Готовый перевод The Symbiotic Panel: I Cultivate Longevity in the World of Cultivation / Симбиотическая Панель: Я Выращиваю Долголетие в Мире Культивации: Глава 83. Создание магического артефакта, эволюция лотоса

Глава 83. Закалка магического сокровища, эволюция лотоса

Семя внутри даньтяня, казалось, выразило согласие, едва заметно пульсируя, и из глубин его сердца разлилась волна радости.

Верно, я и сам нуждаюсь в умиротворении.

Пусть это и звучало странно, но такова была истина.

Возможно, в самой глубине его души действительно таилось желание наслаждаться этим солнечным светом, точь-в-точь как сейчас, когда он лежал в кресле-качалке, впитывая лучи раннего лета.

«И это правильно».

«Разве путь бессмертия — это не поиск вольного и беззаботного бытия?»

«Действительно, стоит иногда баловать себя».

Ли Е легонько шевельнул пальцем, и духовная сила Древа Цзяньму слилась с Колокольчиком Рассветного Света.

Белый колокольчик завис в небесах, непрерывно вбирая в себя духовную силу солнечного света и испуская яркую рябь.

Все духовные растения и звери во дворе ощутили тонкую перемену в настроении, что несла в себе мелодия колокольчика.

Если прежде звон служил лишь для того, чтобы «умиротворять ради умиротворения», то теперь в нем чувствовалось истинное наслаждение и легкость духа самого Ли Е.

— В магических техниках, что принадлежат мне, должны быть и мои собственные помыслы.

Ли Е удовлетворенно кивнул и достал Лунное сияющее духовное золото, подаренное ему Кремень-огненными кристальными червями, которое он всегда носил при себе.

— Пора начинать. С этой силой я смогу выковать свой собственный магический инструмент.

Он влил духовную силу, и пять серебристых ростков закружились в его ладони, постепенно начиная плавиться.

Солнечный свет падал на серебристый металл, добавляя ему отблеск золотого сияния, а внутренняя энергия, прежде хранившая легкую прохладу, начала теплеть.

Он уже давно решил превратить это духовное золото в свой артефакт жизни, который в будущем, пройдя через грозу небесного испытания стадии Золотого Ядра, окончательно станет его магическим сокровищем.

Раньше, на стадии Очищения Ци, выплавка была бы сопряжена с трудностями.

Но теперь всё изменилось.

Воспользовавшись методом ковки Секты Четырёх Сезонов, который Су Я передал ему перед отъездом, и опираясь на свою нынешнюю способность к контролю духовной силы, он без труда расплавил ростки и соединил их воедино.

Вскоре всё Лунное сияющее духовное золото обратилось в однородную массу, которая под волей Ли Е приняла форму кольца.

Сияние луны атрибута Инь и мощь Кремень-огня атрибута Ян переплелись на поверхности кольца, создавая диковинный узор, где серебро чередовалось с золото-красными сполохами.

«Мой артефакт жизни».

«Но нужна еще капля эссенции крови».

Взирая на кольцо, он без колебаний выплюнул струю эссенции крови, преисполненной жизненных сил. Кровь мгновенно впиталась в тело кольца, и в этот миг между Ли Е и артефактом установилась неразрывная связь.

То была связь, при которой помыслы и чувства становились едины.

— Называть тебя «Браслетом Алмазной Крепости» было бы не совсем верно. Пусть твоим именем станет Кольцо Солнца и Луны, — произнес Ли Е.

Кольцо Солнца и Луны мелко задрожало, сделало быстрый оборот и само наделось на запястье Ли Е, испуская волны духовной силы, в которых соседствовали прохлада и тепло.

Ли Е опустил взгляд на кольцо, внезапно вспомнив, как в прочитанных им книгах говорилось, что магические сокровища можно помещать в даньтянь для вскармливания. Однако сейчас ему это было еще не под силу.

«Интересно, смогу ли я делать так в будущем».

«Остался последний шаг».

Он глубоко вдохнул.

Достав из потайного кармана парчовый мешочек, он взял ту самую одну меру Сияющего Золота Удачи, которую носил с собой дольше всего. Приложив её к поверхности Кольца Солнца и Луны, он приступил к закалке.

Пусть бобры неустанно очищали Голодные Кости, принося всё новое Золото Удачи...

Но именно эта мера была с ним дольше всех, она уже полностью пропиталась его духовной силой и стала превосходным материалом. Выбор был очевиден.

Стоило добавить эту крупицу Сияющего Золота Удачи, как между вечно меняющимися серебристыми и золото-красными областями кольца пролегла золотая межа, которая также начала пульсировать и меняться в такт остальным цветам.

Ли Е не знал точно, к каким последствиям приведет эта перемена, но был уверен: они будут благими. Время и опыт использования со временем дадут ответ.

Закалка артефакта жизни прошла необычайно гладко и быстро — во многом благодаря его ежедневным трудам и накопленному опыту.

«Старший брат Су Я говорил, что на артефакт жизни нужно наносить всевозможные печати и узоры талисманов. Всё лучшее хранится в Секте Четырёх Сезонов, так что придется ждать вступления в её ряды».

Он погладил Кольцо Солнца и Луны на запястье и закрыл глаза, давая разуму отдых. Сейчас артефакт был лишь заготовкой, «эмбрионом», и пускать его в ход по любому поводу не следовало.

Солнце сияло, колокольчик мерно звенел.

Самое время для доброго сна!

В последующие дни он безвылазно оставался дома. И дело было не в лени: Склоняющийся к Годам Шелкопряд и Наполненная Сиянием Духовная Шелковица пребывали в критическом периоде развития, и его присутствие было необходимо.

Лоза Духовной Жизни и Цянь Фань, понимая его положение, не беспокоили его, однако ежедневно присылали ученика с вестями о ходе дел на передовой.

Там всё шло своим чередом: кого следовало — истребляли, кого нужно — запирали. Стоит помнить, что помимо семьи Чжоу своей очереди ждали еще несколько кланов.

Они не желали уступать первенство и наперебой присылали своих самых смышленых отпрысков, чтобы те сменили людей Чжоу и продолжили зачистку духовных земель.

Клан Чжоу, разумеется, был против, но Лоза Духовной Жизни соблюдала равновесие: она уже одарила Чжоу достаточными благами и почетом, и не могла вечно покровительствовать лишь им одним.

Посему, по слову самой Лозы, к делу были допущены и другие семьи.

Это привело к тому, что ученики кланов сражались с запредельным рвением. Число раненых резко возросло, но и рудные призраки терпели сокрушительные поражения; в итоге удалось схватить целых три Земляных Демонических Женьшеня.

— Но и им далеко до мастерства старшего брата, который в одиночку противостоял десяткам тысяч призраков и даже искоренил одну Зловещую кость голодного призрака.

С этими словами пришедший с вестью ученик извлек парчовый ларец:

— Дядя-наставник передал, что это награда для старшего брата Ли.

Он открыл ларец, и внутри оказался тот самый первый Земляной Демонический Женьшень, пойманный Ли Е. Его тело было опутано светящимися нитями печатей, и он пребывал в глубоком сне.

— Теперь он больше не нужен как источник обиды: Земную грибницу чувств питают другие женьшени. Поэтому дядя-наставник велел передать этот трофей вам.

Ли Е мягко улыбнулся:

— Передай мою благодарность старшему брату Лозе Духовной Жизни. Сейчас я занят и не могу прибыть на передовую, из-за чего на плечи младших братьев легла лишняя нагрузка. Вот, возьми этот мед — его произвели мои духовные пчелы.

— Вода с этим медом отлично снимает усталость. Утруждаю тебя отнести его в поместье Чжоу и передать старшему брату Цянь Фаню, пусть разделит между всеми.

Перевозящий Дух Акации, уже ставший образцовым слугой, немедленно поднес три нефритовых флакона с медом, по триста граммов в каждом.

— Ох, благодарю, старший брат Ли! — Ученик явно не ожидал, что ему выпадет честь отведать меда от такого мастера-ботаника.

Он уже не раз слышал от Цянь Фана похвалы в адрес талантов Ли Е в растениеводстве и приручении зверей. Каков же на вкус будет этот мед?

— Лишь малая частица плодов моего хозяйства.

— К чему лишние церемонии между братьями по секте.

Ли Е приветливо махнул рукой, и ученик, чувствуя необычайное воодушевление, радостно откланялся. Когда он вернулся в поместье Чжоу и передал мед измотанному Цянь Фаню, тот сначала замер в удивлении, но узнав, от кого дар, мгновенно оживился.

Он достал нефритовую чашу, осторожно отмерил малую толику меда, добавил теплой воды из духовного источника, размешал и пригубил.

Сначала на его лице отразилось недоумение, но стоило медовой сладости коснуться языка...

Вместе с этим мягким, подобным солнечному свету вкусом, на него навалилась вся накопленная усталость, а следом — непреодолимая сонливость.

Для культиватора это было редчайшим ощущением: чем выше стадия, тем меньше времени остается на настоящий сон. Цянь Фань последний раз спал, пожалуй, год назад.

Он уже и позабыл, каков на вкус сон, и вдруг — такая дремота.

Он обратился к ученику: — Забирай остальное и раздай младшим братьям и сестрам. А я прилягу на часок.

— Слушаюсь!

Ученик поспешно забрал мед и ушел.

Когда он скрылся, Цянь Фань взмахнул рукой, и браслет на его запястье обратился в нефритовое ложе, на которое он и опустился.

Словно задремав под лучами теплого солнца, он мгновенно погрузился в глубокий сон.

Можно было не сомневаться: сон будет крепким, и после пробуждения даже ток духовной силы в его меридианах станет куда плавнее.

Тем временем на другой стороне.

У Ли Е не было времени на отдых. Взяв Земляной Демонический Женьшень, он подошел к своему пруду с лотосами, выбрал подходящий цветок и приступил к Связыванию.

【Связывание потребует одной тысячи двухсот единиц Эссенции жизни.】

Эта цифра заставила его вскинуть бровь; он еще раз убедился, что даже для растений одного ранга цена Связывания может разниться.

Иначе почему Свиток Духа Акации, способный сбрасывать запреты, потребовал две тысячи?

Впрочем, за последнее время он вкусил немало редкостей, да и прорыв к Заложению Основ дал свой прирост, так что в его распоряжении было более четырех тысяч единиц Эссенции жизни. Такая трата была ему вполне по карману.

«Связать!»

Повинуясь его воле, Эссенция жизни начала стремительно убывать.

Пребывавший в спячке Земляной Демонический Женьшень чудесным образом пробудился. На его грубом, похожем на человеческое лицо корне отразилось нетерпение. Он задергался, стремясь приблизиться к лотосу.

— Ступай.

Ли Е легким движением руки развеял наложенные на него запреты.

Он наблюдал за тем, как женьшень, не теряя ни секунды, бросился в пруд и принялся нежно тереться телом о благородный, прекрасный лотос.

Лотос лишь едва заметно покачивался, выказывая полное безразличие.

При виде этой сцены Ли Е невольно вспомнил слово «подлиза» — ну вылитый же подобострастный пес! Женьшень из кожи вон лез, желая близости, а лотос хранил ледяное высокомерие.

Впрочем, это безразличие было лишь напускным.

Ли Е заметил, что лотос начал меняться: стебель, листья и даже скрытые в иле корни и корневища начали медленно отстраняться от земли, прирастая прямо к телу Земляного Демонического Женьшеня.

Лотос покинул ил, а женьшень, напротив, сам зарылся в грязь, добровольно становясь «почвой» для цветка.

Но еще чудеснее было то, что когда Земляной Демонический Женьшень полностью скрылся в иле, оставив на поверхности лишь кончики своих отростков...

Вокруг него ил начал светлеть. Из угольно-черной жижи он превращался в субстанцию, напоминающую драгоценную нефритовую мазь.

Мутная вода, взбаламученная его движениями, в миг стала кристально чистой.

— Хм? Что-то здесь не так.

Ли Е наклонился и коснулся пальцем поверхности воды. Его встретило прохладное и мягкое ощущение.

Словно он коснулся нежного теста цинтуани — сама природа этой воды изменилась!

Он поспешно оглядел остальные лотосы и обнаружил, что в графе их состояния значится: 【Выходящий из ила незапятнанным】.

«Что же... что же здесь происходит?»

В Земляном Демоническом Женьшене всё еще таилось немало обиды, так как же он сумел превратить ил и воду в нечто столь чудесное?

Именно в такие моменты он остро ощущал нехватку знаний.

Благо, Земляной Демонический Женьшень, хоть и не горел желанием общаться с Ли Е (явно затаив обиду за поимку)...

Но лотос был готов служить хозяину.

Женьшень всё же нехотя передал волну сознания.

Стоило признать: это существо воистину было наделено одухотворенностью.

Его мысль была ясной: это его врожденная Божественная способность — он может преобразовывать обычную землю и воду, создавая идеальную среду для роста определенного духовного растения.

Ныне он сотворил среду, наилучшим образом подходящую для Лотоса слияния духа.

Однако это умение требовало от него затрат накопленных в теле минералов — Ли Е видел невооруженным глазом, что женьшень немного уменьшился в размерах, а лицо на корне стало выглядеть... чуть моложе.

«Способен преобразовывать среду?»

Этого Ли Е никак не ожидал. Столь похожее на порождение скверны существо обладало таким талантом? Кажется, об этом не знала даже Лоза Духовной Жизни.

При упоминании этого обстоятельства присмиревший женьшень внезапно послал волну гордости: это была его пробужденная способность предков!

Раньше ей не хватало лишь малого для пробуждения, но теперь, напитавшись чистым ароматом лотоса, она неожиданно проявилась.

— Хе. — На лице Ли Е заиграла лукавая улыбка. — И после этого ты смеешь меня игнорировать? Не будь меня — разве вырвался бы ты из лап лисицы, разве пробудил бы силу предков?

— Я-то надеялся увидеть в тебе хоть каплю почтения.

— Видно, без строгих мер не обойтись.

Он достал тот самый, померкший было иероглиф запрета и приложил его к телу Земляного Демонического Женьшеня. Пусть знак и пострадал от когтей черной кошки, его мощь не угасла окончательно, и для дела он еще годился.

Так Ли Е наложил на женьшень запрет.

Тот не стал сопротивляться.

Он лишь продолжил помогать Лотосу слияния духа обустраивать этот крошечный пруд. Он был спокоен, и ни капли обиды не просачивалось наружу.

Ли Е не стал тратить слова.

Это был его двор. Здесь были и запрет, и защита Боба Акации Жизни и Смерти — как ни крути, женьшеню не поднять бунт.

У него было и терпение, и уверенность в том, что со временем Земляной Демонический Женьшень сам признает в нем хозяина.

Благо, при всём упрямстве этого малого, его любимый лотос, взращенный с таким трудом, был полон нежности. Цветок, растущий на теле женьшеня, мерно покачивался на ветру, источая аромат, проникающий в самую душу.

Этот аромат вместе с потоком духовной силы вливался в тело Ли Е и закреплялся Семенем Цзяньму в его даньтяне.

И на этот раз усиление затронуло не магическую технику, а непосредственно его божественное чувство, прибавив ему крупицу мощи!

Эта крупица по сравнению с его общим запасом сил была словно капля росы в сравнении с океаном. Но не стоило недооценивать такой дар: это был прямой и честный прирост.

Магическую силу культиватору накопить несложно, но закалка божественного чувства — дело тягостное. Если так пойдет и дальше, однажды он накопит воистину ужасающую мощь духа.

«Но почему именно божественное чувство?» — Ли Е пребывал в недоумении.

Он-то ожидал способностей к очищению или изгнанию скверны, но никак не усиления духа.

Он долго всматривался в лотос, и в его голове мелькнула мысль: если сам цветок дает такой прирост, то не будут ли его семена, корни и листья обладать тем же свойством — укреплять божественное чувство?

Жаль, что сейчас лотос еще не созрел для сбора; было ясно, что он преобразует новую силу, вскармливая плоды.

Оставалось только ждать.

Благо, терпения Ли Е было не занимать.

http://tl.rulate.ru/book/138111/6845559