Глава 218. Второе псионическое зелье
— Роланд… — Авриль с трудом жевала черный хлеб. На ее маленьком личике было написано страдание. — Когда ты ходил к господину Грэму, он не говорил, когда мы сможем отсюда убраться?
— Декан Грэм сказал… придется еще подождать, — Роланд, ощущая во рту песок, отложил хлеб, схватил флягу и сделал несколько больших глотков.
— Еще ждать? — Авриль, до этого безвольно лежавшая на столе, резко выпрямилась, и в ее голосе прозвучало недовольство. — Прошло уже десять дней! Я больше не могу есть эту дрянь…
Словно в знак протеста, она засунула в рот оставшийся большой кусок черного хлеба. Ее щеки надулись, как у рассерженного хомячка, и она с негодованием уставилась вперед.
— Потерпи еще немного, Авриль… — Роланд посмотрел на свой темный хлеб и с досадой вздохнул.
Запасы концентрированного питательного зелья, приготовленного Ванессой, были невелики. На случай непредвиденных обстоятельств, прибыв в лагерь, Роланд убрал оставшиеся зелья и, как и простые солдаты, перешел на армейский паек.
А с тех пор как тот горный хребет отрезал им путь к снабжению, еда в лагере… это даже напомнило Роланду те дни, когда он еще не прошел испытание в подмастерья кузнеца.
Но даже тогда было лучше. По крайней-мере, иногда можно было съесть тарелку жидкого овощного супа для разнообразия.
Роланд покачал головой и, запивая водой, с трудом проглотил последний кусок хлеба. Затем он откинулся на спинку стула, его взгляд скользнул по тесной палатке.
Хоть она и была новее той, что была в лагере Авриль, но места все равно было до смешного мало. И в этом тесном пространстве теперь ютилось пять человек.
Дело было не в том, что Грэм их обижал, просто…
Мейсон по своей природе был застенчив и замкнут, и находиться одному в лагере, полном незнакомых лиц, было для него пыткой. Кроме как на сон, большую часть времени он проводил в палатке Роланда.
А орк Фредди из-за своей свирепой внешности в эти дни не раз становился объектом недопонимания и тоже предпочел укрыться здесь.
Что до Авриль… она и в столице часто заходила к Роланду домой, так что он давно привык к ее присутствию.
И, наконец, Ванесса…
Взгляд Роланда упал на фиолетоволосую ведьму, которая занимала почти половину палатки. Он вздохнул и спросил:
— Ванесса, есть какой-нибудь прогресс в исследованиях? Нашли что-нибудь?
— Что такое, господин Роланд… — Ванесса, не поднимая головы, усмехнулась. В ее голосе слышалась привычная насмешка. — …мое присутствие в одной палатке с вами вас смущает?
Хоть она и говорила, но ее руки не останавливались ни на секунду.
Стол перед ней был завален алхимическими инструментами. Рядом были рассыпаны измельченные порошки разных цветов, а из тигля шел странный пар.
А в самом центре стола стояла высохшая, сморщенная голова осьминога.
Та самая голова свежевателя разума.
Эта голова и была основной причиной, по которой Роланд ранее ходил к Грэму.
Доложив декану об обстановке, Роланд собрал своих спутников и изложил дальнейший план. В отличие от остальных, которые вздохнули с облегчением, Ванесса проявила к голове свежевателя разума сильный интерес.
Учитывая, что она уже успешно приготовила зелье, пробуждающее псионический потенциал, Роланд, немного подумав, снова навестил Грэма и попросил отдать ему эту голову.
Грэм не отказал.
Для него эта голова была просто бесполезным трофеем, который в лучшем случае можно было бы забрать с собой и сделать чучело.
Поэтому Роланд без труда получил ее и отдал этой, поглощенной исследованиями, фиолетоволосой ведьме.
Пока Роланд размышлял, исследование Ванессы незаметно подходило к концу.
Ее тонкие пальцы ловко порхали между стеклянными сосудами. Жидкость в тигле под языками магического пламени из мутной постепенно превратилась в глубокую, почти зловещую, фиолетовую.
Древние, ритмичные слоги тихо срывались с ее губ. Свет на кончиках ее пальцев, словно живой, осторожно направлял потоки псионической эссенции.
— Готово.
Через мгновение фиолетоволосая ведьма наконец остановилась. В ее голосе слышалась усталость, но и нескрываемое возбуждение.
Она подняла тонкую хрустальную бутылочку, в которой была вязкая жидкость.
Ее цвет был намного темнее, чем у предыдущего зелья, а консистенция напоминала медленно текущий сироп.
Внешне она была очень похожа на необработанную кровь свежевателя разума.
Но…
Роланд, затаив дыхание, мгновенно сконцентрировал свою ментальную силу и, словно невидимыми щупальцами, проник в бутылочку.
Хоть он и чувствовал, что поток энергии в ней был тяжелым и вязким, но, к его удивлению, он не нашел и следа того злобного и искаженного ментального шепота свежевателя разума.
Это открытие заставило Роланда с еще большим интересом посмотреть на мастерство этой фиолетоволосой ведьмы.
«Какой же метод она использовала…»
Роланд прокрутил в голове, казалось бы, простые алхимические шаги Ванессы, но в итоге лишь покачал головой.
А Ванесса тем временем слегка взболтнула бутылочку. Темно-фиолетовая жидкость медленно стекла по стенкам. Она уставилась на текущий в бутылочке поток, и на ее губах появилась загадочная улыбка.
— Интересно… в таком «спокойном» состоянии сила, кажется, наоборот, стала более сдержанной… и более концентрированной.
Как и в прошлый раз, ведьма разделила зелье на две части.
Сначала она выпила одну, с сожалением облизнула губы, а затем протянула другую Роланду.
Как раз в тот момент, когда Роланд уже собирался было взять ее, стоявшая рядом Авриль инстинктивно перехватила руку Ванессы.
Нескрываемая настороженность в глазах эльфийской девушки заставила Роланда легонько похлопать ее по плечу, а затем он взял хрустальную бутылочку.
Этот, казалось бы, невинный успокаивающий жест, под провокационным взглядом Ванессы, заставил Авриль сощуриться, и ее обычная живая улыбка мгновенно исчезла.
Однако Роланд не обратил внимания на безмолвную дуэль между двумя женщинами.
Все его внимание было сосредоточено на зелье.
Убедившись, что с ним все в порядке, он поднял голову и залпом выпил содержимое.
Вязкая, холодная жидкость скользнула по горлу, оставив странное, почти металлическое, вяжущее ощущение, гораздо более сильное, чем от предыдущего, мягкого зелья.
Она была похожа не на воду, а, скорее, на сгусток медленно тающего льда, который с неописуемой тяжестью упал в его желудок.
В тот же миг ледяной поток взорвался у него в животе.
Но это был не просто холод, а лед, несущий в себе яростную энергию, словно бурю из полярных льдов, сжатую до состояния жидкости.
Эта сила не распространялась мягко, как в прошлый раз, а, превратившись в мириады острых, ледяных псионических потоков, грубо хлынула к каждому нервному окончанию его тела.
http://tl.rulate.ru/book/141021/7355957
Готово:
