В палате царила тишина, никто не мог произнести ни слова. Юта оглядел их лица, и сердце его замерло.
– Пф-ф-ф.
Одна из медсестер, забавляясь нервозным видом Юты, не смогла сдержать смеха, нарушая молчание, но затем улыбнулась, как ангел:
– Ты хорошо восстанавливаешься, Юта. Никаких следов ожогов нет.
С этими словами она протянула свои белые пальцы и нежно коснулась его лица, в ее глазах все еще читалось удивление.
Не только она, но и лечащий врач, и несколько других медсестер. С их профессиональной точки зрения, от двадцати до тридцати процентов ожогов Юты должны были оставить следы, но сейчас реальность полностью превзошла их ожидания. Юта восстанавливался так, будто никогда и не был обожжен.
Отец и мать Юты тоже подошли в этот момент. Увидев улыбки на лицах родителей, Юта почувствовал полное облегчение. Казалось, он действительно хорошо восстанавливался.
Далее предстояло снять бинты. По мере того как туго обмотанные бинты развязывались, постепенно обнажалось светлое и сильное тело Юты. Его изгибы весьма приятно радовали глаз. Можно было бы предположить, что будь он на несколько лет старше, медсестра, стоящая рядом, наверняка покраснела бы.
Состояние лица оценить было невозможно, но тело – вполне.
Юта немедленно опустил голову и, не теряя ни минуты, принялся осматривать свое восстановление. Результат, казалось, был неожиданным, но, впрочем, ожидаемым всеми. Ведь после безупречного восстановления лица Юты на его теле остались лишь несколько едва заметных линий. Тонкие следы, хотя и вызывали такое же удивление, казались даже не столь уж и удивительными.
– Это невероятно.
Когда коротко стриженная медсестра увидела это, она не смогла удержаться и тихо пробормотала, что стойкость Юты превосходила их воображение. По своему доброму сердцу она уже думала, как бы потом утешить мальчика, чтобы он не переживал из-за оставшихся следов. Но, похоже, все это было абсолютно бесполезно.
В этот момент молодой человек выглядел так, будто все еще был в крови и с ранами, как и месяц назад.
— Говорящий не вкладывает намерения, а слушающий сам его придумывает.
Услышав это, Юта почувствовал, как в его глазах вспыхнул огонёк радости. Он быстро успокоился, ведь его внешность не пострадала. Вспомнив позавчерашнее вздыхание медсестры с короткими волосами, он внезапно подумал о быстром заживлении раны на своей руке незадолго до этого.
Хотя тогда он был удивлён, он не придал этому значения. Позже он почти забыл об этом из-за практики ниндзюцу и ресторана барбекю.
Оглядываясь назад, сердце Юты без всякой причины пропустило удар.
Неужели так?
Он подумал о какой-то возможности, и сердце его забилось всё быстрее и быстрее. Возможно, это было совпадение, но теперь было очевидно, что в этот раз это было ещё более невероятно, чем прежде.
Разум говорил Юте успокоиться и не слишком радоваться, чтобы не обрадоваться напрасно. Однако он взглянул на состояние своего тела, протянул руку и снова и снова смотрел, проверяя и перепроверяя. Восстановление было почти незаметным. Следы прежних серьёзных травм, казалось, обладали магической силой, постоянно говоря ему, что, как он и думал, в его теле есть какая-то невероятная энергия, способная побудить его к быстрому восстановлению и даже к более преувеличенным эффектам. Как он мог успокоиться?
В этом нет его вины. Как и человек, долгое время живший в бедности, внезапно нашедший сокровище, невозможно не испытывать восторга.
Возле больничной койки медсестры и девушки, не знавшие, о чём думает Юта, улыбались, глядя на то, как он серьёзно осматривает своё тело. Кроме того, стандартное привлекательное лицо Юты, похожее на шоту, заставило их всех тайно подумать: «Каваи».
— Юта.
Лишь когда врач объяснил меры предосторожности и ушел, родители взглянули на юношу, словно погруженного в раздумья, на кровати. К счастью, в этот раз все обошлось лишь легким испугом, но это не означало, что Юта сможет уйти безнаказанным. Теперь, когда он полностью поправился, настало время для двоих старших свести с ним счеты.
Услышав голос матери, Юта медленно пришел в себя. Он все еще был в замешательстве. Он не мог быть уверен, что именно произошло, хотя было весьма вероятно, что это именно то, о чем он думал, и в его теле могла находиться какая-то непостижимая таинственная энергия, но это требовало дальнейшей проверки.
Но в этот момент, когда он поднял голову и встретился с «добрыми» глазами двух старейшин, сердце Юты внезапно екнуло. Он знал, что неизбежное случилось. Он заставил себя улыбнуться и сказал:
— Хе-хе, хе-хе, мама, папа, мы же в больнице. Если что-то и есть, поговорим об этом, когда вернемся домой.
— Эх.
Когда они вышли из больницы, Юта не мог не вздохнуть. Он чувствовал себя освобожденным. Наконец-то он выбрался.
Только что в палате он все честно и откровенно признался. Хотя он был достаточно умен, чтобы кое-что умолчать, это все равно очень разозлило его родителей, поэтому он принял наказание от старших искренне и добровольно.
Например, он заботился о питании отца Ю, пока тот находился в больнице.
Другой пример — конфискация оставшейся части его награды за миссию для ремонта ресторана барбекю; он должен был быть главным там и не мог уклониться.
И еще...
— Эх.
Вспоминая все серьезные и смешные наказания, Юта не мог ни смеяться, ни плакать. Он покачал головой и снова вздохнул. Он посмотрел на ланч-бокс в своей руке, затем снова взглянул на палату отца Ю. Затем он затянул легкую мелодию и пошел в направлении ресторана барбекю. После выписки из больницы, конечно же, настроение должно оставаться хорошим.
После выписки из больницы к Юте, естественно, зашли друзья. Тогда они увидели Юту в непривычном амплуа кулинара, и все они были поражены.
Два дня пролетели незаметно. После того как Юта взял на себя ответственность за диету отца Ю, его результаты очень удовлетворяли стариков. А у Юты появилось редкое мгновение досуга. До тех пор, пока команда снова не соберётся, оставалось ещё несколько дней. В это время мысли, о которых Юта размышлял в больнице, снова всплыли, такие как защитные и скоростные ниндзюцу, и он не мог их контролировать. Скорее приступить.
Мало того, его странная способность к восстановлению часто приводила его в возбуждение и смятение, как будто он обладал сокровищем, но не знал, как его обнаружить.
Он никогда не думал о том, чтобы вскрыть себе тело в качестве эксперимента, но в конце концов отказался от этого акта самоистязания. Хотя, если бы это удалось, он был бы увереннее в своем предположении, но что еще он мог попробовать?
Кроме того, после двух чудесных восстановлений, Юта, казалось, больше не нуждался в проверке этого аспекта.
В общем, это была счастливая и хлопотная вещь.
В полдень третьего дня после выписки из больницы Юта, как обычно, нёс свой обеденный бокс в медицинский центр. Однако, проходя мимо тихой тропы, он внезапно остановился и огляделся, только чтобы обнаружить, что все пешеходы на улице исчезли.
Иллюзия.
Юта слегка нахмурился, спокойно наблюдая за происходящим и думая, кто бы это мог быть. В следующий момент перед ним появились несколько стремительных фигур.
Вот так.
Увидев чётко костюмы тех людей, Юта не мог не перевести взгляд. Неужели опять кто-то из Корня?
http://tl.rulate.ru/book/138833/7394344
Готово:
