Готовый перевод I am an anomaly of Bureau 749 / Я — аномалия Бюро 749: Глава 92. Вот это меня расписали

…

Лу Дин находил происходящее весьма забавным. Это совещание больше походило на юмористическое шоу.

Музыка становилась всё быстрее и тревожнее, а свет прожекторов следовал за словами ведущего на сцене.

— Пройдя районы Вэньцю, Аньхун, Баофань и Тайсы, процессия достигла района Фэнъян и там остановилась!

Лучи света поочерёдно выхватывали секторы, где сидели патрульные из этих районов.

— Скажем так: то, что в Вэньцю не заметили, — простительно. То, что в Аньхуне не увидели, — можно понять. Но то, что в Баофане подали сигнал, — было услышано самими Небесами!

Янь Фэйфань тихонько наклонился к Лу Дину:

— Брат Лу, нравится?

— Весьма, — кивнул тот.

— Сейчас будет ещё интереснее.

— Это почему же?

— Тот, кто на сцене байки травит, — это заместитель начальника нашего Бюро, Чу Хао.

Лу Дин: «?????»

«Поистине… жизнь нелегка, раз уж начальникам приходится подрабатывать в шоу-бизнесе».

— В Тайсы собрали войско, в Фэнъяне дали бой! — гремел со сцены голос Чу Хао. — И битва та сотрясала потоки ци и развеивала призрачную мглу! И был там патрульный из Баофаня, по фамилии Лу, по имени Дин! Хорош собой и владеет великим искусством. Взмахом руки он призывает тучи и дождь, а от топота его ноги сотрясаются земля и небо!

— Отступая, он защитил район Баофань, сохранив в нём мир и покой, избавив от ночных призраков! Наступая, он убил «Камень, что смеет противостоять», снискав себе величайшую славу и прославив своё имя на весь Юньхай!

— БРАВО!!! — набравшись смелости, закричал Янь Фэйфань. Раз уж речь зашла о брате Лу, он просто обязан был выложиться на полную, иначе это было бы предательством по отношению ко всей его заботе.

Он громко захлопал.

Заместитель начальника на сцене посмотрел в его сторону с явным одобрением. «А ты, парень, умеешь поддержать».

Его пример и ободряющий взгляд начальника послужили сигналом для остальных. Не понять такой намёк было бы верхом несообразительности. Тут же зал взорвался аплодисментами, и атмосфера мгновенно накалилась.

— И был рядом с этим Лу Дином верный друг, по фамилии Бай, по имени Хэмянь! Искусство его рождено в горах трупов и морях крови, но путь его — светел и праведен! Друзей он выбирает из героев, а славу снискал, истребляя демонов и нечисть!

— Итак, давайте поприветствуем бурными аплодисментами наших двух героев Праздника Духов — Лу Дина и Бай Хэмяня!

Лучи прожекторов сошлись на них. Зал взорвался овациями. Янь Фэйфань хлопал так яростно, что его ладони покраснели.

Лу Дин и Бай Хэмянь поднялись со своих мест. Оба в сшитых на заказ костюмах, они выглядели безупречно. Красивые, харизматичные, каждый по-своему. Красота Лу Дина — словно сошедшая с древней гравюры: лицо, подобное драгоценному нефриту, и благородная, величественная стать. Красота Бай Хэмяня — в точёном профиле с прямым носом и тонкими губами, в сияющих глазах и мечевидных бровях, устремлённых к вискам.

Лу Дин шёл впереди, Бай Хэмянь — на шаг позади.

Едва они ступили на сцену, как раздался хлопок, и с потолка посыпались золотые конфетти, окутывая их сверкающим дождём. В свете прожекторов они стояли, осыпанные золотом, и в этот миг казалось, что они достигли вершины славы.

Изначально Лу Дин думал, что совещание будет скучным и формальным, но оно оказалось на удивление зрелищным.

К ним подошёл заместитель начальника и протянул два микрофона.

— Наши герои, не хотите сказать пару слов?

Лу Дин взял микрофон. Увидев его серьёзное лицо, все в зале замерли в ожидании, но он, вместо пафосной речи, выдал:

— Ну и представили же меня, прямо неловко стало.

Зал взорвался смехом и аплодисментами, которые затем медленно стихли.

— Если бы не красноречие начальника Чу, — продолжил Лу Дин, — я бы и не знал, что я такой, чёрт возьми, крутой.

Новая волна смеха. Сама по себе фраза не была смешной, но лёгкое ругательство сделало её уморительной.

«Брат Лу на сцене — это как стендап-комик, — подумал Янь Фэйфань. — Одним словом сокращает дистанцию».

Теперь настала очередь Бай Хэмяня. Он на мгновение задумался. Учитывая его замкнутый характер, никто не ожидал от него многого. Но то, что он сказал, было одновременно и ожидаемо, и совершенно неожиданно.

— Я не знаю. Я просто подумал: раз он идёт, то и я пойду.

Эта фраза, произнесённая с его абсолютно непроницаемым лицом, создала такой комичный эффект, что зал просто лёг от смеха. Шоу удалось на славу.

— Вам двоим надо в стендап идти, — усмехнулся начальник Чу, забирая микрофон.

Вдруг из зала кто-то крикнул:

— Лу Дин, мы знаем, что ты крут, я твой фанат! Но я не знал, что ты ещё и стихи пишешь! Это уже слишком!

На что Лу Дин ответил:

— Это не я написал, я лишь процитировал. Возможно, я не так крут, как вы думаете.

— Тогда процитируй ещё что-нибудь! Не заставляй меня на колени падать, я парень решительный!

— Да, мы все хотим послушать! Мы и не подозревали, что у «Расчленителя Духов Земли» есть и такая сторона! Ты сегодня должен был надеть свои рукава учёного и воина, чтобы продемонстрировать, что силён и в слове, и в деле!

Начальник Чу, подхватив энтузиазм толпы, встал на их сторону:

— В нашем Бюро было много крутых ребят, но вот таких, кто силён и в слове, и в деле, ещё не бывало! Лу Дин, вся надежда на тебя!

Не в силах устоять перед таким напором, Лу Дин сдался.

— Хорошо, но сразу предупреждаю, стих может быть не совсем к месту. Но он мне очень нравится.

— Давай уже! А мы сами додумаем, как привязать его к моменту! — подыграл ему начальник Чу.

Лу Дин сделал шаг вперёд.

— Этот стих написал один великий человек, которым я восхищаюсь. И мне кажется, он хорошо описывает и мою собственную ситуацию.

Его лицо вновь стало серьёзным.

— Сын поклялся покинуть родной порог,

Не снискав себе славы — назад ни ногой.

К чему быть погребённым в родимой земле?

Ведь в жизни повсюду зелёные горы для вечного сна.

Едва он закончил, зал взорвался громом аплодисментов. Многие повскакивали со своих мест, чтобы аплодировать стоя. В стихе не было витиеватых фраз или сложного смысла. Он был прост и понятен, но заставлял глубоко задуматься, и каждый находил в нём что-то своё. Каждый из присутствующих мог примерить эти строки на себя.

Что до Лу Дина, то он, будучи попаданцем, и впрямь покинул родной дом. В тот миг, когда он узнал о своём золотом пальце, он приготовился к смерти. Ведь ему предстояло сражаться с монстрами. Поэтому где умереть и где быть похороненным — хоть в брюхе чудовища — было уже неважно. Повсюду были зелёные горы, подходящие для могилы. Не стоило об этом беспокоиться.

То же самое касалось и остальных следователей. Большинство из них были обычными людьми, которые пробудились и получили шанс стать заклинателями, покинув свой прежний мир. Вступив в Бюро, они начали сражаться с монстрами. Кто-то — чтобы стать героем, кто-то — чтобы открыть для себя новые горизонты. Но кем бы ты ни был — героем или искателем пути, — монстру на это было наплевать. Он убивал и пожирал всех без разбора. Так что кто знает, где ты умрёшь и где найдёшь свой последний приют? Сегодня ты радуешься жизни, а завтра можешь погибнуть на задании в брюхе чудовища.

…

После того как Лу Дин, получив свои награды, сошёл со сцены, пришла очередь других следователей из Юньхая и прочих городов. Правда, кроме Юньхая, в других местах ничего серьёзного не произошло. В конце концов, Шествие Сотни Демонов — не капуста, на каждом углу не растёт.

В первом ряду сидело несколько высокопоставленных начальников.

— Эти двое мальчишек, конечно, блеснули так блеснули, — усмехнулся один. — Но это же нарушает весь порядок, ха-ха-ха! Кто теперь осмелится бороться с ними за первое или второе место на турнире?

— Думаю, любой, кто на них попадёт, сразу сдастся, — подхватил второй. — Будь я моложе, я бы точно сдался. Зачем нарываться на драку, если заранее знаешь, что проиграешь?

— Заклинатель на Ступени Духовного Моря помог убить мастера Ступени Повелителя Судьбы. Да что там один на один, мне кажется, даже если собрать всех новичков этого года, они вдвоём их разнесут.

— Я слышал, у старины Вана в соседнем бюро тоже появилось несколько сильных ребят. Может, устроим с ними совместный турнир?

— А почему бы и нет? Наш собственный турнир в этом году всё равно будет скучным. Эти двое просто всех раздавят, даже соревноваться не придётся.

— Тогда я свяжусь с ними после совещания. Если мы объединимся, у нас будет двадцать призовых мест. Первые шесть отправятся на углублённое обучение. Похоже, в этом году будет жарко.

http://tl.rulate.ru/book/139230/7082087