Полмесяца спустя.
Новость о том, что «Дозор сорвал заговор бывшего Шичибукая Крокодайла по захвату страны», облетела весь мир.
Дилан смотрел на газетную фотографию с разъярённым Смокером и смущённой Ташиги. Эти двое на халяву получили порцию славы и по повышению, но… именно с этого момента мировоззрение Смокера начало кардинально меняться. Хотя он и раньше был «Бешеным Псом» Дозора, но в целом следовал генеральной линии и выполнял приказы. После инцидента в Алабасте его доверие к «Дозору» и «Мировому Правительству» упало ещё ниже.
«Нико Робин расшифровала Понеглиф о „Плутоне“…»
Кудзан, должно быть, тоже знал об этой опасности. То, что она выжила, наверняка было не без его участия.
С точки зрения Дилана, среди дозорных генералов почти не было тех, кто следовал бы абсолютной справедливости. Если говорить о сострадании, то, возможно, «Фехтовальщик» Т-Боун подходил под это описание. У всех остальных были свои взгляды и свои интересы.
Про Сэнгоку и говорить нечего. Чтобы исполнить приказ и прервать родословную Роджера, он приказал арестовать и казнить всех беременных женщин и младенцев на острове Батерилла. Во время «Войны при Маринфорде» он, не колеблясь, отдал приказ о беспорядочной атаке, пожертвовав дозорными на передовой ради выполнения тактической задачи. А Гарп, чтобы обеспечить безопасность Эйса, не остановил его.
Что до Аокидзи и Фудзиторы… один позволил Робин скитаться среди мафии и пиратов, другой, чтобы доказать свою правоту, безучастно наблюдал за гибелью мирных жителей Дресс Розы. Так что не им судить друг друга.
А что до самого Дилана?
Он встал и посмотрел на стоявший рядом Сюру. Он никогда не стремился быть святым, да и не смог бы. Он тоже убивал из-за своих симпатий и антипатий. Например, если через два года он встретит Момоносукэ, перенёсшегося на двадцать лет из прошлого…
«Даже если ты и вправду окажешься „Ураном“, я всё равно тебя прикончу».
***
Маринфорд, зал заседаний.
В огромном зале находились только вице-адмирал Цуру, Кума и ещё два офицера.
— Эй, ты что творишь?!
— Простите! Осторожно! Тело не слушается!
Один из офицеров внезапно выхватил оружие и замахнулся на другого.
Вице-адмирал Цуру, подперев подбородок руками, взглянула на происходящее.
— Это твои проделки, Дофламинго? Отпусти их, будь умницей.
— Умницей? Фе-фе-фе-фе, раз уж ты так говоришь…
Дофламинго изменил движение пальцев, и дозорный с оружием уже был готов нанести удар.
— Если не будешь умницей, то когда придёт тот парень, тебе придётся быть осторожным. Он не так сговорчив, как мы.
Движение пальцев Дофламинго замерло, его лицо помрачнело.
В коридоре сбоку от зала показались две фигуры, одна высокая, другая пониже. Дилан, идя рядом с Сэнгоку, бросил взгляд на застывшего Дофламинго.
— Что? Ждёшь, пока я тебя попрошу? Слезай и садись на место!
Дофламинго, немного помолчав, сухо рассмеялся.
— Фе-фе-фе-фе… всё такой же скверный характер, Дилан! Мой бизнес многим тебе обязан.
Дилан сел рядом с вице-адмиралом Цуру и посмотрел на уже занявшего своё место Дофламинго.
— Будешь ещё болтать, я начну брать тридцать процентов налога со всех твоих сделок на Дресс Розе.
«…»
Сидевшая рядом Цуру усмехнулась. Сэнгоку во главе стола сделал вид, что ничего не слышал.
— Остальные не придут. В этот раз…
Топ… топ…
Михоук с «Йору» за спиной вошёл в зал.
Сэнгоку с удивлением произнёс:
— Не думал, что ты придёшь.
Михоук, взглянув на Дилана, ответил:
— Просто проходил мимо. К тому же… в этот раз я лишь слушатель.
Не успел Сэнгоку заговорить, как из-за окна зала донёсся вкрадчивый голос:
— Тогда не мог бы и я присоединиться к вам в качестве слушателя…
***
После совещания в зале остались только Цуру, Сэнгоку и Дилан.
— Похоже, тот паренёк тебя тоже боится. Ты уже с ним встречался? — спросила Цуру.
Дилан, прикуривая сигарету, ответил:
— Да… встретил как-то в «Раю». Задал им трёпку.
— Человек с корабля Белоуса? Ну и хлопотный тип. Впрочем… как раз подойдёт, чтобы занять место исключённого Крокодайла.
— Что-то не так? — спросил Сэнгоку, глядя на Дилана, который вёл себя на удивление безразлично, что было на него не похоже.
Дилан стряхнул пепел.
— Нет. Я видел этих ублюдков. Хоть они и настоящие злодеи, но силы, чтобы стать Шичибукаем, у них хватит.
— Вот как.
Проводив Дилана взглядом, Сэнгоку, понизив голос, обратился к Цуру:
— Цуру, тебе не кажется, что Дилан сегодня какой-то странный?
— Действительно. Но пока неясно, в чём причина.
— Из-за «Ди»?
Маршалл Д. Тич.
***
Когда Дилан уже собирался покинуть площадь, его внимание привлекли знакомые фигуры. Старик Гарп сидел на скамейке и уплетал пончики, а двое молодых людей тренировались на плацу.
— Это твои избранные ученики?
Гарп посмотрел на пухлого розоволосого паренька, и на его лице появилось выражение отвращения.
— А? — Гарп остро почувствовал враждебность Дилана, что его удивило. Этот парень был жесток с пиратами, но к дозорным и мирным жителям относился хорошо.
— Я слышал, твой внук в Алабасте натворил дел, старик Гарп.
Дилан сел на другой конец скамейки и искоса посмотрел на «короля-дезертира» на плацу.
Гарп закрыл пакет с пончиками и повернулся к Дилану.
— Луффи… он сам выбрал свой путь. И к тому же… пока он не творит зла…
— Да, ты прав. Пока он не творит зла, я его не трону. Но… — Дилан посмотрел на помрачневшего Гарпа. — Ты должен за ним присматривать, Гарп. Если он просто ищет приключений, или делает то же, что и в Алабасте, я вмешиваться не буду. Я даже могу до определённой степени смириться, если он будет убивать и грабить. Но… если он станет знаменем для всех пиратов, тогда ни ты, ни я уже ничего не сможем поделать!
Дилан встал, чтобы уйти. Гарпу показалось, что он услышал, как тот пробормотал: «Как дозорный ты успешен, но как отец, дед и учитель — ты полный неудачник».
Буру-буру-буру… Буру-буру-буру…
— Господин Бог Грома?
— Хм? Ган Фолл?
— В этом году морское течение на удивление сильное. Одна шайка по нему добралась до Скайпии.
Дилан, зависнув в воздухе, посмотрел на Ган Фолла, который выглядел совершенно спокойным.
— Это не парень в соломенной шляпе?
— А? Да! Точно. Но они не грабили, просто гуляли и искали приключений.
— Ган Фолл… — Дилан слегка прищурился. — Мне не нужно, чтобы ты давал оценку другим. Твоя задача — объективно докладывать обстановку. Или ты пытаешься повлиять на моё решение?
На том конце провода Ган Фолл мгновенно задрожал.
— Нет… ни в коем случае…
— Камень всё ещё в Храме Грома?
— Да, господин Бог Грома. К нему никто не приближался.
На губах Дилана появилась усмешка.
— Хорошо. Пока не обращай на них внимания. Но если они попытаются приблизиться или ворваться в Храм Грома, свяжись со мной.
Исторический Понеглиф с информацией о «Посейдоне» Дилан перенёс в Храм Грома ещё несколько лет назад. Последние годы он был занят тренировками и делами на G5 и почти не возвращался. К тому же, это был не красный «Дорожный Понеглиф», так что он не придавал ему особого значения. В конце концов, он и так давно знал, кто такой «Посейдон».
К настоящему моменту Дилан почти окончательно убедился, что многие вещи изменить невозможно. Почти десять лет назад он приказал Ган Фоллу перекрыть «Облачную Лестницу» с Синего моря, но команда Соломенной Шляпы всё равно добралась до Скайпии по невиданному доселе гигантскому морскому течению. Он изменил судьбу Нами, но её всё равно притянуло к Соломенной Шляпе. Он давно изменил судьбу Королевства Драм, но Соломенная Шляпа всё равно получил в команду пользователя плода Хито Хито.
Всё это говорило о том, что многое изменить было трудно. Будь то судьба или воля мира.
Но пока у него в руках достаточно силы, пока он достаточно силён, если только сам мир не сможет явить свою волю во плоти… то…
Какая разница, Бог Солнца ты или Бог Луны? Если тебе отрубить голову, сможешь ли ты после этого делать приседания?
http://tl.rulate.ru/book/139466/7053627
Готово:
