Утро очередного дня началось с того же самого сценария. Писк будильника, розовые занавески, кролик, высунувшийся из-под кровати. «Если я когда-нибудь выберусь отсюда, первое, что я сделаю — сожгу всё розовое в радиусе километра».
Доминик заставила себя встать, прошла через привычный утренний ритуал: душ, одежда, рюкзак, завтрак. За столом родители снова переглядывались, бросая на неё обеспокоенные взгляды. Она ела овсянку молча, отвечая на вопросы односложно. «Да». «Нет». «Нормально». Играть послушную дочку было сложнее, чем вести переговоры с китайскими инвесторами. По крайней мере, там правила были понятны.
Новый день в школе практически повторял предыдущий, только уроки поменялись.
Наверное, никогда ещё Доминик не следила за секундной стрелкой так пристально, как сейчас. Её взгляд был всецело прикован к висящим над доской часам, вернее, к стрелке, которая, как ей казалось, двигалась со скоростью беременной улитки. Учитель что-то объяснял у доски, водил мелом, рисовал графики. Класс послушно конспектировал, а Доминик сидела, подперев подбородок рукой, и смотрела на часы.
«Ещё двадцать минут».
На уроке истории, миссис Харрис раздавала проверенные контрольные. Доминик получила свою, с жирной пятёркой в углу листа. Учительница одобрительно кивнула. Кто-то за спиной завистливо вздохнул. «Мне плевать на твою пятёрку. Мне плевать на эту школу. Давай уже, стрелка, двигайся».
Наконец стрелка прошла очередной полный круг, и в тот же миг шелест тетрадей и скрип ручек прервал долгожданный звонок. Весь класс пришел в движение. Стулья отъехали, рюкзаки полетели на плечи, голоса слились в общий гул. Доминик осталась сидеть, медленно убирая вещи в рюкзак.
Она дождалась, пока коридор опустеет, и вышла последней, закинув рюкзак на плечо. «Наконец эти дурацкие уроки закончились. А это значит, что можно с чистой совестью уйти из этой богодельни и не возвращаться сюда по крайней мере до завтра». Доминик вышла на школьное крыльцо, вдохнула тёплый майский воздух, и направилась к остановке школьного автобуса. Но не успела она дойти, как услышала характерный звук мотора.
Ярко-розовый скутер резко подкатил к ней и затормозил прямо перед носом, заставив Доминик отпрыгнуть в сторону. На нём сидела Митци с торжествующей улыбкой на губах.
— Ой, — ехидно протянула она, снимая очки. — Чуть не сбила. Извини, не заметила.
Доминик выпрямилась, скрестив руки на груди.
— Митци. Не ожидала тебя сегодня увидеть. Думала, после вчерашнего ты пару дней отсидишься дома. Типа заболела.
— Почему бы мне болеть? — Митци слезла со скутера — Всё прекрасно.
— Правда? — Доминик наклонила голову. — А спина не болит? После такого... падения?
Митци дёрнулась, лицо на мгновение исказилось, но она взяла себя в руки.
— Знаешь что, Блум? — она похлопала по рулю скутера. — Пока ты тут стоишь и пытаешься быть умной, я вот подумала... Смотри, что у меня есть.
— Розовый скутер. Вижу.
— Не просто скутер, — Митци провела рукой по блестящему корпусу. — Новенький. Родители подарили вчера вечером.
— Мило, — равнодушно ответила Доминик.
— Мило? — Митци усмехнулась. — Это не просто мило. Это круто, это свобода, это стиль. А главное... — она обошла вокруг скутера, — это то, чего у тебя нет и никогда не будет.
— Розового скутера? Переживу как-нибудь.
— Не скутера, — Митци остановилась, уперев руки в бока. — Нормальных родителей, которые могут себе позволить такие подарки.
Доминик почувствовала раздражение.
— К чему ты ведёшь, Митци?
— Да ни к чему, — она пожала плечами, садясь обратно на скутер. — Просто хочу, чтобы ты понимала разницу между нами. Я — на скутере. А ты... — она оглянулась на остановку, где стоял школьный автобус, — а ты на автобусе.
Она завела мотор. И в этот момент школьный автобус тронулся с места.
— Ой, — Митци расплылась в улыбке. — Кажется, твой автобус уехал. Как жаль, теперь придётся топать пешком.
Доминик посмотрела на неё долгим взглядом. Потом развернулась и пошла прочь, слыша, как взревел мотор скутера, и Митци умчалась, явно довольная собой. «Мелкая дрянь. Делать мне будто нечего, как со всякими мелкими дурами спорить». Доминик шла по тротуару, закинув рюкзак на оба плеча. Идти домой было минут сорок — не смертельно. К тому же, это давало время подумать.
— Эй, Блум!
Она обернулась. К ней, на велосипеде подъезжал тот самый парень что вчера уступил ей парту. Он затормозил рядом, одной ногой опираясь о асфальт.
— На автобус опоздала? — сказал он, слегка запыхавшись. — Хочешь, подвезу? У меня багажник крепкий, выдержит.
Доминик окинула взглядом сначала его, потом старый велосипед, потёртый, с облезлой краской. Сам парень выглядел как типичный американский школьник из среднего класса.
— Мальчик, ты себя в зеркале видел? — бросила она и прошла мимо. «Ехать на велосипеде? На багажнике? Серьёзно? Даже не смешно».
— Э... окей, — донеслось сзади, но она уже шла дальше, не оборачиваясь.
Идти было не так уж и плохо. Солнце пригревало, но не жарило, лёгкий ветерок шевелил волосы. Доминик шла по уже знакомым улицам. Минут через двадцать она вышла в центр города. Здания стали выше, появились магазины, кафе, офисы. И впереди, за рядом невысоких зданий, показалась зелень. Парк.
Доминик замедлила шаг, подняв взгляд на арку с вывеской «Gardenia Central Park». Она замерла перед входом. «Это он, тот самый парк». Фонтан в центре с каменными чашами, из которых струилась вода, разветвлённая сеть дорожек, расходящихся лучами, раскидистые деревья с густой кроной. Газоны, клумбы, скамейки, всё совпадало с обрывками воспоминаний из того мультика. «Если всё произойдёт здесь, то мне нужно хоть немного ориентироваться на местности. Нужно быть готовой».
Доминик вошла в парк. Она медленно шла по центральной аллее, оглядываясь по сторонам. Слева — детская площадка с качелями и горками. Справа — открытая поляна, на которой кто-то играл в фрисби. Дальше — ряды скамеек, киоски с мороженым и хот-догами.
Она свернула на боковую дорожку, прошла мимо пруда с утками, мимо беседки, где пожилая пара сидела на лавочке. Вышла на ещё одну поляну, побольше, окружённую высокими деревьями.
«Это место? Или то?» В мультике всё было нарисованным, схематичным. Сложно было понять точную топографию. Но что-то в этой поляне казалось ей знакомым. Открытое пространство, деревья по периметру, скамейка у края. «Может быть здесь». Доминик обошла поляну по кругу. Ничего особенного. Трава, деревья, дорожки. Никакой магии, никаких аномалий. «А чего ты ожидала? Светящегося портала?»
Она вернулась к центральной аллее и пошла дальше, изучая парк. Свернула налево, там была ещё одна поляна, поменьше. Потом направо, там длинная аллея, обсаженная кустами роз. Потом снова к фонтану.
Время шло, солнце медленно смещалось к горизонту. Доминик села на скамейку у фонтана и достала телефон. Половина пятого. Желудок предательски заурчал. Она встала и направилась к ближайшему киоску.
— Хот-дог и колу, — сказала она продавцу, полному мужчине в фартуке.
— Три пятьдесят.
Доминик порылась в кармане джинсов. Там оказалось несколько скомканных купюр и горсть мелочи. Она отсчитала нужную сумму и получила свой хот-дог завёрнутый в бумагу, с горчицей и кетчупом. «Вот до чего я докатилась. Хот-дог из уличного киоска. Я, которая ужинала в ресторанах со звёздами Мишлена». Но, если честно, есть хотелось настолько сильно, что даже этот дешёвый хот-дог казался вкусным. Она села обратно на скамейку и начала медленно жевать, запивая колой из пластикового стаканчика.
Парк постепенно пустел. Родители уводили детей с площадки, пары расходились по домам. Становилось прохладнее. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона. Доминик сидела и смотрела. На фонтан, на дорожки, на деревья, пытаясь запомнить каждую деталь.
«Где-то здесь. Если это вообще произойдёт, то где-то здесь».
Наконец она глянула на телефон. Половина восьмого. «Пора домой. Если я задержусь ещё, родители начнут звонить в полицию». Доминик неохотно встала и направилась к выходу. Она вышла за арку и пошла по улицам. Было тихо, только машины изредка проезжали мимо, да где-то лаяла собака.
Доминик шла молча, погружённая в свои мысли. «Если магия существует — я её найду. Если есть способ вернуться домой, и выжить — я его найду. Если нет...» Если нет, то она создаст его сама. Как создавала свою империю. Шаг за шагом, сделка за сделкой.
Улицы становились всё более знакомыми, и наконец она увидела дом. Такой же, как и множество других на этой улице, с одним лишь отличием — в этом доме ей теперь предстояло жить. В окнах горел свет, входная дверь была не заперта, видимо её ждали. Доминик остановилась на крыльце. «Ладно. Играем роль». Она натянула на лицо маску недовольного подростка и вошла в дом.
«Родители» сидели в гостиной и смотрели телевизор. Но как только дверь хлопнула, Ванесса вскочила с дивана, её глаза расширились.
— Блум, ты где была? — голос матери дрогнул, и она шагнула ближе. — Уже ночь!
Доминик остановилась у порога гостиной, её пальцы сжали лямку рюкзака.
— Гуляла, — буркнула она, глядя в пол.
— Гуляла? — Майк отложил пульт, его брови поползли вверх. — Ты видела, который час? Сейчас же объяснись, или я...
— Видела. И я устала, — оборвала она, её голос был резким. — Хочу спать.
Ванесса открыла рот, но Доминик уже повернулась. Её кеды застучали по лестнице, через три ступеньки за раз. Она вбежала в свою комнату с бабочками на обоях, захлопнула дверь и рухнула на кровать лицом вниз. Кролик высунулся из-под кровати и уставился на неё.
— Отвали, — пробормотала она в подушку.
Кико дёрнул носом и запрыгнул на кровать, устроившись у её ног. Доминик перевернулась на спину и уставилась в потолок.
«Скоро. Уже скоро я узнаю, правда это или бред». Она закрыла глаза. «Доминик Лефевр не верит в сказки. Но если сказки существуют... то я заставлю их работать на меня».
http://tl.rulate.ru/book/138709/6868155
