Глава 180. Пыль оседает
Лилия поправляла свою ученическую мантию, убеждаясь, что каждая складка аккуратна и ровна.
«Поручение учителя должно быть выполнено хорошо…» — девушка тихо пробормотала, глядя в зеркало.
Рон накануне уже предупредил её, чтобы она выполнила важное поручение для госпожи Эллен. Сам он был занят ежеквартальным заседанием последовательности кандидатов в волшебники и не мог пойти лично.
Лилия положила специальный ящик с драгоценными материалами в сумку, ещё раз убедилась, что список верен, и только тогда покинула мастерскую.
Ранний утренний свет проникал сквозь вечный туман Леса Чёрного Тумана, окрашивая тропинку туманным серебром.
Она снова поправила воротник, глубоко вдохнула и направилась к лавке зелий госпожи Эллен.
Это был её первый раз, когда она отправлялась одна после того, как стала ученицей Рона. Хотя этот маршрут был ей очень хорошо знаком, в её сердце всё ещё присутствовала лёгкая нервозность.
Дорога к аптеке госпожи Эллен была недолгой, но нужно было пройти через район подмастерьев.
Это было место, где Лилия когда-то недолго жила, и это было отправной точкой её побега от того среднего ученика, который её преследовал.
Когда она быстро проходила по главной дороге района подмастерьев, несколько знакомых лиц привлекли её внимание.
Это были несколько подмастерьев, которые когда-то учились с ней в одной группе. Они тихо переговаривались.
Увидев Лилию, их взгляды тут же притянулись к яркому значку младшего ученика на её груди.
«Это… это Лилия?» — худой высокий парень удивлённо прошептал: «Она что, уже стала младшим учеником?»
«Слышала, она сейчас работает в мастерской у того гения, старшего ученика Рона Ральфа, она его личная помощница», — другая девушка закусила губу, в её глазах мелькнула зависть.
Их шёпот не был намеренно скрыт, Лилия ясно слышала каждое слово.
Это резко контрастировало с теми пренебрежительными и подозрительными взглядами, которые она получала, когда только пришла в район подмастерьев несколько месяцев назад.
Когда она подошла ближе, эти подмастерья вдруг стали необычайно почтительны, даже не сговариваясь, расступились в стороны, освобождая ей проход.
«Доброе… доброе утро, старшая Лилия».
Одна из них, некогда высокомерная дворянка, которая раньше её игнорировала, даже осторожно поздоровалась, её голос был полон сдержанности.
Лилия слегка кивнула в ответ, её сердце наполнилось сложными эмоциями.
Она никогда не была человеком, который бы зазнавался от повышения статуса, но в этот момент она не могла не признать, что такой резкий контраст, вызванный ростом статуса, действительно приносит удовлетворение.
«Это и есть преимущество примыкания к сильному?»
Она про себя спросила, затем покачала головой, отвергая эту мысль:
«Нет, мой нынешний статус я заслужила собственными усилиями. Учитель уже сказал, что он просто дал мне возможность, а не подачку».
Пройдя через район общежитий подмастерьев, она быстро добралась до лавки зелий госпожи Эллен.
Знакомая лавка всё ещё источала свой уникальный аромат трав, у дверей ветряные колокольчики тихонько звенели, издавая чистый звук.
Когда она толкнула дверь, Лилия почувствовала лёгкое беспокойство.
Госпожа Эллен была для неё одновременно и наставницей, и первым человеком, который дал ей убежище.
«Заходи, не стой у дверей», — знакомый хриплый голос донёсся изнутри лавки.
Госпожа Эллен сидела за прилавком, растирая какие-то травы, её жутковато-зелёные глаза по-прежнему были остры, как и прежде.
«Госпожа, добрый день», — Лилия тихо поприветствовала, подойдя к прилавку.
«Похоже, тот сопляк слишком занят, чтобы прийти ко мне, поэтому послал тебя, малышка», — госпожа Эллен отложила ступку для трав, осматривая девушку: «Надо сказать, ты сильно изменилась за то время, что была с ним».
Лилия чувствовала, что эти глаза, словно, могут видеть сквозь её душу. Она невольно слегка опустила голову, избегая прямого взгляда.
«Несёт на себе следы магии Рона».
Старуха понюхала: «Похоже, тот парень действительно многому тебя научил. Значок младшего ученика… Сколько времени прошло? Три месяца? Четыре месяца?»
«Четыре месяца и семь дней, госпожа», — тихо ответила Лилия.
«Ладно, перестань притворяться», — госпожа Эллен нетерпеливо махнула рукой, но в её глазах мелькнула нежность: «Садись, чай на прежнем месте, налей себе сама».
Лилия умело подошла к столику в углу и налила горячего чая себе и госпоже Эллен.
Это была привычка, которую она приобрела, работая здесь: всякий раз, когда госпожа Эллен уставала от чтения или приготовления зелий, она всегда готовила чашку тёплого чая.
«Учитель передал вам все необходимые материалы», — Лилия села напротив госпожи Эллен и достала тщательно упакованный ящик:
«А также его приветствия и благодарность».
Госпожа Эллен проигнорировала вторую половину предложения, лишь приподняла брови: «Все? Он уже собрал?»
Лилия кивнула, осторожно открывая ящик.
Внутри аккуратно лежали оставшиеся три редких материала, каждый был запечатан в специальном контейнере, сохраняясь в оптимальном состоянии.
«Пыль Ночного Цветения» — порошок, полученный из цветка, который распускается только в полнолуние, излучающий слабый серебристый свет. Говорят, он может позволить мёртвым на короткое время говорить, рассказывая свои последние воспоминания перед смертью.
«Глазная жидкость Пожирателя Снов» — полупрозрачная молочно-белая жидкость, полученная от особого вида пауков со второго слоя Бездны. Она позволяет пользователю видеть сцены из чужих снов.
И, наконец, самый ценный и редкий: «Горловая кость Иллюзорной Птицы».
Эта исчезающая птица, чьи горловые кости могут имитировать любой звук, а также преобразовывать звуковые волны в особые ментальные колебания.
Госпожа Эллен, увидев последний материал, явно удивилась:
«Горловая кость Иллюзорной Птицы? Такие вещи почти исчезли в Лесу Чёрного Тумана. Откуда он её взял?»
«Вероятно, через связи мастера Магнуса и Ассоциации Зельеваров», — тихо ответила Лилия: «Учитель всё это время собирал эти материалы по разным каналам».
Госпожа Эллен фыркнула, но в её жутковато-зелёных глазах мелькнула лёгкая удовлетворённость: «Этот мальчик, впрочем, никогда меня не разочаровывал».
Её голос стал таким тихим, что его почти не было слышно. Затем она подняла голову и посмотрела на Лилию: «Как ты там у него? Достигла ли ты своей ожидаемой цели?»
Лилия опешила, не зная, что именно имеет в виду госпожа Эллен.
Имеет ли она в виду, что избавилась от преследований Кейнса? Или речь идёт о её возможных отношениях с Роном?
Она помнила, что никогда прямо не говорила госпоже Эллен о своих «целях».
«Я… я думаю, в основном достигла», — подумав об этом, она опустила голову и нерешительно сказала:
«Учитель очень добр ко мне, он дал мне возможность учиться, а также обеспечил безопасную и комфортную жизнь».
Госпожа Эллен многозначительно посмотрела на неё, словно услышав в её словах больше, чем она сказала, но не стала продолжать расспросы.
Лилия огляделась и вдруг заметила, что знакомая ей лавка изменилась:
«Госпожа, а где Фиона? Я её не вижу».
«Ох, эта девчонка, я её отослала», — госпожа Эллен небрежно махнула рукой:
«Я отдала её в филиал Ассоциации Зельеваров школы. Теперь она там отвечает за приготовление базовых зелий».
«Вы хотите сказать, что её отсюда… отослали?» — Лилия слегка удивилась, затем осторожно использовала нейтральное слово.
«Ха, просто я её отсеяла, не каждый подходит, чтобы быть здесь», — госпожа Эллен, опираясь на посох, встала, её голос стал немного холодным:
«Её талант в зельеварении был неплох, и в техническом плане проблем не было, но ей не хватало необходимой решимости и адаптивности».
Лилия невольно вспомнила всегда осторожный характер Фионы. Оценка госпожи Эллен, похоже, не была ошибочной.
«Отсеяна…» — она про себя тихо пробормотала.
Талант Фионы, очевидно, был достаточен, чтобы в будущем стать профессиональным зельеваром. Именно поэтому она тогда так усердно угождала ей.
Если такого человека отсеяли, то насколько же высоки стандарты госпожи Эллен?
Подумав об этом, она вдруг кое-что осознала…
«Эм, госпожа Эллен», — Лилия осмелилась спросить: «Учитель… он ваш единственный признанный ученик?»
Госпожа Эллен взглянула на неё. Её ястребиный, острый взгляд заставил Лилию почувствовать напряжение.
«Этот мальчик действительно очень необычный».
Старуха поджала губы и медленно сказала: «Но нет ничего абсолютного. Возможно, однажды я встречу ученика лучше, чем он, кто знает?»
Её слова звучали несколько отстранённо, но Лилия чутко уловила гордость в глазах госпожи Эллен, когда она это говорила.
«Не думай об этом так много», — госпожа Эллен, казалось, прочитала её мысли:
«Этот мир никогда не был справедливым. Некоторые предназначены для вершин, другие — для выполнения базовой работы. Фиона в Ассоциации тоже неплохо справляется, по крайней мере, это лучше, чем постоянно получать выговоры здесь».
«Ладно, после обмена новостями, займёмся делом», — она сказала, доставая из ящика две вещи:
изысканную чёрную герметичную шкатулку и письмо, излучающее слабый серебристый свет.
Герметичная шкатулка была покрыта сложными защитными рунами, каждая линия была чрезвычайно тонкой, образуя идеальный защитный массив;
А письмо было окутано магическим барьером, на поверхности которого смутно текли руны.
Это был механизм самоуничтожения. Если кто-то попытается открыть его силой, содержимое тут же превратится в прах.
«Материалы я уже приняла, теперь ты передай это ему».
Госпожа Эллен передала две вещи Лилии: «Скажи ему, что последний этап «Шёпота Пожирателя Звёзд» крайне опасен и не стоит приступать к нему без соответствующей подготовки.”
Лилия осторожно взяла эти две драгоценные вещи, почувствовав тяжёлую ответственность:
«Я обязательно передам это учителю в целости и сохранности».
«И…» — госпожа Эллен запнулась, на её лице появилось редкое неуверенное выражение: «Скажи ему, что путь, который я не смогла пройти до конца, я надеюсь, что он пройдёт его успешно».
Лилия кивнула, хотя она не совсем понимала смысл этих слов, но чувствовала сильное сожаление, заключённое в них.
Старуха вдруг протянула свою мозолистую руку и нежно погладила Лилию по щеке: «Ты, девчонка, тоже неплохая. По сравнению с Фионой, у которой был неплохой талант, твой рост меня радует больше».
Эта внезапная нежность заставила Лилию замереть, на мгновение она не знала, как реагировать.
Говоря это, госпожа Эллен достала ещё один пергаментный свиток. Печать на этом свитке была гораздо менее герметичной, чем на той шкатулке:
«У тебя ведь, наверное, нет другого метода медитации, кроме базового? Это набор методов медитации драгоценного камня, который я использовала, когда была ученицей. Хотя он не так силён, как тот, который я дала тому мальчишке, но он стабилен и постоянен».
Метод медитации драгоценного камня?
Лилия раньше действительно беспокоилась об этом. Она и Рон договорились найти возможность купить другой метод медитации у других наставников, чтобы использовать его только на этапе ученика.
Сейчас Лилия всё ещё копила средства. Рон всегда платил ей зарплату помощника. У неё уже была небольшая сумма более двухсот магических осколков, но до самого базового продвинутого метода медитации ей ещё было далеко.
Но она не ожидала, что госпожа Эллен теперь напрямую поможет ей решить эту проблему.
«Ладно, не стой как дура».
Старуха вернулась к своему обычному едкому тону:
«Быстро неси это этому сопляку. И помни, не давай никому видеть эту шкатулку, и тем более не давай никому её трогать».
«Да, госпожа».
Лилия глубоко поклонилась, осторожно убрав несколько предметов в свою сумку: «Благодарю вас за всю вашу помощь».
Покидая аптеку, девушка чувствовала себя сложной и тяжёлой. В небе собирались тёмные тучи, казалось, снова будет дождь. Лилия ускорила шаг. Дождь в Лесу Чёрного Тумана всегда имел странный запах и вызывал зуд на коже, если долго оставаться под ним.
Проходя через рынок, она по привычке огляделась. Сейчас, неся с собой такие важные предметы, она должна была быть особенно осторожной. Как раз когда она собиралась покинуть территорию рынка, в её поле зрения внезапно появилась фигура.
Это был Огг Кейнс, средний ученик, который когда-то имел к ней нечистые намерения. Он с несколькими товарищами стоял на обочине дороги, смеясь и разговаривая. Лилия инстинктивно хотела увернуться, но тут же успокоилась и бесстрастно прошла мимо них.
Она уже не была той беспомощной подмастерьем, какой была раньше.
Кейнс заметил её, и в его глазах мелькнула лёгкое удивление.
Но он быстро вернулся к своему обычному виду и даже слегка кивнул ей в знак приветствия, в его глазах, казалось, даже мелькнул намёк на… благоговение?
Он, конечно, боялся не её, а Рона, который стоял за её спиной. Гения, который быстро поднялся и уже получил всеобщее внимание со стороны высшего руководства школы. Таланта, который добился выдающихся успехов во многих областях.
Тёмные тучи в небе сгущались, и издалека доносился слабый гром.
«Учитель будет очень рад получить это», — она тихо пробормотала, пальцы скользнули по деревянной шкатулке, которую она держала близко к телу, на её губах появилась улыбка.
Девушка ускорила шаг, возвращаясь домой. В её сердце была лишь одна мысль — как можно скорее вернуться в мастерскую, в то место, которое стало её настоящим домом.
Центральная Башня Академии Чёрного Тумана. Сегодняшний конференц-зал был особенно торжественным.
Под высоким куполом полукругом стояли длинные столы, расставленные по рангу в последовательности, перед каждым местом лежала табличка с номером. В центре конференц-зала медленно вращалась огромная трёхмерная проекция, показывающая сложную пирамидальную структуру — трёхмерную модель Алтаря Родословной.
Рон, одетый в аккуратную мантию ученика, на груди носил двойные значки старшего ученика и профессионального зельевара. Он пришёл на собрание рано и тихо сидел на своём месте.
Четырнадцатое место — это было его положение после прошлой оценки. Хотя это уже считалось довольно хорошим рейтингом, расстояние до более высоких мест в передней части зала было всё ещё очевидным.
Постепенно прибывали новые люди. Лидер, Холт, был спокоен и уравновешен, как обычно, и, прибыв, кивнул Рону в знак приветствия. Другие члены последовательности также постепенно собирались, на лицах каждого читалось разная степень предвкушения или напряжения.
Когда наступило назначенное время, голос заместителя декана Хайека разнёсся по залу: «Поскольку все собрались, заседание по оценке начинается».
Он был одет в тёмно-пурпурную мантию, на груди носил сложную должностную эмблему, его лицо было величественным и неприступным.
«Прежде всего, давайте утвердим два основных пункта повестки дня этого заседания: распределение мест в Алтаре Родословной, который откроется через месяц, а также заполнение вакантных мест после дезертирства Оливера и Синтии».
Тихий шёпот в зале тут же прекратился. Алтарь Родословной и повышение/понижение в рейтинге — эти две темы могли заставить любого члена последовательности затаить дыхание.
«Что касается Алтаря Родословной», — Хайек продолжил: «Согласно официальному уведомлению Хрустального Шпиля, на этот раз наша Академия Чёрного Тумана, как и прежде, получает пять мест. Учитывая особенности и риски алтаря, участники должны обладать достаточной силой и соответствием».
Его взгляд скользнул по каждому члену последовательности в зале, задерживаясь на некоторых немного дольше. Его взгляд скользнул по каждому присутствующему, словно он что-то оценивал.
«Прежде всего, давайте разберёмся с некоторыми необходимыми процедурными вопросами. Что касается дезертирства Оливера Уэста и Синтии Новик, школа уже сформировала специальную следственную группу и официально объявляет об их исключении из последовательности кандидатов в волшебники».
По залу прокатился тихий ропот, который быстро утих.
Хайек продолжил: «Освободившиеся места в последовательности будут заполнены в соответствии с последней оценкой. Теперь перейдём к сути дела — корректировке рейтинга последовательности».
Он махнул рукой, и хрустальный шар в центре зала излучил мягкий свет, проецируя прозрачный список рейтинга.
Список отображал имя каждого члена, текущий рейтинг и различные оценочные показатели.
«Согласно комплексным показателям за этот квартал, первые пять мест в последовательности остаются неизменными: Холт Элвин продолжает занимать первое место, Герберт Левин и Кейтлин Гарднер занимают второе и третье места соответственно».
Этот результат был ожидаемым. Сила Холта всегда значительно превосходила всех остальных в последовательности, и никто не оспаривал его первое место.
Однако следующая корректировка рейтинга привлекла всеобщее внимание.
«Учитывая недавние достижения и успехи, Рон Ральф будет повышен с четырнадцатого до шестого места, напрямую заменяя прежнее место дезертира Оливера».
Это решение было подобно камню, брошенному в спокойное озеро, оно тут же вызвало волнение. В зале раздался удивлённый шёпот, и многие взгляды сфокусировались на Роне.
Продвижение на восемь позиций! Такого в истории школы почти не было.
Хайек, казалось, предвидел такую реакцию, и добавил: «Это решение основано на нескольких объективных показателях, включая, но не ограничиваясь: выдающееся выступление на недавней Кровавой Арене, официальное получение квалификации модификатора родословной, а также успешное прохождение аттестации старшего ученика.
Кроме того, наставник Сорен и наставница Юни предоставили личные рекомендации».
Рон оставался спокойным, в его сердце поднималась лёгкая радость. Этот огромный скачок в последовательности был не только признанием его усилий, но и ключевым шагом к вступлению в Алтарь Родословной.
«Кроме того», — Хайек продолжил объявлять: «Трейси Линда повышается с десятого до седьмого места, сразу после ученика Ральфа».
Скорость продвижения Трейси, хотя и не была такой поразительной, как у Рона, всё же была весьма значительной.
Рон посмотрел на каштановолосую девушку, и их взгляды встретились. В её глазах читались радость, восхищение, а также едва заметная доля соперничества.
Хайек объявил ещё несколько корректировок рейтинга, в основном небольшие повышения или понижения, которые не вызвали большого волнения.
«Это основные изменения в рейтинге последовательности за этот квартал».
Хайек наконец сказал: «Пожалуйста, займите свои места в соответствии с новым рейтингом».
Рон встал и направился к месту, обозначенному как шестое, — это было бывшее место Оливера.
Когда он сел, то почувствовал, как со всех сторон на него устремились взгляды. Но он уже привык к такому вниманию. С того дня, как он стал младшим учеником, каждый его шаг сопровождался различными предположениями и пересудами. Эти внешние голоса уже давно не могли его поколебать.
После того как все заняли свои места в соответствии с новым рейтингом, Хайек перешёл ко второму пункту повестки дня — распределению мест в Алтаре Родословной.
«Через месяц Алтарь Родословной снова откроется. Это редкая возможность для участников глубоко понять и повысить свой потенциал родословной».
Голос Хайека стал ещё более торжественным: «Согласно соглашению между школой и Хрустальным Шпилем, на этот раз наша Академия Чёрного Тумана, как и прежде, получает пять мест.
Учитывая различные факторы, школа решила распределить эти пять мест следующим образом: Первые три места — Холт Элвин, Герберт Левин и Кейтлин Гарднер — займут по одному месту. Два других места распределяются между Роном Ральфом и Трейси Линда».
Этот план распределения сразу же вызвал некоторое недовольство. Особенно у двух старших учеников, занимавших четвёртое и пятое места, которых напрямую пропустили. Их лица заметно помрачнели.
Однако, поскольку это было решение многих наставников и заместителя декана, эти ученики, естественно, не осмелились выражать никаких обид. Разрыв в статусе между учеником и официальным волшебником был абсолютно чётко определён. Никто не посмеет выступить против в такой момент. В этом конференц-зале не было бы таких глупцов.
«Хорошо, распределение мест утверждено».
Увидев, что всё улажено, Хайек оглядел всех:
«Пять учеников, получивших места, пожалуйста, останьтесь после собрания. Нам нужно предоставить вам важную информацию и инструкции относительно Алтаря Родословной».
На собрании затем также обсуждались некоторые внутренние дела школы и внешние угрозы, в основном касающиеся последней информации и мер предосторожности в отношении организации «Глаз Бездны».
После официального завершения ежеквартального заседания другие ученики постепенно разошлись, оставив только пятерых, получивших места в Алтаре Родословной, и нескольких наставников.
«Поздравляю вас с этой редкой возможностью», — Хайек подошёл к пятерым, в его голосе прозвучала редкая мягкость:
«Алтарь Родословной — это не только возможность для самосовершенствования, но и важная инвестиция школы в вас».
Сорен шагнул вперёд и добавил: «Алтарь Родословной, хотя и полон возможностей, также несёт в себе риски. В истории немало учеников сталкивались там с несчастными случаями и даже теряли жизни. Поэтому тщательная подготовка и осторожность крайне важны».
Его взгляд на мгновение задержался на Роне, и в его глазах появилось трудноуловимое, сложное выражение: «Особенно ученик Ральф, как модификатор родословной, ваши профессиональные знания станут важной опорой для команды».
Рон кивнул в знак понимания: «Я сделаю всё возможное, чтобы обеспечить безопасность и успех команды».
После собрания, когда остальные уже разошлись, Хайек вдруг окликнул Рона: «Ученик Ральф, подойдите ко мне».
Рон немного удивился, но тут же последовал за Хайеком. Хайек привёл Рона в тихую маленькую комнату. Убедившись, что никто не потревожит их, он заговорил:
«Я постоянно следил за вашим прогрессом, ученик Ральф. Скорость вашего роста весьма поразительна, а также вы демонстрируете редкое многостороннее развитие. Это очень ценно».
Рон осторожно ответил: «Всё это благодаря отличной среде, предоставленной школой, и наставлениям всех наставников».
Хайек слегка улыбнулся: «Лицемерная скромность для меня ничего не значит. Мы оба знаем, что ваши достижения в основном обусловлены вашим собственным талантом и усердием».
Он достал из-под мантии хрустальный шар-запись, на котором появились сложные модели заклинаний: «У меня есть модель заклинания, которая, возможно, подойдёт для вас сейчас».
Рон взял хрустальный шар, ощутив точную структуру заклинания, записанную в нём.
http://tl.rulate.ru/book/137326/6704537
BANAN16 (читатель/заложение основ)
24 сентября 2025 в 12:29
0
Готово:
