Глава 222. Семя Апостола
«Тебе не нужно себя винить, Священный Диск».
Её голос был мелодичным, как пение жаворонка, достаточно прекрасным, чтобы заставить забыть всякую боль: «Настоящая игра только начинается».
Господин Священный Диск с недоумением смотрел на трёх Высших Апостолов, не понимая их истинных намерений в этот момент.
Туманное тело Наса, похожее на туманность, медленно плыло вперёд, и сердце в его центре несколько раз сильно забилось.
«Линия времени уже проявилась, и приближается узел судьбы».
Его голос, словно столкновение твёрдых предметов, пронзал барабанные перепонки Господина Священного Диска:
«У этого человека по имени Рон Ральф душа обладает невообразимым потенциалом».
В этот момент шелковые нити «Паука Пустоты» внезапно вытянулись вперёд, сплетая в воздухе сложную руну. Руна вращалась, искажалась, и, наконец, из неё вытянулась кроваво-красная бусина размером с кулак.
Кровавая бусина медленно парила перед Господином Священным Диском, излучая пугающие энергетические колебания.
«Это Семя Апостола», — Меггес спокойно объявил: «Я лично влил в него нить силы уровня апостола. После активации оно может временно повысить ваши способности, давая вам разрушительную силу, приближающуюся к волшебнику уровня Тёмного Солнца, на короткое время».
Господин Священный Диск в шоке смотрел на парящую перед ним бусину, не веря своим ушам. Семя Апостола — это самый драгоценный дар, который обычно даруется только тем, кто считается потенциальным носителем Трона.
«Я… я недостоин…» — он запинался, его деформированное тело, состоящее наполовину из плоти, сильно дёргалось.
«Ты думаешь, это для тебя, презренная букашка?»
Изабелла насмешливо сказала. На её прекрасном лице появилась лёгкая презрительность: «Ты всего лишь инструмент, проводник. Истинная цель Семени — Рон Ральф».
Частота сердцебиения Наса участилась, и звёздный свет вокруг него замерцал.
«Отдай Семя Рону Ральфу», — он приказал: «Если будет возможность, убеди его провести ритуал пробуждения. Но не принуждай. У Семени есть своя собственная направляющая сила».
Господин Священный Диск дрожащей рукой взял кроваво-красную бусину.
Поверхность сферы была тёплой, как кровь. Внутри, казалось, плавали бесчисленные крошечные существа. Ощущение было одновременно отвратительным и завораживающим.
«Я понял, Ваши Милости», — тихо сказал он: «Я сделаю всё возможное, чтобы выполнить задание».
Девять глаз на маске Меггеса одновременно вспыхнули. Разросшиеся нити начали сокращаться, возвращаясь к маске.
«Теперь прими моё благословение».
Его голос раздался в сознании Господина Священного Диска: «Это даст тебе достаточно силы, чтобы пройти сквозь пространственный барьер и вернуться в материальный мир».
Тонкие чёрные нити отделились от тела Меггеса, словно молния, пронзив грудь Господина Священного Диска. Неописуемая энергия тут же хлынула по всему его телу, воспламеняя каждую клетку, каждый нерв, каждую частицу души.
Господин Священный Диск издал пронзительный визг и упал на колени. Его тело начало раздуваться, искажаться. Деформированные части безумно росли, быстро охватывая большую часть тела. Те костяные клинки, которые раньше были только на правой стороне, теперь вылезли из всего тела. Чёрные руны под кожей ожили, извиваясь внутри, как бесчисленные крошечные змеи.
Самым ужасным было его лицо.
Изначально человеческая левая половина лица также начала плавиться, превращаясь в извивающуюся массу плоти, покрытую различными сенсорными органами.
Рот разделился на три части, каждая из которых была усеяна острыми зубами; Нос исчез. Вместо него появился ряд крошечных дыхательных отверстий; Глаза превратились из одного в семь, они были разных размеров и беспорядочно расположены.
Боль продолжалась около минуты. Когда энергия была полностью влита, Господин Священный Диск полностью превратился в монстра. Он встал. Его рост, по меньшей мере, удвоился, и от него исходило удушающее давление.
Несмотря на то, что его внешность полностью изменилась, его сознание стало яснее, чем когда-либо. Могучая сила, подобная бушующей волне, бурлила в его теле, почти душила его.
«Это сила апостола…»
Его голос стал хриплым и искажённым. Каждое слово отдавалось отчётливым эхом: «Слишком… слишком мощно…»
Девять глаз на маске Меггеса последовательно вспыхнули, словно подтверждая состояние Господина Священного Диска.
«Сила лишь временна. Она действует только при активации».
Из-под его паучьей маски сочился холодный свет: «И даже с этой силой ты всё равно будешь разбит настоящим волшебником уровня Тёмного Солнца».
«Более того, если битва затянется, ты даже волшебника Лунного Света не одолеешь».
На прекрасном лице Изабеллы также появилась холодная усмешка.
«Не теряй голову от силы, Священный Диск», — она тихо предупредила:
«На твоём нынешнем уровне ты всё ещё как муравей перед настоящим могущественным существом. Будь осторожен и выполни свою миссию».
Туманное тело Наса начало расширяться, постепенно окутывая всё пространство.
«Время пришло, судьба определена», — его голос доносился со всех сторон:
«Иди, Священный Диск, выполни свою миссию, стань краеугольным камнем Трона».
Господин Священный Диск низко опустил голову в знак покорности. Он осторожно убрал Семя Апостола в специальный мешочек внутри своего тела, затем встал, ожидая указаний к уходу.
Шелковые нити Меггеса снова вытянулись, прорезав щель в воздухе. В щели мерцал слабый свет — это был проход в материальный мир.
«Иди», — Меггес коротко приказал.
Господин Священный Диск без малейшего колебания шагнул в щель и исчез во тьме.
После того как щель закрылась, три Высших Апостола остались на месте, словно обдумывая что-то важное.
На прекрасном лице Изабеллы появилось лёгкое сомнение.
«Меггес, отправлять Священного Диска с Семенем Апостола — это пустая трата времени».
В её тоне прозвучало явное недовольство: «Семя Апостола, которое ты лично извлёк, потратив на это силы, плюс семена, которые мы, другие апостолы, создали с большими затратами. За тысячи лет мы разослали сотни таких, но лишь немногие стали обычными апостолами, не говоря уже о тех, кто мог бы стать нашим товарищем на более высоком уровне».
Туманное тело Наса, похожее на туманность, слегка колебалось, глаза вокруг его сердца мерцали сложным светом.
«Я тоже согласен с Изабеллой», — его голос был хриплым и неприятным, с шипящим звуком, как от электрических разрядов: «Линия времени показывает, что вероятность успеха по-прежнему ничтожна. Зачем вкладывать столько усилий в этого человека?»
Меггес помолчал. Чёрные нити, составляющие его тело, слегка дрожали.
«Вы правы», — наконец сказал он, его голос был безразличным, как всегда:
«Но на этот раз всё по-другому. Я влил в это Семя значительную часть чистой энергии, чтобы оно проросло. Я не рассчитываю на наудачу, я возлагал большие надежды на Рона».
Девять глаз на маске одновременно вспыхнули, излучая глубокий свет.
«В конце концов, даже я, используя свои основные способности, вообще не могу наблюдать за линией судьбы Рона».
Эти слова были подобны бомбе, взорвавшейся в пространстве.
Изабелла и Нас были явно шокированы. Лицо первой утратило прежнее спокойствие, а туманное тело второго сильно задрожало, почти рассеявшись.
«Это… это невозможно?» — Изабелла удивлённо спросила: «Твои «нити» могут видеть сквозь прошлое и будущее. Ты можешь наблюдать даже за траекториями существования уровня Короля-Волшебника. Как ты можешь не видеть судьбу обычного человека?»
Частота сердцебиения Наса резко участилась. Его глаза бешено вращались, словно он просчитывал всевозможные варианты.
«Есть только два объяснения», — его голос был полон редкого шока: «Либо за этим человеком стоит могущественное существо, способное мешать или даже блокировать твои способности…»
«Либо он обладает каким-то особым талантом, превосходящим обычное понимание», — Меггес подхватил, девять глаз на маске последовательно вспыхнули: «Или и то, и другое».
Молчание охватило всё пространство. Высшие Апостолы редко бывали так удивлены. В конце концов, за долгие годы они видели почти все возможные чудеса и аномалии.
«Если… если у него действительно есть такой потенциал…» — в голосе Изабеллы прозвучала едва заметная надежда:
«Возможно, мы наконец-то нашли наследника Четырнадцатого Трона?»
Шелковое тело Меггеса слегка расширилось. Девять глаз на маске одновременно загорелись, ослепительно ярко.
«Именно поэтому я готов вложить столько сил».
Его голос по-прежнему был безразличным, но сила, заключённая в нём, заставляла всё пространство дрожать: «С конца Третьей Эпохи, когда мы, тринадцать, полностью сформировались, Четырнадцатый Трон оставался пустым. Возможно, долгожданный наследник наконец появился».
Туманное тело Наса начало медленно вращаться. Его сердце, усеянное глазами, бешено билось.
Изабелла нежно погладила свою безупречную половину лица, её пальцы скользнули по едва заметному узору.
«Я помню, как я стала такой».
В её голосе прозвучали ностальгия и нескрываемая обида:
«Изначально я была лишь волшебником Утренней Звезды с неплохим талантом. В поисках более высоких сфер я исследовала Бездну и в конечном итоге была соблазнена Семенем Апостола и выбрала путь пробуждения».
Меггес ничего не сказал. Его шелковое тело слегка колебалось, словно он вздыхал.
«Вот почему нам нужно больше подобных существ».
В его голосе не было ни вины, ни сожаления:
«Каждый из нас когда-то был гением материального мира, обладая потенциалом достичь уровня волшебника Тёмного Солнца и даже выше.
Но нас всех соблазнили сюда, и мы оказались в заточении в этой тюрьме Бездны».
Туманное тело Наса расширилось, окутывая окружающее пространство.
Туманное тело Наса сильно задрожало. Глаза вокруг его сердца беспокойно вращались.
«Оно пробуждается».
Нас низко проговорил, в его голосе прозвучал крайний ужас:
«Я чувствую, не только мы, но и все апостолы чувствуют — сама Великая Бездна пробуждается».
«Каждый новый апостол — это новая клетка, новый якорь для этого огромного организма Бездны».
Его голос доносился со всех сторон: «Оковы, которые мы чувствуем, на самом деле — это его контроль и поглощение нас. Чем больше оно пробуждается, тем больше мы ограничены».
«И всё, что мы можем сделать, это создавать больше подобных существ».
Меггес добавил, в его голосе прозвучало невыразимое, искажённое наслаждение:
«Те гении, которые потенциально могут стать Великими Волшебниками и даже Королями-Волшебниками, те потенциальные враги, которые могут ему угрожать…
Один за другим они соблазняются сюда, превращаясь в его пищу и слуг».
Изабелла издала пронзительный смех, её когда-то безупречная половина лица исказилась в ужасное выражение.
«Как иронично: те, кто больше всего мог бы бросить ему вызов, в конечном итоге стали его самыми верными рабами».
Она тихо сказала, её серебристые глаза мерцали безумным светом: «А мы, так называемые Высшие Апостолы, — всего лишь более высокопоставленные тюремщики».
Меггес не возражал. Девять глаз на маске последовательно вспыхнули, словно он о чём-то размышлял.
«Но… Четырнадцатый Трон».
Он наконец заговорил, в его голосе прозвучала едва заметная надежда: «Возможно, это и есть ключ к нашему выходу из тупика».
Изабелла и Нас одновременно замолчали, явно потрясённые этой мыслью.
«Ты хочешь сказать, что на этот раз мы не собираемся создавать нового заключённого, а…»
Голос Изабеллы дрогнул. Её тело, покрытое чешуёй, слегка засветилось: «Освободителя?»
Шелковое тело Меггеса расширилось, и девять глаз на маске одновременно загорелись, ослепительно ярко.
«Я не знаю», — он откровенно сказал, в его голосе смешивались рациональность и безумие:
«Но линия судьбы Рона Ральфа совершенно невидима для меня. Это само по себе беспрецедентное чудо.
Возможно, он станет четырнадцатым Высшим Апостолом, возможно…»
Он не закончил, но два других апостола явно поняли, что он имеет в виду.
«Испокон веков все Семена Апостола предназначались для того, чтобы заманивать гениев в Бездну», — туманное тело Наса снова собралось. Глаза вокруг его сердца мерцали неопределённым светом: «Но на этот раз, возможно, мы сможем попробовать что-то другое».
Молчание снова охватило всё пространство. Три Высших Апостола погрузились в свои мысли. В тот момент они словно вернулись к своему облику до того, как стать апостолами — рациональными, спокойными, полными жажды знаний.
«В любом случае, этот Священный Диск не важен».
Изабелла наконец сказала, нарушая молчание: «Он всего лишь инструмент для передачи. Хотя ему временно была дарована сила, он всё равно остаётся пешкой».
Меггес слегка кивнул. Глаза на маске последовательно вспыхнули.
«А настоящая игра только начинается».
Он тихо сказал, в его голосе прозвучало древнее предвкушение:
«Давайте посмотрим, какие сюрпризы принесёт нам этот человек по имени Рон Ральф».
Едва его слова прозвучали, как фигуры трёх Высших Апостолов полностью исчезли в темноте Лабиринта.
Оставив после себя лишь тихое пространство и витающую в воздухе фразу: «Четырнадцатый Трон, долгожданный наследник…»
В глубинах седьмого слоя Бездны, в «Бездне Душ».
Это место отличалось от лабиринтной структуры шестого слоя. Оно больше походило на бескрайнюю серую пустошь. Серость происходила не от земли или неба, а от вездесущих фрагментов души. Бесчисленные жизни, которые когда-то вошли сюда, но были ассимилированы, их остаточные сознания превратились в крошечные серые светящиеся точки, медленно парящие в воздухе.
В одной из областей этой пустоши стояли тринадцать огромных тронов. Каждый из них был высотой не менее нескольких десятков метров, состоял из разных материалов и излучал удушающее величие. Трон располагались не по прямой линии, а образовывали странную геометрическую фигуру. С высоты птичьего полёта она напоминала искажённый глаз.
В центре тронов парил огромный серый вихрь, постоянно вращающийся и издающий низкий гул.
«Снова зашевелился».
Низкий голос донёсся с третьего трона. Это было гуманоидное существо, покрытое тёмно-красной чешуёй, с драконьей головой и глазами, мерцающими золотым светом.
«Не только здесь, вся Бездна пробуждается».
Другой голос ответил с седьмого трона. На нём сидело существо, полностью состоящее из жидкого металла. Его тело постоянно меняло форму, то превращаясь в человека, то в зверя, его очертания всегда оставались расплывчатыми.
«Почему Меггес так одержим этим Четырнадцатым Троном?»
Существо на десятом троне заговорило, его голос был похож на треск стекла. Его форма была более абстрактной, похожей на скульптуру, собранную из бесчисленных сломанных костей, постоянно искажающуюся.
«Возможно, потому что на этот раз Семя другое», — ответила женщина, опутанная бесчисленными цепями, на пятом троне.
Её кожа была бледно-белой, глаза — бездонно чёрными, а на губах играла улыбка: «Или он просто устал от этого вечного заточения и ищет перемен».
С этими словами серый вихрь снова сильно задрожал, издав ужасный звук, похожий на крик тысяч существ одновременно.
Апостолы на тронах одновременно прекратили разговор и уставились на постоянно расширяющийся вихрь. В их глазах читался как страх, так и нескрываемое предвкушение. В этом долгом заточении любые изменения, даже разрушение, были приятнее вечного застоя.
И в этот момент изменения происходили.
http://tl.rulate.ru/book/137326/6723914
BANAN16 (читатель/заложение основ)
25 сентября 2025 в 00:05
0
Готово:
