- Что ты имеешь в виду? - спросил Укитаке, и его тон уже не казался таким легкомысленным.
Шин спокойно ответил:
- С вашим телом, капитан Укитаке, должно было произойти нечто экстраординарное. Я прав?
Укитаке промолчал. Его беззаботность мгновенно улетучилась, сменившись торжественной и сосредоточенной серьёзностью.
Шин продолжил:
- Откровенно говоря, ваши лёгкие не похожи на лёгкие человека, прожившего более века. Они больше напоминают лёгкие трёхлетнего ребёнка.
Это же говорила и Унохана.
Укитаке повернулся к Шину, и теперь смотрел на него не как на обычного младшего офицера, а как на нечто куда более опасное и проницательное.
- Так что же ты имел в виду? Что ты действительно можешь это исцелить?
- Стоит попытаться, - ответил Шин. - Но если у меня получится, могут возникнуть... другие осложнения. Лёгкие ребёнка не смогут должным образом поддерживать взрослое тело. Тем не менее, эти проблемы мы сможем решить. Мне нужно знать вот что: если бы я мог помочь вам полностью «избавиться» от этой болезни, вы бы этого захотели?
Укитаке замолчал.
Он так долго жил со своим недугом, что тот стал частью его самого. Укитаке знал, что болезнь не убьёт его, но она часто подводила, особенно в критические моменты, когда ему больше всего нужно было стоять во главе 13-го отряда.
Что Шин имел в виду под «полностью избавиться»?
Мог ли он раскрыть правду?
Что его лёгкие не его собственные, а божественный дар от Мимихаги, Одноглазого Бога?
Правая рука Короля Душ… к которому было привязано его тело.
- Шин-кун, ты…
Укитаке открыл рот, но передумал, проглотив вопрос.
Он тяжело вздохнул.
- Кажется, ты увидел больше, чем я думал… Мне нужно хорошенько всё обдумать.
Шин кивнул.
- Дайте мне знать, когда примете решение.
Он поклонился, повернулся и вышел из комнаты.
За дверью его сразу же окликнул Шиба Кайен.
- Что?
- Ещё нужны приготовления, - ответил Шин.
- Значит… ты сможешь его исцелить?
- Возможно.
Шин не давал обещаний. Если бы Укитаке отказался от лечения, никто не смог бы обвинить Шина в неудаче там, где даже Унохана не преуспела. Его репутация осталась бы безупречной.
Через два дня Укитаке лично явился в Четвёртый Отряд. Он был не один — его сопровождали вице-капитан Шиба Кайен, капитан Восьмого Отряда Кёраку Шунсуй и вице-капитан Исе Нанао.
Их встретила у входа Котецу Исане.
– Что-то срочное, капитаны?
Укитаке улыбнулся.
– Я пришёл повидаться с Тачикавой Шином. Я решил пройти лечение.
– Лечение? – Исане моргнула в замешательстве.
– О? Похоже, дорогая Исане-чан ещё не слышала новостей, – Кёраку усмехнулся, обращаясь к ней с привычной нежностью.
В этот момент появилась Унохана, а за ней шёл Шин.
– Какие редкие гости, – тепло поприветствовала она.
Кёраку тут же выпрямился, его шутливое выражение лица стало серьёзным.
– Капитан Унохана.
Укитаке спросил:
– Полагаю, вас уже проинформировали?
– Шин всё мне рассказал, – ответила она со своей обычной спокойной улыбкой.
Среди них только Исане, казалось, была совершенно не в курсе. Её взгляд то и дело перебегал на Шина.
– Капитан Унохана, если позволите спросить, – начал Кёраку, – не затруднит ли вас помочь? На всякий случай.
Это был вежливый способ попросить её подстраховать. В вопросах исцеления никто в Сейрейтее не мог сравниться с ней.
– Исане, подготовь медицинскую комнату.
– Да, мэм! – быстро сказала она и поспешила прочь.
Кёраку теперь повернулся к Шину. Они виделись раньше – на культурных фестивалях в Академии Шин'о, – но никогда напрямую не разговаривали. Он много слышал о молодом гении от других.
– Тачикава, – спросил он, – насколько вы уверены в этом? Можете ли вы гарантировать, что не будет никаких непредвиденных последствий?
Если бы это была обычная болезнь, он бы не спросил. Но Кёраку знал правду и о Мимихаги. Он разделял беспокойство Укитаке.
Шин слегка наклонил голову, улыбаясь.
– Капитан Кёраку, просить меня гарантировать будущее – это немного чересчур, не так ли?
Укитаке хмыкнул.
– Это всего лишь лечение. Я их уже много проходил. В худшем случае? Оно не сработает.
Неудача Шина ничего не будет означать – только то, что он ничем не отличается от любого другого целителя.
— Ладно, — вздохнул Кёраку. — В таком случае мы оставим это на тебя.
Вскоре вернулась Исанэ.
— Комната готова.
Группа последовала за ней в лечебную палату.
— Вам нужно что-нибудь ещё? — спросил Кёраку.
— Лечение будем проводить только мы с моим капитаном, — ответил Син. — Капитану Укитакэ просто нужно быть готовым.
Только сейчас до Исанэ начало доходить — Син собирается попытаться вылечить неизлечимую болезнь лёгких Укитакэ. Болезнь, с которой не смогла справиться даже капитан Унохана.
Когда Син успел?..
И почему она об этом не слышала?
Затем она вспомнила — всё это время она избегала его.
Пока она погружалась в свои мысли, они достигли палаты. Син обернулся и сказал:
— Пожалуйста, подождите снаружи.
Кёраку, Нанао, Кайен и Исанэ остались в коридоре.
Внутри остались только Син, Унохана и Укитакэ.
— Как это будет работать? — спросил Укитакэ, оглядывая комнату. Она совсем не походила на те лечебные палаты, к которым он привык.
— С помощью моего Дзанпакто, — ответил Син. Обычные медицинские инструменты были бесполезны.
— Тогда я полностью доверяюсь тебе, — сказал Укитакэ, начиная расстёгивать свои одежды.
— Пожалуйста, удобно сядьте на пол, — добавил Син.
Укитакэ подчинился, без рубашки, скрестив ноги, сосредоточенный.
Син посмотрел на Унохану.
— Капитан, ваша помощь во время самого лечения мне не понадобится. Но если я преуспею… его тело может отреагировать непредсказуемо. Вот тогда вы мне и нужны будете.
Унохана молча кивнула.
— Если я потерплю неудачу… — Син замолк. — Долговременного вреда не будет.
Укитакэ тоже кивнул, полностью доверяя им.
Син встал позади него.
Он не обнажил асаучи, висевший у него на поясе.
Вместо этого, на глазах у Уноханы, он поднял руку и придал ей форму, будто сжимает рукоять, —
— и по его руке разлился свет.
В воздухе появился клинок, материализующийся из чистой рейрёку.
Глаза Уноханы расширились.
Она даже не заметила, как он сформировался — только то, что внезапно он оказался там, сжатый в руке Шина.
Дизайн меча был потрясающим: черные, как смоль, ножны, на которых были выгравированы ярко-красные паучьи лилии — хиганбана, цветы «того берега». Алый шнур обвивал ножны, и цуба тоже была красной.
Он был прекрасен и зловещ одновременно.
Унохана снова взглянула на простую асаучи[1], висящую на поясе Шина.
Затем ее взгляд вернулся к новому клинку.
Это был его истинный Дзампакто[2].
---
[1] **Асаучи** — Стандартный меч, используемый синигами в качестве основы для создания собственного дзампакто. Он представляет собой пустой клинок, который синигами должен наполнить своей духовной энергией, чтобы пробудить его истинную форму и способности.
[2] **Дзампакто** — Меч души, основное оружие синигами, являющееся физическим воплощением их духовной силы.
http://tl.rulate.ru/book/138641/6889779
Готово:
