Мо Бай беспомощно пожал плечами и не стал его разоблачать. В конце концов, он обратился к нему по серьёзному делу.
Тактично покашляв, Мо Бай стал серьёзнее и перешёл к делу:
– Дядя Джи…
– А?
– Дочь хочешь? Скажи только, я тебе её прямо сейчас пришлю…
– Ты что несёшь?
Гильдарту показалось, что Мо Бай выпил что-то не то, и он выпалил эту фразу. Что значит: «Дочь хочешь или нет»?
Мо Бай почесал в затылке:
– Ну… как бы это поточнее объяснить…
– Дай мне объяснить.
Мягкий голос раздался из-за спины Мо Бая. Канари наконец набралась смелости, постепенно выдвинулась вперёд и спокойно посмотрела на Гильдарта. Мо Бай облегченно вздохнул. Всё-таки до неё дошло, и она решилась во всём признаться…
Гильдартс с интересом посмотрел на Канари, притворяясь, что внимательно слушает:
– Малышка, ты хочешь со мной о чём-то поговорить?
Глядя на обветренное лицо Гильдарта, губы Канари слегка подрагивали. Наконец её взгляд успокоился, и она медленно произнесла:
– Вообще-то… причина, по которой я пришла в гильдию, – это найти отца.
Гильдартс немного удивился, но не связал это с тем, что сказал Мо Бай, и произнёс:
– Впервые такое слышу. Значит, твой отец тоже был членом гильдии «Хвост Феи»?
Глаза Канари быстро наполнились разочарованием, кулаки сжались, и губы почти до крови прикушены.
Прошло много времени.
Канари наконец снова подняла голову и выдала тайну, которая была запечатана в её сердце много лет:
– Моя мама перед смертью сказала, что моего отца зовут Гильдартс, и это… ты…
Выражение лица Гильдарта застыло. Мозг отключился…
Через несколько секунд он посмотрел на раскрасневшиеся щёки Канари и наконец очнулся как будто ото сна.
– А-а?!
Эта новость прозвучала как гром среди ясного неба, оглушая; глаза Гильдарта внезапно расширились, челюсть почти отпала, его взгляд был полон шока и недоверия.
Кана объяснила:
– Потому что много всего произошло... Вот я и решила рассказать тебе всё, что было до сих пор...
– Подожди... Подожди минутку!
Гилдартс прикрыл лицо и протянул руку, прерывая Кану:
– Ты... Кто тебя родил?!
– А?
Как только это было произнесено.
Теперь настала очередь Каны растеряться.
– Что значит, "кто меня родил"...
Гилдартс долго смотрел на лицо Каны, но так и не смог её узнать, поэтому смог только перебирать имена одно за другим:
– Я... Я правда не могу догадаться, кто твоя мама... Сара? Наоми? Клэр? Фина? Мэри? Элиза?
– О нет, у тебя не такой цвет волос... Эмма? Лейла? Дженни? Ширли? Кейт? Юка? Франсуаза...
Видя, как Гилдартс загибает пальцы, отбрасывая одну за другой.
Скоро десяти пальцев стало не хватать.
Мо Бай тихо сказал рядом:
– Дядя, сколько у тебя было девушек...
Кана тоже смутилась на месте, с очень неестественным выражением лица.
– О! Я понял!
Глаза Гилдартса внезапно загорелись, а затем он сказал:
– Ты, должно быть, дочь Силупии! Вы совершенно одинаковые... Например, пол.
Кана потеряла дар речи, презрительно взглянула на Гилдартса и безмолвно сказала:
– Я просто в ярости от тебя, не ожидала, что мой папа такой бабник!
Гилдартс смущённо почесал затылок:
– Эм!
Кана тихо фыркнула, сердито повернула голову:
– В общем, так всё и произошло, я закончила! Мо Бай, пойдём!!
– Подожди... Подожди минутку! – крикнул Гилдартс.
Кана всё ещё злилась:
– Это всё, что я хотела сказать, мне не обязательно быть с тобой одной семьёй, и моя жизнь сейчас хороша...
Не успела она договорить.
Кана вдруг почувствовала пару сильных рук, и, ничего не сказав, он прямо обнял её.
Сначала она хотела сопротивляться.
Но голос Гилдартса над головой был особенно обнадёживающим:
– Ты ребёнок Корнелии, в этом нет никаких сомнений.
– Отпусти меня, – прошептала Кана.
– Почему... ты рассказала мне об этом только сейчас?
– Я... Я не могла этого сказать, и по какой-то причине это отложилось до сегодняшнего дня.
Бросившись в теплые объятия Гилдарта, Кана наконец открыла свое сердце.
Гильдарт уже не был таким легкомысленным, как прежде, и произнес слово за словом:
- Корнелия — единственная женщина, которую я когда-либо искренне любил в своей жизни, и я был женат только на ней... Просто она не могла принять те опасные задания, которыми я занимался каждый день, и ушла восемнадцать лет назад, а несколько лет назад я узнал о ее смерти... Прости, я не осознавал, что ты наша дочь, Кана...
Кана слабо улыбнулась и мягко отстранила руку Гилдарта:
- Я пришла к тебе сегодня не для того, чтобы ты взял на себя какие-то обязательства или что-то в этом роде... Я просто хотела развязать свой узел. В будущем мы будем общаться так же, как и раньше, верно? Но я все же должна сказать тебе кое-что. Приятно познакомиться, папа...
Кана выглядела облегченной и посмотрела на Мо Бая, который следил за происходящим со стороны, словно намекая, что может уходить. Мо Бай не ответил, но тихонько указал пальцем на Гилдарта.
- Эй?
Кана обернулась, чтобы посмотреть снова. Двухметровый мужчина перед ней уже, сама не зная когда, залился слезами... В его глазах переплелись сожаление, раскаяние, вина и нежность... слезы текли рекой. Гильдарт больше не мог контролировать свои эмоции и снова обнял Кану, бормоча:
- Нет, я больше не оставлю тебя одну...
И на этот раз Кана наконец не стала снова отказываться и спокойно обняла его, принимая любовь, которая по праву принадлежала ей.
Мо Бай неестественно развернулся и медленно, тихо удалился в сторону.
- Увы, не могу смотреть я на такие вещи на старости лет, крокодиловы слезы легко наворачиваются. Прекрасно, что они воссоединились... Отличное дело сделал я сегодня, награжу себя посещением Музея Сновидений позже...
Не успел он пройти и нескольких шагов, как Кана позвала его:
- Мо Бай... Спасибо за то, что произошло сегодня.
Глядя на искреннюю, наполненную счастьем улыбку Каны, Мо Бай вдруг почувствовал, что эта пьянчужка иногда бывает очень милой.
Хоть он и частенько напивался и подшучивал над собой.
– Не стоит благодарности, главное, чтобы ты снова не напился и не упал у моего порога, – полушутя сказал Мо Бай.
– Нет…
Гильдарц с любовью посмотрел на Кану, затем на Мо Бая, который собирался уходить, и, кажется, понял, в чем дело.
Он небрежно открыл сумку, брошенную на землю, и достал оттуда несколько бутылок.
Одну банку он перекинул Мо Баю.
Мо Бай взял её в руку и увидел, что этикетки нет, и понятия не имел, что внутри.
– Пшик!
Раздалось два звука. Кана и Гильдарц уже открыли напитки и пили.
Мо Бай еще осторожно спросил: – Что за напиток? Это ведь не алкоголь?
– Конечно нет, просто улун.
Улыбаясь, ответил Гильдарц.
Затем он взял банку из рук Мо Бая и открыл кольцо.
– Давай! Сегодня я хочу поблагодарить тебя за то, что нашел мне такую замечательную доченьку!
Мо Бай посмотрел на него со странным выражением и не стал брать напиток.
Вместо этого он активировал в своем теле Кристалл Убийцы Драконов огненной стихии, и на его кончиках пальцев вспыхнуло пламя.
Произошла неловкая сцена.
Как только указательный палец коснулся верхней части банки, она тут же загорелась!
Мо Бай без всякого выражения спросил: – Твой улун, кажется, горит?
Увидев, что ложь раскрыта, Гильдарц нисколько не смутился. Он усмехнулся и двусмысленно сказал:
– Горючий улун – это все равно улун…
http://tl.rulate.ru/book/137321/6719862
Narik02 (читатель/культиватор основы ци)
2 февраля 2026 в 04:43
0
Готово:
