Готовый перевод I Founded the Praise Sect in the World of Naruto / Наруто: Система Лести - Архив: Глава 66. Те, у кого в сердце есть любовь, часто имеют и слабости

Вчера его крупно нагрели на деньги, а потом ещё и Цунаде заставила демонстрировать множество медицинских ниндзюцу. Орочимару, терзаемый душевным дискомфортом и отголосками фантомных болей, всё же явился на рассвете, в пять тридцать утра, на земли клана Сенджу.

Правда, сейчас он хмурился, наблюдая за четвёркой ребятишек. Дети выполняли челночный бег на короткие дистанции, а затем, на фоне кислородного голодания, метали тренировочное оружие. Такой метод подготовки вызывал у змеиного саннина искреннее одобрение.

Но по-настоящему заставила Орочимару нахмуриться манера бега Тацумы. В отличие от остальных, чей стиль был привычен глазу, Сакамото Тацума во время бега держал руки согнутыми в локтях и свободно ими размахивал.

Любой другой ниндзя немедленно указал бы этому мальчишке на ошибку в технике бега. Однако Орочимару отличался от прочих шиноби. Его острый взгляд мгновенно подметил преимущества этой странной манеры.

А именно — более устойчивый центр тяжести, позволяющий пояснице и прессу постоянно корректировать положение тела. Да, руки при этом находились чуть дальше от сумки с оружием, что затрудняло быстрое извлечение кунаев или сюрикенов.

Но если Сакамото Тацума уже держал в руках кунай или другое оружие, удобное для ближнего боя, то его манера бега — с согнутыми руками, большую часть времени находящимися перед грудью, — становилась чрезвычайно выгодной для блокирования атак.

Ведь корпус от груди до головы испещрён уязвимыми точками, и ниндзя, метая оружие, в первую очередь целятся именно в эти зоны. При классической технике бега, когда руки отводятся назад, на то, чтобы вернуть их для защиты, уходит драгоценная доля секунды.

Погружённый в размышления, Орочимару мысленно провёл детальный сравнительный анализ преимуществ и недостатков бега Тацумы и стандартной техники. Его вывод был однозначен: манера этого мальчишки более научна и эффективна.

Руки самого саннина неосознанно начали повторять движения бегущего Сакамото Тацумы: сгибаться в локтях, раскачиваться. Ладони непроизвольно имитировали хват оружия, а в голове уже проносились варианты возможных блоков и контратак.

— У тебя что, судороги?

Цунаде, которую вчерашний ранний подъём и внезапный прогресс в тренировках сподвигли Узумаки Мито разбудить сегодня так же рано, вяло воззрилась на застывшего Орочимару, который продолжал размахивать руками и вращать бёдрами. В её голосе звучало неприкрытое пренебрежение.

Орочимару лишь покачал головой. Он был не Джирайя, чтобы препираться из-за подобных мелочей. Обернувшись, он серьёзно произнёс:— Сакамото Тацума — гений.

— Об этом все говорят, — пожала плечами принцесса Сенджу. Рост этого мальчишки вызывал у неё любопытство, но на данный момент Сакамото Тацума не казался ей чем-то из ряда вон выходящим. Более того, её представление о его талантах заставляло подсознательно сомневаться в его будущем.

Услышав несколько безразличный тон Цунаде, Орочимару поджал губы.— Цунаде, Сакамото Тацума или Намикадзе Минато, — проговорил он. — Кого из них ты бы выбрала себе в ученики?

— Да какая разница, всё равно их Джирайя тренирует.

Легендарная целительница, казалось, всё ещё не проснулась и проявляла полнейшее безразличие ко всему. Орочимару, однако, был предельно серьёзен:— Цунаде, как твой товарищ по команде, я советую тебе хорошенько подумать. Когда нужно бороться за что-то стоящее, следует бороться.

При этих словах сонные глаза Цунаде немного расширились.— Ты так высоко ценишь Тацуму? — уточнила она.

— Дело не в том, что я его высоко ценю, а в том, что ты должна его высоко ценить.

После ответа товарища по команде, Цунаде изогнула бровь.— Вообще-то, у Минато талант получше будет, — заметила она.

— Верно. С его способностями Намикадзе Минато, возможно, и станет лучшим ниндзя в традиционном понимании этого слова. Но Сакамото Тацума… он из тех, кто способен изменить само восприятие того, кем должен быть ниндзя.

Услышав столь высокую оценку от товарища, Цунаде с усилием распахнула глаза и посмотрела на странно бегущего Тацуму. Затем она вспомнила недавние «конвульсии» Орочимару, и её лоб тоже прорезали морщины.

Помолчав некоторое время, она наконец произнесла:— Давай всё же дождёмся возвращения Джирайи и сначала узнаем его мнение. В конце концов, это он привёл обоих мальчишек.

Орочимару кивнул.— Как скажете, — согласился он. — Кстати, вчера ты отлучалась. Полагаю, ты наконец завершила работу над тем дзюцу?

Цунаде коснулась своего лба и вздохнула.— Завершила? Если бы всё было так просто… Я лишь наконец-то во всём разобралась.

— Техника, на освоение которой даже у тебя ушёл целый год… Хотелось бы взглянуть, — с некоторой тоской в голосе протянул Орочимару. Он не заметил, как Цунаде вдруг стало немного не по себе. Ведь большую часть прошедшего года она откровенно валяла дурака, и времени, посвящённого усердному обучению, было не так уж и много.

К тому же, то дзюцу не было обычным ниндзюцу, его мощь невозможно было продемонстрировать наглядно.

Видя, что Цунаде не отвечает, Орочимару не стал настаивать. В конце концов, техника, ради которой его товарищ по команде на год отказалась от миссий, вполне могла считаться секретной. Его прямой вопрос был, по сути, невежлив, и только давняя дружба позволяла им не обращать внимания на такие мелочи. Помолчав, он добавил:— Скоро тебе предстоит отправиться на задание.

— Потому что с меня сняли ограничения?

— Не только поэтому, — покачал головой Орочимару. — Касательно инцидента в Стране Водоворота… Сакумо-семпай полностью завершил расследование и провёл чистку среди определённых лиц. Те деревни не посмеют поднять шум, но… Люди из Страны Ветра, замешанные в этом деле, занимают особое положение. Старший Сакумо ждёт подтверждения от Учителя. Если действительно придётся действовать, то между Страной Огня и Страной Ветра неизбежно возникнут серьёзные трения. Чиё из Деревни Скрытого Песка, та самая старуха Чиё, возможно, из-за этого вернётся. А противостоять её ядам способна только ты.

Услышав это, остатки сна у Цунаде окончательно испарились. Она выпрямилась. Чиё из Песка… Это был противник, с которым нельзя было не считаться.

В искусстве применения ядов старуха Чиё сейчас была одной из лучших, если не лучшей, во всём мире шиноби. Сравниться с ней мог, пожалуй, лишь Ханзо из Деревни Скрытого Дождя.

Если Чиё действительно вернётся и примет активное участие в конфликте… Одна мысль об этом заставляла Цунаде чувствовать, насколько всё будет непросто.

— Кого собирается устранить Белый Клык Конохи? — спросила внучка Первого Хокаге.

Орочимару на мгновение замолчал, словно обдумывая, стоит ли делиться этой секретной информацией с Цунаде. После недолгих размышлений он всё же ответил:— Сына и невестку Чиё.

— Учитывая положение старухи Чиё в Деревне Скрытого Песка, если её сына и невестку убьют, боюсь, простыми трениями дело не ограничится, верно?

— Да, «трения» — это самый оптимистичный сценарий. Из-за этого может разразиться и локальная война, и даже полномасштабный конфликт государственного уровня.

Орочимару кивнул. Цунаде повернула голову в сторону, где жила её бабушка.— Боюсь, бабушка ещё не знает этих новостей, — проговорила она. — Как думаешь, какова будет позиция деревни… Учителя?

— Учитель непременно одобрит действия Сакумо-семпая. Ему слишком нужна победа. Даже если госпожа Мито не горит желанием мстить, Третий Хокаге всё равно пойдёт на это. Не забывай… это последние годы жизни госпожи Мито. Если сейчас не использовать её авторитет как джинчурики Девятихвостого, следующей возможности придётся ждать, пока вырастет Узумаки Кушина, не так ли?

В голосе Орочимару прозвучала некоторая безысходность. Слушая его анализ, Цунаде стиснула зубы и в конце концов смогла лишь тяжело вздохнуть. Она знала: её Учитель нуждался в войне, чтобы разрядить напряжённую обстановку в мире шиноби.

А её бабушка… она непременно согласится с решением деревни ради Конохи. Никто не любил эту деревню сильнее, чем Узумаки Мито.

Даже если сердце будет противиться, её бабушка ради деревни, на исходе своих дней, в последний раз использует своё влияние для обеспечения будущего Конохи.

Самой Узумаки Мито, конечно, не придётся участвовать в сражениях, она будет лишь символом. Но, в конечном счёте, ей суждено стать ключом к развязыванию войны. Это могло бы бросить тень на её доброе имя на склоне лет…

Орочимару взглянул на Цунаде.— Готовься, — произнёс он. — Думаю, когда Джирайя вернётся в следующий раз, он сам заговорит с тобой о вопросе учеников.

— Я поняла.

http://tl.rulate.ru/book/137934/6809960