан Грэм, если вам нужна моя помощь…
— Ха! — не дав Роланду договорить, Грэм усмехнулся и прервал его. — Не волнуйся, парень. Все не так плохо, как ты думаешь… — вспомнив вчерашнюю неприятную встречу со старым другом, Грэм глубоко вздохнул. На его лице было обычное выражение, а в голосе даже слышалась насмешка. — К тому же, даже если все и пойдет по твоему сценарию, и случится худшее не говоря уже о твоей нынешней силе, даже будь ты «Преодолевшим», ты все равно не сможешь ни на что повлиять. По сравнению с этим… — кажется, боясь, что Роланд продолжит расспрашивать, он решительно сменил тему. — …у меня действительно есть одно дело, в котором мне нужна твоя помощь. Помнишь, я говорил, чтобы ты повел отряд в Королевство Золотой Долины для обмена с их Рыцарской академией?
http://tl.rulate.ru/book/141021/7598731
Готово:
