Незаметно промчались ещё семь лет. К этому времени с того дня, как Ши Ю пообещала вернуться домой, прошло уже четырнадцать лет. Та крошечная надежда, что ещё теплилась в сердцах семьи Ши, постепенно была стерта временем.
Все эти десять с лишним лет четверо младших не отходили от старика ни на шаг. Второй и седьмой учились в академии, пятый и шестой в столице вместе открыли ресторан. Большинство блюд в нём они готовили по рецептам, сохранившимся в памяти о сестре, добавляя собственные новшества, и дела шли на удивление хорошо.
Жизнь текла спокойно и неторопливо. Если не считать отсутствия старшей сестры, всё было, в общем-то, неплохо.
В то утро пятый и шестой братья, как обычно, собирались выходить из дома. Они обсуждали, не открыть ли ещё один ресторан, но, спустившись вниз, увидели, как дедушка выходит из кухни с блюдом в руках. На столе перед ним уже стоял накрытый богатый стол. Судя по угощениям, всё это были их любимые блюда.
Хотя дед уже был в преклонном возрасте, благодаря различным редким лекарствам, оставленным когда-то внучкой, он всё это время не болел. Но с годами зрение его давно угасло, а слух ослаб настолько, что каждую фразу приходилось повторять по нескольку раз.
И всё же сегодня он выглядел словно помолодевшим… Тревожное предчувствие одновременно шевельнулось в сердцах обоих братьев. Шестой без лишних слов пошёл звать второго и остальных. Вскоре вся семья собралась за столом, на котором стояло шесть комплектов посуды.
Подобная картина появлялась каждый раз в праздники и дни рождения. Пусть сестры не было рядом, дед никогда не забывал оставить для неё место.
Дедушка всегда говорил: вдруг в какой-нибудь день ваша старшая сестра, как и в прошлый раз, неожиданно вернётся. На это они могли лишь улыбаться и поддакивать, никто не осмеливался сказать ему правду.
Но сегодня на душе у всех было особенно тяжело. Необычный завтрак, необычная атмосфера. Дедушка в этот день был непривычно разговорчив. Он по очереди наставлял каждого из них как вести себя в жизни, как относиться к людям, напоминал о мелких привычках и житейских мелочах, говорил обо всём подряд. Никто не решался его перебить. Со слезами на глазах они молча слушали, чувствуя, как чашки и палочки в руках словно налились тяжестью в тысячу цзиней.
И лишь в конце дедушка с сожалением сказал:
— У меня больше нет времени. Боюсь, я уже не дождусь возвращения вашей старшей сестры. Если когда-нибудь вы её встретите, передайте ей от меня: я на неё не в обиде.
Он не винил её за то, что сам столько лет прождал у ворот, ожидая её возвращения домой.
— Дедушка… — Сяо Ци уже не могла сдерживать рыданий. Как сказать ему, что все эти годы ожидания были напрасны?
Что сестра никогда больше не вернётся.
Второй с трудом удерживал голос. Он смотрел, как дедушка, договорив последние слова, медленно закрыл глаза. Он наклонился проверить дыхание - его уже не было, старик тихо ушёл.
— Дедушка… — слёзы хлынули потоком. В памяти всплыла сцена многолетней давности, когда дед, защищая его, был избит шайкой хулиганов. И вот теперь в одно мгновение не стало человека, который всегда прикрывал его собой, оставлял ему еду, укрывал от дождя.
Двух людей, которым он был благодарен больше всего в своей жизни, он пережил.
— Второй брат! — седьмая бросилась ему в объятия и разрыдалась. — Теперь нас осталось всего четверо!
Те беззаботные дни, когда вся семья была вместе, уже никогда не вернутся. От этих слов слёзы у второго полились ещё сильнее. В доме люди рыдали от горя, а за дверью стояли трое с мечами за спиной - молча, с печалью в глазах.
——
В то же самое время где-то в пустоте пространства нефритовый камень тихо парил в воздухе. Рядом с ним небольшая изумрудно-зелёная лоза обвивала камень, спокойно расправляя листья. На кончике одного из листьев вдруг вспыхнул светящийся шарик размером с ноготь.
Как только он загорелся, вокруг начали стекаться какие-то сущности. Но едва они приблизились, зелёная лоза резко взметнулась, обвила их и мгновенно поглотила все до единого, оставив лишь тонкую нить бледно-фиолетовой энергии, которая перетекла в светящийся шарик…
——
Дедушку в конце концов похоронили на холме возле заброшенного храма за пределами города Циншань. А пятый и шестой братья продали ресторан и решили вернуться жить в деревню Циншань.
В день похорон пришло очень много людей - говорили, что явились многие весьма влиятельные личности из Восточной Боевой Империи. Из всех присутствующих четверо братьев и сестёр знали немногих; по-настоящему знакомым им был лишь ректор колледжа.
Но в глубине души они прекрасно понимали, ради кого на самом деле пришли эти люди.
Когда все поклонились и разошлись, второй подошёл к мужчине, который всё это время стоял у могилы, и сказал:
— Брат Линь, эти дни вы немало потрудились. Спасибо вам.
Линь Фан, которого он не видел уже больше десяти лет, теперь обладал такой силой, что казался ему непостижимым. Даже просто находиться рядом было немного не по себе.
— Ничего трудного, — ответил Линь Фан, глядя на надгробие. В его глазах словно что-то окончательно угасло, исчезла последняя надежда.
Пока второй брат разговаривал с Линь Фанем, Сяо Ци обратила внимание на женщину, стоявшую рядом с ним.
— Брат Фэн Ло, а она кто? — тихо спросила она у Фэн Ло.
— Подруга.
— Не моей сестры, да? — уточнила Сяо Ци.
— Да…
— Ей нравится брат Линь Фан? — снова спросила она.
— Да.
— А он сам? Ему она тоже нравится?
— Пока нет, — честно ответил Фэн Ло.
— Пока? Значит, в будущем это возможно?
Фэн Ло уловил в её голосе что-то неладное и сразу сказал:
— Будущее никто не может предсказать. Ты и сама знаешь, что твоей сестры больше нет. Нельзя же заставлять Линь Фана всю жизнь жить в воспоминаниях о ней. Это было бы слишком эгоистично.
Сяо Ци опустила глаза.
— Я знаю, что это эгоизм, и я не стану этому мешать. Я лишь прошу об одном: пусть в будущем они больше не появляются перед нами. Я не хочу видеть, как следы существования моей сестры постепенно стираются чужим человеком.
Фэн Ло долго смотрел на неё молча, а затем лишь беспомощно вздохнул.
— Эх… Ты всё это время помнишь о Ши Ю. Думаю, если бы она знала, ей было бы очень радостно.
Сяо Ци не подхватила его слова и лишь сказала:
— Брат Фэн Ло, я скоро прорвусь на ступень Божественной Трансформацц. Скажи мне, пожалуйста, кто были те люди, что погубили мою сестру?
Все эти десять с лишним лет она ни на день не ослабляла своё совершенствование только ради того, чтобы однажды собственными руками отомстить за сестру. Пусть другие забудут о ней, это не важно. Главное, что она сама не забудет.
— Я думаю, твоя сестра не хотела бы, чтобы ты жила в ненависти, — сказал Фэн Ло. — Эти дела лучше оставить нам.
— Не нужно, — отказалась Сяо Ци.
— Но с твоим нынешним уровнем… — Фэн Ло не договорил.
— Того, чему меня учила сестра, было не так уж много, но одну фразу я запомнила навсегда: «Положишься на гору - гора рухнет, положишься на человека - человек уйдёт. Надёжнее всего полагаться на себя». Я знаю, что сейчас моя сила ещё слишком слаба, и если я пойду мстить прямо сейчас, это будет лишь верная смерть. Но я ни за что не стану надеяться на то, что кто-то другой отомстит за меня. Уже достаточно жестоко видеть, как люди шаг за шагом забывают мою сестру. Я не хочу из-за этого снова испытывать разочарование. У вас у всех есть свои дела и свой путь. А всё, что касается моей сестры, мы сделаем сами. Её путь я пройду. Её врагов я убью! Я не хочу, чтобы вы доказывали мне, насколько беспощадно время. Для вас моя сестра, возможно, всего лишь подруга, с которой вы какое-то время шли по одному пути. А для нас она человек, подаривший нам новую жизнь. Поэтому я не могу смириться с тем, что некоторые вещи меняются. Даже если в ваших глазах я всего лишь упрямлюсь и веду себя неразумно.
Линь Фан пробыл в Девятом царстве целый месяц, формально соблюдая траур по дедушке. Однако теперь он был уже не тем прежним Линь Фаном, и людей, желавших с ним встретиться, с каждым днём становилось всё больше. Хотя всех их раз за разом разворачивали, Сяо Ци, глядя на Су Фаньинь, всё равно не становилось легче на душе.
После ухода Линь Фана она вернулась в Колледж. Теперь она всё яснее понимала: без собственной силы они в конце концов смогут быть лишь чьей-то опорой, зависимой от других. Раньше, пока была жива сестра, именно из-за неё окружающие относились к ним с таким почтением. Теперь же, когда сестры не стало, другие, возможно, и проявляли уважение из-за Линь Фана и остальных, но всё равно это было уже не то, что прежде.
Только став по-настоящему сильной, она сможет обеспечить своим трём братьям уважение окружающих. То, что раньше несла на своих плечах сестра, теперь, когда её не стало, она возьмёт на себя!
——
После этого ухода из Девятого царства Линь Фань и остальные появлялись всё реже.
А Сяо Ци в двадцать семь лет наконец прорвалась в область Божественной Трансформации. Пусть по сравнению с сестрой и её друзьями такой талант нельзя было назвать выдающимся, но на фоне её ровесников и спутников этот уровень уже считался весьма достойным.
Однако, покинув Девятое царство, Сяо Ци вскоре поняла, что многое обстоит совсем не так, как она себе представляла. Например, те враги, о которых она знала, действительно оказались чрезвычайно сильны. Если она захочет отомстить, то в ближайшие сто лет это, пожалуй, будет невозможно. Раз уж сейчас отомстить нельзя, ей оставалось лишь продолжать с головой уходить в культивацию.
К счастью, Небесный Путь вознаграждает усердных. Пусть её способности нельзя было назвать выдающимися, но труд способен восполнить недостаток таланта. Со временем её уровень совершенствования шаг за шагом стабильно рос. И пока она упорно продвигалась вперёд, весть о Линь Фане и остальных становилась всё громче. На всём Восьмом царстве Линь Фан, Сюань Инь и несколько других уже казались самыми ослепительными фигурами.
И одновременно с этим произошло ещё одно событие.
Тан-Тай Чу неожиданно приглянулась одному из великих людей и была принята им в ученицы. А личность этого человека, по слухам, оказалась главой крупной секты Седьмого царства. Эта новость крайне расстроила Сяо Ци, но у неё не было иного выхода, кроме как продолжать догонять. Вступив на путь культивации, она всё отчётливее ощущала, насколько он тяжёл. Особенно больно было видеть, как враги шаг за шагом уходят всё дальше вперёд, тогда как она не в силах их настичь и лишь по ночам позволяла себе рождение мрачных, подавленных мыслей.
Она всё-таки слишком слаба. Если бы сестра была рядом, как же это было бы хорошо.
И пока Сяо Ци, ведомая жаждой мести, упорно боролась и шла вперёд, та самая светящаяся сфера в пустоте становилась всё больше. Спустя ещё тридцать лет она выросла с размера ногтя до величины кулака.
А прежний маленький отрезок изумрудно-зелёной лозы рос гораздо быстрее: если раньше он был всего в один-два цуня длиной, то теперь вытянулся уже на добрый десяток цуней. Зелёная лоза разрасталась стремительно, и вместе с этим расширялась область, до которой она могла дотянуться. В бескрайней пустоте она безудержно поглощала окружающую духовную энергию Пяти Стихий, тогда как светящийся сгусток впитывал лишь бледно-фиолетовую изначальную энергию самой пустоты. Когда они поглотили ещё один небольшой участок окружающего пространства, размер светящегося сгустка вновь увеличился. И в тот самый миг, когда он подрос, в мире мёртвых Вэнь Хэн, до того находившийся в медитации, внезапно вздрогнул и открыл глаза.
— Возрождение души? — в его голосе прозвучало изумление, словно он никак не ожидал подобного развития событий.
Открыв глаза, он ненадолго сосредоточился, определяя направление, а затем его фигура исчезла с места. Когда он вошёл в пустоту и увидел парящий там светящийся сгусток, на его лице надолго застыло потрясение.
— И правда живучая… Прошло столько лет, а ты всё же смогла возродиться из пепла, — он легко коснулся рукой светящегося шара и, наконец, беззвучно рассмеялся. — Так вот в чём дело - изначальная энергия. Какая разборчивость. Что ж, ладно.
Он сделал несколько движений рукой, расставляя вокруг светящегося сгустка ограничения, и тихо произнёс:
— Раз у тебя есть инстинкт выживания, я помогу тебе пройти ещё один путь. Восстанавливайся как следует. Буду ждать твоего возрождения, полагаю, тогда будет весьма оживлённо.
Расставив вокруг светящегося сгустка защитный массив, Вэнь Хэн ещё некоторое время постоял на месте, а затем вернулся в мир мёртвых. Он не стал продолжать медитацию, а направился к жерлу вулкана, находившегося в самой глубине его резиденции.
Внутри жерла, скрестив ноги, сидела неподвижная фигура.
— Прошло уже почти восемьдесят лет, а А-Сянь всё ещё в затворничестве. Это правда обойдется безо всяких последствий? — с тревогой сказала Су Нянь.
— Значит, уже так много времени прошло… — с некоторым удивлением откликнулся Вэнь Хэн.
С того самого момента, как его младший брат вернулся, тот сам ушёл в изнурительную практику. Раньше Вэнь Хэн думал, что брат будет крутиться рядом, проситься погулять или посмотреть на мир. Но теперь, даже если он сам заводил разговор об этом, брат всякий раз уклонялся, говоря, что его уровень совершенствования ещё недостаточен и выходить рано.
Младший брат был настолько усерден, что Вэнь Хэн, как старший, не мог не радоваться этому.
— Эх… — Су Нянь не удержалась от ещё одного вздоха. — Вообще-то ему не за что так себя винить. Тогдашние события были не его виной.
— Угу, — Вэнь Хэн, словно о чём-то задумавшись, добавил: — Ничего страшного. Пусть он сейчас старается как можно больше, это только к лучшему.
Душа, возрождённая за счёт изначальной энергии, с самого начала будет иметь задатки высшего мастера иллюзий. Его младший брат хоть и обладает корнем пяти стихий, но всё же не является мастером иллюзий. Пока ещё есть возможность за счёт упорной практики хоть немного опережать соперника, пусть тренируется изо всех сил. Иначе в будущем, боюсь, как бы он ни старался, это уже не будет иметь значения.
——
Восьмое царство.
Линь Фан и Сюань Инь уже давно преодолели стадию Зарождения Души и достигли великого завершения. На самом деле они могли войти на Седьмое царство ещё раньше, однако опасались, что люди из рода Тан-Тай могут тайно расправиться с простыми жителями Девятого царства. Поэтому они решили задержаться ещё на десяток с лишним лет, целенаправленно выстраивая собственные силы и создавая защитный заслон для безопасности Девятого царства.
Когда вся эта система была окончательно выстроена, каждый из них выбрал подходящее место и поочерёдно совершил прорыв. Раз уж уровень совершенствования был повышен, оставаться здесь дальше уже не имело особого смысла. Посоветовавшись, они решили отправиться в Седьмое царство.
В тот момент, когда они покидали Восьмое царство, в одном из морских районов Девятого царства светящийся сгусток постепенно начал принимать человеческий облик…
http://tl.rulate.ru/book/13864/10413270
Готово:
