Глава 376. Мы идём домой
Зал прибытия Станции Наблюдения Бездны всегда был наполнен гнетущей атмосферой.
Очищающие кристаллы, встроенные в стены, пульсировали каждые несколько секунд.
Рон стоял перед детектором, позволяя щупальцеобразным сканирующим механизмам скользить вокруг его тела.
Эти устройства, сделанные из живого металла, поверхность которых была покрыта тонкими нервными волокнами, могли воспринимать мельчайшие энергетические изменения.
Исследователь, ответственная за обнаружение, была женщиной лет сорока с небольшим.
Ее левая половина лица была сильно обожжена в результате инцидента в Бездне много лет назад. Кожа приобрела грубую текстуру, похожую на кору дерева.
Когда результаты сканирования появились на дисплее, выражение лица женщины средних лет мгновенно застыло.
«Это… это невозможно…»
Ее голос дрожал, и ее здоровая рука начала бессознательно гладить обожженную щеку.
Это была ее привычная реакция в состоянии крайнего напряжения:
«Хаотическая аура на твоем теле… такая чистота… о, Боже… это самый высокий уровень отпечатка Бездны, который я когда-либо видела…»
На экране отображался не обычный энергетический спектр, а постоянно меняющаяся геометрическая фигура.
Эти линии извивались, как живые змеи, образуя различные неописуемые символы. Каждый из них источал странную красоту, способную вызвать психическое расстройство.
«Оценка уровня… такая интенсивность… уровень Апостола…»
На помощь пришел другой сканирующий оператор, худощавый мужчина-волшебник.
Его руки из-за постоянного контакта с материей Бездны приобрели неестественный сине-черный цвет. Ногти стали твердыми, как металл.
«Уровень Апостола… такой уровень отпечатка, теоретически контактирующий должен был уже…»
Мужчина-волшебник не договорил, но все поняли его смысл.
Хаотическая аура уровня Апостола обычно означала, что контактер либо уже мертв, либо уже полностью изменился в неописуемого монстра.
«Пожалуйста… пожалуйста, сотрудничай для проведения глубокой проверки».
Женщина средних лет изо всех сил старалась контролировать свои эмоции, но ее голос по-прежнему дрожал:
«Нам нужно подтвердить твою… твою целостность сознания…»
Окружающие исследователи начали шептаться, их глаза метались между благоговением и страхом.
Некоторые бессознательно отступили на несколько шагов, словно боясь, что хаотическая аура передастся им.
«Конечно, я понимаю ваше беспокойство».
Рон мог чувствовать, как страх в сердцах персонала обнаружения нарастает, как приливная волна:
«Никто не знает опасность Бездны лучше, чем исследователи. Я буду сотрудничать со стандартной процедурой обнаружения».
Последующий процесс обнаружения был полон различных странных деталей.
Сканер ментального загрязнения издавал не привычное жужжание, а странный тон, похожий на плач младенца.
При обработке его образцов крови внутренняя культуральная жидкость анализатора начала самопроизвольно светиться, словно она была наполнена жидкими звездами.
Самым тревожным был осмотр нервной системы.
Когда щуп коснулся виска Рона, на дисплее оборудования для обнаружения появилось бесчисленное количество перекрывающихся изображений человеческих лиц.
Эти лица были мужскими и женскими, старыми и молодыми, но все они имели одинаковое неземное выражение, словно они смотрели на какую-то истину, превосходящую человеческое понимание.
«Эти лица…»
Мужчина-волшебник смотрел на экран, его сине-черные пальцы начали слегка дрожать:
«Они… они улыбаются нам…»
Однако все обычные показатели загрязнения показывали совершенно противоположный результат.
«Стабильность духа 99.3%… ясность сознания 99.7%…»
Женщина средних лет повторяла данные снова и снова, словно сомневаясь в точности оборудования:
«Концентрация факторов Бездны в крови… она даже ниже стандартного значения… это логически совершенно необъяснимо…»
Она подняла голову, глядя на Рона. В ее здоровом глазу было недоумение и какое-то почтительное благоговение:
«Ты… ты контактировал?»
«С какими-то… относительно безвредными существами».
Ответ Рона был кратким и неясным, но содержащаяся в нем информация была достаточной, чтобы потрясти каждого присутствующего.
Способность к относительно «безвредному» контакту с Апостолами Бездны — эта фраза сама по себе была полна сюрреализма.
Как раз когда обнаружение подходило к концу, начальник Уэйн медленно подошел.
Его полукаменное лицо в свете детектора выглядело особенно жутко.
«Волшебник Ральф…»
Голос Уэйна донесся из глубины глотки с хриплым скрежетом, похожим на скрежет камня:
«Похоже, твоя экспедиция… принесла богатые плоды».
В его окаменевшем левом глазу промелькнула зависть:
«Но правила есть правила. Любой возвращающийся, несущий отпечаток уровня Апостола, должен пройти изоляционное наблюдение. Это не личная мера против тебя, а ради… безопасности всей Станции Наблюдения Бездны».
Слова Уэйна, хотя и были формальными, но скрытое в них уважение стало еще более очевидным, чем раньше.
В таком месте, как Станция Наблюдения Бездны, сила была лучшим пропуском.
«Я полностью понимаю, начальник».
Рон кивнул:
«Меры безопасности никогда не лишние, особенно в такой среде».
«Спасибо за твое сотрудничество…»
Уэйн повернулся, жестом приказывая ему следовать за собой:
«Зона изоляции находится в глубоких слоях, там эффект экранирования лучше. Три дня, если у тебя будут какие-либо потребности… книги, исследовательское оборудование, экспериментальные материалы… мы постараемся удовлетворить их».
Они пошли по спиральному проходу, спускающемуся вниз.
«Эти стены…» Рон, пока они шли, наблюдал за окружающей средой:
«Из какого материала они сделаны?»
«Нервные ткани червей Бездны».
Ответ Уэйна был кратким и прямым:
«После специальной обработки они могут воспринимать и подавлять различные вредные ментальные колебания. Для зоны изоляции это самый идеальный строительный материал».
Изоляционная комната располагалась в самом глубоком слое Станции Наблюдения Бездны, окруженная толстыми руническими барьерами.
Эти руны были не выгравированы на камне или металле, а напрямую отпечатаны в искаженной пространственной структуре.
Они медленно вращались в воздухе, излучая мощное силовое поле, подавляющее все сверхъестественные явления.
«Здесь когда-то держали сумасшедшего волшебника уровня Лунного Света».
Уэйн, открывая дверь, небрежно упомянул нечто, что заставило Рона нахмуриться:
«Он в исследовании Бездны контактировал с каким-то существом, с которым не должен был контактировать.
Вернувшись, он начал… проводить некоторые эксперименты, выходящие за рамки дозволенного.
Нам пришлось навсегда изолировать его, пока он не умер естественной смертью».
«Через три дня, если все будет нормально, ты сможешь свободно передвигаться».
Уэйн перед уходом сказал в последний раз:
«Профессор Ютер уже ждет твоего доклада. Он очень… заинтересован в твоем исследовании».
Когда тяжелая дверь закрылась, изоляционная комната погрузилась в глубокую тишину.
Рон подошел к окну, через специальное усиленное стекло наблюдая за внешним пейзажем.
Ночной пейзаж Станции Наблюдения Бездны на фоне среды Бездны представлял собой сюрреалистическую красоту.
Живые строения под лунным светом медленно извивались, биолюминесцентные органы на их поверхности мерцали, как звезды.
Иногда неописуемые тени перемещались между зданиями, их формы были неясными, словно они состояли из чистой темноты.
«Три дня… как раз можно привести в порядок некоторые приобретения».
Рон достал Магический меч, клинок которого в тусклом свете изоляционной комнаты излучал слабое серебристое сияние.
Через ментальную связь он мог чувствовать Нари глубоко в Бездне.
Эта древняя “мать” сейчас в сокровищнице, приводя в порядок различные коллекции, иногда нежно поглаживая куклу-заменитель в своих объятиях.
Но что больше всего привлекло его внимание, так это разница в скорости течения времени.
Опыт почти трех дней на пересечении пятого слоя Бездны в основном мире равнялся более чем одной неделе.
Это явление искажения времени дало ему более глубокое понимание сложности мира Бездны.
«Однако, согласно регулярному графику отдыха Станции Наблюдения Бездны, я скоро смогу вернуться в Центральные земли».
Рон начал в уме составлять подробный план:
«Тот продвинутый курс с 227 записавшимися, а также публикация диссертации по Адаптивному симулятору хаоса…»
Ночь сгущалась, но он не собирался отдыхать.
Он достал продвинутую версию «Биологии Существ Бездны» и начал изучать подробное описание прирожденных Апостолов.
Страницы этой книги не были обычной бумагой, а были сделаны из кожи какого-то существа Бездны.
Когда палец коснулся страниц, можно было почувствовать, как древние знания, содержащиеся в них, текут по кровеносным сосудам.
«Прирожденные Апостолы: в настоящее время зарегистрировано не более трех индивидуумов, существует только один живой; большинство из них погибли в своем полном безумии…»
Описание в книге имело довольно заметные различия по сравнению с его личным опытом:
«Согласно записям, такие существа обладают чрезвычайно сильной агрессивностью и непредсказуемостью. Любой косвенный контакт очень вероятно приведет к растворению сознания…»
Очевидно, эти академические материалы были лишь простой записью наблюдаемой части.
Или, возможно, ученые просто не имели возможности провести глубокое исследование и уже были поглощены его ужасающей силой.
«Ограниченность знаний…»
Рон задумчиво перелистывал эти записи:
«Настоящая Бездна, она гораздо сложнее и многограннее, чем описывается в книгах».
На следующее утро он по обыкновению начал медитацию.
Когда сознание погрузилось в море звезд «Шёпота Пожирателя Звёзд», ясность всего пространства заметно возросла.
Тот прирост ментальной силы на 0.1 единицу, полученный после смены профессии на Мечник-волшебник, уже сыграл ключевую роль.
Ментальная сила на этом этапе, даже прирост на 0.01 единицу был виден невооруженным глазом, не говоря уже о приросте на 0.1 единицу за раз.
Три звезды больше не были далекими световыми точками, а были близкими гигантскими существами.
Глубокий фиолетовый свет Звезды Отшельника тек, как жидкость, в нем содержались бесконечные секреты и мудрость.
Серебристо-белое сияние Звезды Ученого было стабильным и чистым, излучая холодную красоту рациональности и логики.
Свет Звезды Наблюдателя был самым странным, он был похож на гигантский глаз, безразлично наблюдающий за всем.
«Такая интенсивность резонанса…»
Рон внимательно чувствовал энергетический обмен между тремя звездами:
«Изначально процесс активации, который должен был занять год, сейчас, возможно, займет всего несколько месяцев…»
Звездный свет начал сходиться в его духовной глубине, формируя сложную энергетическую цепь.
Эта цепь, несомненно, естественным образом следовала какому-то фундаментальному закону вселенной.
Каждая пульсация делала его понимание мира еще глубже.
«По такому прогрессу, когда я отправлюсь в Песчаный Поток, метод медитации должен будет достигнуть уровня Лунного Света стандарта».
Но лишь прогресса метода медитации было недостаточно.
Требования к продвижению волшебника уровня Лунного Света комплексные, каждая ветвь навыков должна достичь качественного скачка.
Он в уме вспоминал те конкретные требования:
Сложные магические цепи, требующие свободного разделения ментальной силы между несколькими заклинаниями, формируя сеть взаимного усиления.
Сетка ментального сотрясения, требующая преобразования единичной ментальной атаки в многократный сетевой удар.
Матрица управления полем излучения, самая сложная часть, требующая возможности свободно переключать личное поле излучения между различными режимами.
«Сначала завершим первые две, которые почти готовы…» Рон открыл глаза, молча обдумывая свой план усиления:
«Последняя матрица управления полем излучения, она должна соответствовать уровню навыка поля излучения «Опытный», и когда ментальная сила достигнет критической точки уровня Лунного Света, это не будет слишком сложно…»
Время в изоляционной комнате медленно текло.
Послеполуденный солнечный свет проникал в комнату через специальное стекло, но свет, пройдя многократную фильтрацию, приобретал неестественный темно-зеленый цвет.
Рон достал несколько базовых алхимических материалов и начал проводить небольшие эксперименты.
Хотя условия были ограничены, он все же мог проверить некоторые теоретические предположения о свойствах Магического меча.
Как раз когда он сосредоточился на эксперименте, Магический меч внезапно передал ему мягкий резонанс.
Это был сигнал призыва от Нари.
«Мой малыш…»
Голос Нари в глубине сознания прозвучал с материнской нежностью, но в нем также смешивалось ее характерное ощущение инородности:
«Ты в этой узкой клетке в порядке? Мама чувствует, что ты немного… несчастлив?»
Ее забота хлынула, как приливная волна, но Рон мог чувствовать скрытую в ней ужасающую силу.
Даже самое нежное выражение эмоций, исходящее от существа уровня Апостола, несло давление, способное разорвать реальность.
«Я хорошо, мама. Я просто прохожу некоторые необходимые процедуры», — Рон мягко ответил, стараясь при этом сохранить стабильность своего психического состояния:
«Люди здесь довольно… осторожны по отношению к силе Бездны, им нужно убедиться, что я не пострадал от вредоносного влияния».
«Эти глупцы!»
Эмоции Нари мгновенно возбудились, температура в изоляционной комнате из-за ее гнева заметно возросла:
«Как они смеют запирать малыша мамы? Сила мамы приносит тебе только пользу! Эти отпечатки — защита мамы!»
Ее гнев бушевал, как буря в пространстве сознания, но очень быстро его сменила материнская забота:
«Малыш, мама может пойти и забрать тебя домой… те хрупкие барьеры просто не смогут остановить маму…»
«Нет, мама, пожалуйста, не делай этого».
Рон поспешно остановил ее, он знал, какую катастрофу вызовет появление Нари на Станции Наблюдения Бездны:
«Мне нужно поддерживать определенные… социальные связи в этом мире. Если ты появишься, это создаст мне много проблем».
«Социальные связи?»
В голосе Нари звучали недоумение и тонкая ревность:
«Эти холодные сородичи важны для тебя? Важнее, чем мама?»
Ее голос стал немного обиженным, как у ребенка, боящегося быть брошенным:
«У мамы только ты один малыш… но у тебя много выборов…»
Эта чистая зависть вызвала у Рона сложное чувство.
С одной стороны, он действительно был тронут искренними чувствами Нари;
С другой стороны, он также ясно осознавал опасность этих отношений.
«Мама всегда самая важная».
Он мог выбрать только самый безопасный ответ:
«Но как мама должна поддерживать свое положение в Бездне, так и я должен поддерживать определенный статус в обществе волшебников. Только так мы сможем лучше защитить наши отношения».
«Угу…»
Нари немного подумала, эмоции постепенно успокоились:
«Я поняла… как мама не может позволить другим Апостолам узнать о твоем существовании… ты также не можешь позволить другим узнать о существовании мамы…»
«Именно так».
Рон вздохнул с облегчением: «Наши отношения особенные, их нужно тщательно защищать».
«Ну хорошо…»
Голос Нари снова стал нежным:
«Мама будет терпеливо ждать… но малыш, ты должен помнить, что бы тебе ни понадобилась помощь, мама немедленно примчится…»
Диалог продолжался почти час.
Нари болтая, делилась повседневной жизнью куклы-заменителя: Сегодня она выучила новый глубоководный язык, она может просто общаться с разумными медузами; вчера она помогла маме привести в порядок сокровищницу и обнаружила несколько давно забытых драгоценных сокровищ; больше всего ей нравилось слушать, как мама рассказывает истории о первобытной эпохе, особенно о сотворении и разрушении…
Эти, казалось бы, обычные детали позволили Рону глубже понять мир Бездны.
Это был не только ад, полный опасностей, но и сложный мир, имеющий свою историю.
Закончив общение с Нари, он почувствовал глубокую усталость.
Не физическую, а душевную.
В следующее время Рон проверил Магический меч в своей руке.
После этого периода использования он глубже понял свойства этого уникального оружия.
Степень активации клинка, хотя и не была на полном уровне, но основные функции изменения формы по-прежнему были доступны.
Он нежно погладил рукоять, и Магический меч тут же начал деформироваться.
Серебристая жидкая сталь текла, как ртуть, клинок постепенно расширялся и укорачивался, но не мог принять эффективную конструкцию.
Рон пытался превратить его в форму щита, но после нескольких попыток ничего не получилось.
«Возможно, условия активации не были достигнуты, ладно, попробую в следующий раз…»
Он положил Магический меч на специальный держатель рядом с тестовым креслом и начал готовиться к отдыху.
Среда изоляционной комнаты, хотя и была однообразной, но все удобства были полностью оборудованы.
Температура, влажность и даже концентрация магии в воздухе были точно отрегулированы до диапазона, наиболее подходящего для жизни человека.
Рон лег на кровать, сделанную из металла с памятью, чувствуя, как материал автоматически подстраивается под его телосложение.
Мягкость матраса, высота подушки.
Даже температура постельного белья медленно менялась, находя состояние, наиболее соответствующее его личным предпочтениям.
«Сегодня второй день, завтра можно будет выйти отсюда…»
Он закрыл глаза, начал приводить в порядок все приобретения этой глубоководной экспедиции:
Успешное создание Магического меча, установление родительско-детских отношений с Нари;
Новое понимание структуры силы Бездны, а также предстоящие различные возможности и испытания…
Каждая позиция была способна изменить его будущую траекторию развития.
Но в то же время он ясно осознавал, что с ростом силы и влияния он также столкнется с более сложной ситуацией.
Приближение Эвфимии, постоянное внимание Кассандры и Королевы Иллюзий, а также различные скрытые течения в Программе «Восходящих Звёзд»…
«Нужно более осторожно выстраивать каждые отношения…»
С такой мыслью Рон постепенно погрузился в поверхностный сон.
Но как раз когда сознание почти полностью погрузилось, то знакомое чувство осознанного сновидения снова посетило его.
Он полуоткрыл глаза, обнаружив, что границы реальности начали размываться, металлические стены изоляционной комнаты искажались, как расплавленная свеча.
Те упорядоченные рунические цепи начали безумно извиваться, как живые змеи, будто сопротивляясь чему-то.
«Опять сны, меняющие реальность…»
Рон не паниковал, через предыдущие несколько опытов он уже научился сохранять нормальное состояние в таких сверхъестественных переживаниях.
Особые пейзажи Страны Фей начали проявляться вокруг, но на этот раз они были представлены еще более четко и стабильно.
Те парящие острова больше не были размытыми контурами, а были реальными ландшафтами с богатыми деталями.
Радужные водопады низвергались с неба, из них текли жидкие эмоции. Каждая капля содержала различные фрагменты памяти.
Те хрустальные дворцы парили в воздухе.
Каждый из них представлял собой различную структуру, внутри них мерцали световые лучи, олицетворяющие различные области знаний.
«Добро пожаловать снова в мое царство, молодой искатель пути».
Голос Королевы Иллюзий прозвучал, на этот раз общение было явно более четким и стабильным.
«Похоже, ваше Воплощение сознания в этот раз более стабильно».
Рон вежливо поклонился, одновременно активируя «Сверхъестественную Идентификацию» для наблюдения за изменениями окружающей среды:
«Энергетические колебания Страны Фей также более гармоничны, в чем причина?»
«Потому что я и Ютер достигли некоторых соглашений».
Королева Иллюзий загадочно рассмеялась, но не стала объяснять слишком подробно:
«И твоя ментальная сила повысилась, ты также можешь выдерживать передачу информации более высокого уровня».
С ее словами окружающий пейзаж начал тонко меняться.
Изначально парящие острова начали перестраиваться в соответствии с каким-то правилом, формируя гигантский круглый совещательный зал.
В центре было несколько стульев, состоящих из чистого света, вокруг располагались хрустальные экраны, отображающие различные информационные потоки.
«Пожалуйста, сядь, у нас много важных вопросов, которые нужно обсудить».
Рон сел на стул, чувствуя тепло, исходящее от светового стула.
Это чувство было очень странным, это был иллюзорный сон, но ощущения были необычайно реальными.
«Во-первых, позволь мне выразить тебе восхищение за твое выступление в Бездне».
Голос Королевы Иллюзий прозвучал с одобрением:
«Отношения, которые ты установил с Нари, превзошли мои самые оптимистичные ожидания.
Ты не только получил могущественного союзника, но, что более важно, нашел совершенно новый способ роста силы».
Рон слегка нахмурился, он очень не любил, когда его постоянно держали под пристальным вниманием.
Королева Иллюзий, похоже, заметила его недовольство и легко рассмеялась:
«Хе-хе… Быть в центре нашего внимания означает, что у тебя достаточно ценности, а не быть мертвым скелетом, забытым в дикой местности».
«Сегодня не об этом, я связалась с тобой, чтобы рассказать тебе некоторые более глубокие секреты.
О той приближающейся девушке-вампире, о тайне Клана Кровавой Луны за ее спиной, и… о великой игре, в которой ты, возможно, участвуешь».
Услышав эти слова, выражение лица Рона стало мрачным.
На уровне Королевы Иллюзий она не стала бы без причины совершать такую высокозатратную межпространственную коммуникацию.
Очевидно, что ей нужно было передать чрезвычайно важную информацию.
«Пожалуйста, объясните подробнее».
«Эвфимия Пелле… та беловолосая девушка, которая называет себя гением Клана Кровавой Луны…»
Голос Королевы Иллюзий стал глубоким, и окружающие хрустальные экраны начали отображать соответствующие изображения:
«Она действительно творение Короля Крови Эйдена, но ее существование само по себе является частью тщательно спланированного заговора».
На экране появилось изображение Эвфимии.
Но на этот раз это была не ее соблазнительная красота, а кровавые сцены процесса создания.
Бесчисленные экспериментальные существа искажались и деформировались в боли.
Неудачные “дочери” были безжалостно уничтожены, а Эйден наблюдал за каждой деталью с болезненно-удовлетворенным выражением лица.
«Эйден думал, что он исполняет секретный план…»
Голос Королевы Иллюзий звучал с насмешкой:
«Он думал, что создав Эвфимию, он сможет проникнуть в высшие слои мира волшебников и таким образом осуществить свои амбиции.
Но на самом деле каждый его шаг был в наших предположениях».
«Наших?» Рон чутко уловил это ключевое слово.
«Я и Король Абсурда Гектор».
Королева Иллюзий не скрывала, прямо назвав эту удивительную информацию:
«Хотя мы обычно редко сотрудничаем напрямую, в борьбе с Эйденом у нас есть общие интересы».
http://tl.rulate.ru/book/137326/6993472
Готово:
Оченшь сного глав, этак с 330 без плашки "перевод еще не готов", с такими ачипятками.
В основном все хорошо, но перевод уже не такой каким был в первых 300 главах