Когда Ли Янь, задремавший на диване под навесом, открыл глаза от звука открывающейся во дворе двери, он увидел женщину, идущую к нему под бумажным зонтом с цветочным узором, в длинном платье в старинном стиле и голубой накидке.
Это, конечно же, была Чжан Вэнь.
Но для Ли Яня, только что проснувшегося, это было похоже на сон, в котором к нему явилась богиня.
Особенно в этой дымке и дожде Цзяннаня, когда красавица в старинном наряде медленно шла к нему. Это заставило его сердце затрепетать.
И только когда он разглядел её притворно-серьёзное, но на самом деле уже готовое расплыться в улыбке лицо, он с усмешкой сел и посмотрел на идущую к нему сквозь моросящий дождь Чжан Вэнь.
Надо признать, что он никогда не видел её в таком изящном наряде.
А сегодняшний туманный дождь и старинная атмосфера отеля Amanfayun создавали идеальную гармонию.
Чжан Вэнь, подойдя под навес, увидела, как её парень сидит на диване и с изумлением смотрит на неё.
Она больше не могла сдерживать свою радость, и она отразилась в её изогнутых бровях и кокетливой улыбке.
Идея надеть этот наряд пришла ей в голову, когда она увидела за окном дождь в университете.
И как раз у неё был один комплект ханьфу, который она купила, надела один раз и забросила в дальний угол шкафа.
И что самое удачное, сначала она думала, что сможет показать свой наряд Ли Яню, только когда войдёт в номер.
Но, идя под зонтом, она, подойдя к воротам во двор, увидела его, сидевшего на диване под навесом с закрытыми глазами, словно он спал.
И этот медленный проход под зонтом, по мнению Чжан Вэнь, был как нельзя кстати.
— Хе-хе, красиво, да?
Но эта поэтичная сцена тут же была разрушена её хвастливым голосом, и вся её изящность улетучилась.
Вместо неё появилась всё та же живая и кокетливая городская девушка.
Ли Янь смотрел, как Чжан Вэнь, отложив зонт, медленно идёт к нему. Надо признать, что этот наряд его немного возбудил.
Только что проснувшийся после дневного сна, а потом ещё и доспавший, он был полон сил.
Когда он обнял ароматную и нежную Чжан Вэнь, её лицо слегка покраснело.
Когда Чжан Вэнь, сев к нему на колени, обняла его за шею и, медленно наклонившись, поцеловала его, в дымке и дожде Цзяннаня появилась пара, которая своим глубоким поцелуем выражала всю прелесть этого дождя.
Вскоре послышались томные стоны, звук закрывающейся двери и ритмичные и страстные звуки.
И всё это, под взглядом храма Линъинь, видневшегося вдали сквозь пелену дождя, постепенно растворялось, как на акварельном свитке.
...
«Снова дождь в Цзяннане, и жёлтая слива разгоняет тоску».
Ли Янь не знал, откуда ему вспомнились эти строки.
Может быть, когда они, обнявшись, смотрели на моросящий за окном дождь.
Может быть, когда тихий стон Чжан Вэнь совпал с раскатом грома.
В общем, когда Чжан Вэнь в очередной раз оказалась у окна.
Ли Янь, потратив десять с небольшим минут, чтобы отнести её в душ, вышел на веранду, где он только что дремал.
Дождь всё ещё не прекращался.
«Дымка и дождь Цзяннаня» — это, наверное, и есть.
Дождь был несильным, но непрерывным.
Ли Янь позвонил в отель и заказал ужин и кувшин прохладного сливового вина.
Лучшее время для приготовления сливового вина — с апреля по июнь, когда сливы созревают, становятся кисло-сладкими и хрустящими, и их вкус идеально раскрывается в вине.
Сейчас был май, и у Ли Яня было настроение. В этой дымке и дожде Цзяннаня как раз не хватало кувшина сливового вина.Когда сумерки окрасили черепичные крыши в лиловый цвет, сотрудник отеля, неся плетёную корзину с едой, прошёл сквозь пелену дождя.
На столике из палисандра, в белой фарфоровой тарелке, лежала копчёная утка с чаем Лунцзин, отливавшая янтарём. Свинина Дунпо, завёрнутая в листья лотоса, источала густой аромат соуса, который смешивался с влажным воздухом.
Но больше всего Ли Яня заинтересовал кувшин сливового вина, запечатанный в прошлом году.
Когда он вытащил пробку, кисло-сладкий аромат ферментированной сливы возбудил его аппетит.
Янтарное вино полилось в стеклянную чашу, и плававшие в нём сливы, уже потерявшие свою зелёную окраску, были пропитаны многолетним шаосинским вином.
Когда он покачивал чашу, одна из слив, пролежавшая в вине целый год, скатилась на дно, словно вызвав рябь, в которой отражалась дымка и дождь Цзяннаня.
На дне корзины лежала записка, написанная от руки шеф-поваром: «Эти сливы собраны в горах за отелем, а листья периллы подарены монахами из храма Линъинь».
А киноварная печать «Год Дракона, сезон дождей», из-за влажного воздуха, немного расплылась, став ещё более алой.
Поэзия, живопись, дух старины.
Проще говоря, эмоции зашкаливали.
За один только этот ужин Ли Янь заплатил три с лишним тысячи.
Не очень дорого, но и не дёшево.
Но в такой обстановке и атмосфере даже такой простой человек, как Ли Янь, почувствовал себя изысканным господином.
И только когда ему позвонила по WeChat продавщица из автосалона Mercedes-Benz, которую он записал как «красавица в чёрных чулках Сяо Цзецюн», эта атмосфера была разрушена.
— Здравствуйте, господин Ли! Ваша машина уже в автосалоне, мы сейчас занимаемся оформлением документов. Завтра утром вы можете приехать и завершить процедуру получения!
— Хорошо, я буду завтра утром в девять с небольшим.
— Хорошо, господин Ли, мы всё подготовим!
— Да, и ещё, помойте машину заранее, внутри и снаружи, чтобы была чистая.
— Хорошо, господин Ли, без проблем!
Повесив трубку, Ли Янь был очень рад. Он залпом выпил вино из чаши и с волнением подумал о том, что завтра он наконец-то получит свой «Гелендваген».
«Завтра действительно будет хороший день».
Помимо того, что он заберёт машину, он ещё и завершит первый этап задания с утренней пробежкой и получит награду в виде увеличения энергии.
Даже несмотря на то, что его эмоциональный порог за последнее время значительно повысился, от этих двух хороших новостей он пришёл в возбуждение.
Взяв кувшин, он сделал несколько глотков кисло-сладкого сливового вина, посмотрел на Чжан Вэнь, которая всё ещё нежилась в ванной, и, не дожидаясь ужина, встал и пошёл к ней.
Когда из ванной донеслись томные стоны Чжан Вэнь и её мольбы о пощаде, на улице уже совсем стемнело.
http://tl.rulate.ru/book/139092/6969076
Готово:
