Передача одной фразы: «Моё тело немного недомогает», – вот и всё.
Множество важных чиновников, гражданских и военных, несколько раз пытались увидеться с Инь Шоу, но он их просто прогонял от ворот дворца.
Даже мемориалы, поданные министрами, Инь Шоу одним махом отправлял в кабинет.
Конечно, он их не читал!
– Ерунда какая-то…
– Я же сказал, что приехал сюда наслаждаться, а не мучиться, управляя государством!
Многие гражданские и военные чиновники были сбиты с толку этим внезапным изменением в Инь Шоу. В их сердцах одновременно царили тревога и удивление.
– Что случилось с Его Величеством?
В прежние времена Ди Синь, хотя и не был усердным в работе, в целом считался прилежным и амбициозным. Он смело заявлял о намерении привести династию Великая Шан к процветанию.
Так много дней не заниматься государственными делами – это действительно в первый раз!
За пределами королевского дворца.
Би Гань, пришедший на аудиенцию к Инь Шоу, встретился со старым премьер-министром Шан Жуном!
При встрече на лицах обоих было выражение беспокойства, а у Би Ганя – ещё и гнев, недовольство.
Би Гань, будучи дядей правителя, имел куда более прямолинейный характер и не считал нужным скрывать свои мысли.
– Премьер-министр, что случилось с Его Величеством? Он столько дней не занимается государственными делами, и ни на один из докладов чиновников не поступило ответа…
Би Гань обратился с этим вопросом к Шан Жуну.
На старом лице Шан Жуна читалось лишь беспомощное выражение, и он сказал:
– Дядя правителя, если вы не знаете, откуда мне знать? Но это действительно несколько странно. Его Величество всегда был прилежным, как он вдруг так сильно изменился?
Сказав это, Шан Жун вдруг почувствовал внутреннее движение:
– Неужели это связано с той надписью в храме Нюйвы?
В тот день Шан Жун тайно приказал людям смыть надпись водой после того, как Ди Синь ушёл.
Позже солдаты с ужасом доложили, что, как бы они ни старались, надпись не смывалась, словно она была выгравирована на стене.
Вернувшись и лично проверив, Шан Жун также ничего не смог сделать.
Ведь нельзя же было просто снести эту стену?
Тогда проблем станет ещё больше!
Самое странное, что на следующий день надпись тихо исчезла, беззвучно пропав.
Это изменение, должно быть, было деянием богов.
Поэтому в глубине души Шан Жун подумал:
Может быть, из-за этого дела он оскорбил великую богиню Нюйву, и поэтому у Ди Синя начались проблемы со здоровьем?
Однако Шан Жун лишь держал это в уме, не говоря ничего вслух.
Затем он с серьёзным выражением лица покачал головой и вздохнул:
– Я несколько раз пытался увидеть Его Величество, но так и не смог. Меня всегда останавливали стражники, передавая лишь, что Его Величество немного нездоров…
Услышав это, Би Гань нахмурил брови.
Даже премьер-министр не смог увидеться с Его Величеством. Неужели, что-то действительно случилось?
Тотчас он решительно произнёс:
– Так продолжаться не может, страна не может существовать без правителя ни дня. Сегодня я даже силой пробьюсь и лично увижусь с Его Величеством!
– Если Его Величество действительно нездоров… и что-то случилось…
Дойдя до этого места, Би Гань замолчал, и на его лице снова появилось выражение тревоги.
Если Ди Синь действительно отсутствовал на придворном приёме более десяти дней из-за болезни, то это было бы огромным событием для всей династии Шан и худшей новостью для них.
Они обменялись взглядами, и в их глазах читалась решимость.
Тотчас они пришли к согласию и направились во дворец!
На этот раз всё было так же, как и раньше.
После доклада прошло некоторое время, прежде чем стражник пришёл передать, что, как и прежде, правитель нездоров, и сегодня никого не принимает.
Би Гань нахмурился, его взгляд был необычайно твёрд, и он, оттолкнув стражника, устремился вперёд!
– Я дядя правителя, Би Гань, и у меня есть важное дело к Его Величеству!
– Если вы задержите важные государственные дела, сможете ли вы взять на себя ответственность?
– Пропустите меня!
– Если Его Величество проявит недовольство, я возьму на себя всю ответственность…
Хотя Шан Жун не произнёс ни слова, он тоже, волоча своё трясущееся тело, проталкивался мимо стражников!
Один был дядя Ди Синя, известный своей мудростью.
Другой – нынешний премьер-министр, управляющий государственными делами!
Эти двое были так решительны, как же стражники могли им помешать?
Особенно Шан Жун, которому было уже за семьдесят, он был стар и немощен. Если бы его случайно поранили, то в конечном итоге пострадали бы сами стражники.
Поэтому им обоим удалось прорваться прямо к спальне Ди Синя!
Шан Жун и Би Гань, разумеется, не осмелились двигаться дальше. Они остановились у входа в спальню Ди Синя, поправили одежду и с серьёзным видом поклонились вперёд.
Когда они собирались говорить, они услышали голос Ди Синя изнутри:
— Моя возлюбленная, не убегай!
–…
– Ха-ха-ха, я поймал тебя…
Глава 9: Хитрость покоряет сердца
Услышав этот энергичный голос, Шан Жун и Би Гань переглянулись, их брови хмурились всё больше и больше!
Это они называют «немного недомогает»?
Те двое, кто ещё недавно беспокоился, тут же крайне побледнели!
Лицо старого Шан Жуна слегка дрогнуло.
«Я беспокоился, не потому ли ты нездоров, что великая богиня Нюйва тебя покарала, а оказалось, что это лишь уловка».
«Только для того, чтобы развлекаться с женщинами в гареме?»
Характер Би Ганя был ещё более прямолинейным, и в его сердце тут же зародился гнев, а в глазах словно полыхал огонь!
Нетерпеливый Би Гань тут же хотел рассержено крикнуть.
Но в следующий момент.
Голос царицы Цзян, донёсшийся изнутри, заставил их обоих замереть. Слова, что Би Гань собирался произнести, застряли у него в горле.
Царица Цзян, по их словам, убеждала их, а также произносила слова утешения!
– Ваше Величество мудры и доблестны, как вы можете предаваться удовольствиям гарема и пренебрегать государственными делами?
– Великая Шан не может ни дня прожить без правителя!
Время от времени к ней присоединялись Хуан и две наложницы, поддакивая ей!
Шан Жун и Би Гань, которые уже были готовы гневно «дать совет», замерли и невольно слегка кивнули.
– Я думал, это женщины подбивают…
– Царица и две наложницы действительно проницательны! Только вот правитель…
В этот момент снова послышался голос Ди Синя.
Во дворцовой спальне Инь Шоу, обняв Цзян и наложницу Ян, сидел между ними.
Что до наложницы Хуан, то она стояла напротив Инь Шоу с обиженным выражением на лице!
Инь Шоу бросил взгляд наружу и громко сказал:
– О, царица, вы ошибаетесь! Я просто не посещал двор, как вы можете говорить, что нет правителя?
- К тому же, в моём Великом Шан сейчас полно достойных чиновников! Снаружи — великий наставник Вэнь, ведущий войска, а внутри — канцлер и мой дядя, управляющие государством…
- С ними Великий Шан будет процветать!
- Я всего лишь немного отдохну, разве может из-за этого Великий Шан погрузиться в хаос?
С этими словами он повернул голову, клюнул в щеку королеву Цзян и поддразнил её:
- Или королева не верит в способности канцлера и моего дяди?
Королева Цзян поспешила заверить, что это не так. Услышав слова Инь Шоу, она, конечно же, не могла не похвалить канцлера Шан Жуна и дядю Би Ганя.
Инь Шоу громко рассмеялся и воскликнул:
- Верно, верно! Я в последнее время понял, что не обязательно всё делать самому, чтобы быть мудрым правителем. Истинный путь — это умение распознавать таланты и использовать их, доверяя людям. Если бы наш предок не знал И Иня и не использовал его таланты, как бы он смог создать династию Чэн Тан?
Затем Инь Шоу продолжил шутить с королевой Цзян.
Слова, сказанные внутри дома, снаружи, в ушах Шан Жуна и Би Ганя, прозвучали словно громовой раскат, а затем разлились по сердцу тёплым потоком.
- Оказывается… великий правитель так мне доверяет! — подумали Шан Жун и Би Гань.
Повернувшись друг к другу, они заметили, что лица их слегка покраснели, словно от неловкости. Особенно Шан Жун — его морщинистое лицо слегка подрагивало. В груди клокотало волнение!
И Инь… это же легендарная личность, чьё имя передавалось из поколения в поколение! Благодаря своему таланту он из раба стал канцлером и помог Шан Тану свергнуть Ся Цзе. Его имя было занесено в храмовые записи Великого Шан!
- Великий правитель возлагает на меня такие надежды… сравнивает меня с И Инем…
В этот момент страж, стоявший за ними, прервал размышления Шан Жуна. Они, ворвавшись к покоям Ди Синя, почувствовали тревогу и поспешили доложить о своём приходе.
- Докладываю великому правителю…
http://tl.rulate.ru/book/137441/6905770
Готово:
