На сцене стоял Линь Ли, ничем не выделяясь, но каждое его движение приковывало взгляды зрителей. Даже яркий свет софитов словно подыгрывал ему.
При этом на огромном экране, сама того не замечая, Реба не отрывала от него глаз. Это увидели все.
– Хех... Опять на себя внимание тянешь!
Тянь Сивэй смотрела на Ребу на экране и сквозь зубы цедила слова. Она совсем не понимала, что только что сама выглядела точно так же.
Чжан Жонань мельком взглянула на Чэнь Дулин. Та была спокойна, словно о чем-то задумалась, и не показывала никаких эмоций. «Это безразличие или уверенность в победе?» – подумалось Чжан Жонань. Вспомнив их прошлый разговор, скорее всего, второе.
Что касается Чжао Лусы и Бай Лу, то они смотрели на выступающего Линь Ли с нескрываемой радостью в глазах. Именно они могли понять Ребу лучше всех. В конце концов, от такого человека просто невозможно отвести взгляд.
Незаметно некоторые девушки подняли руки над головой, изображая жест «я тебя люблю», и тихо покачивались из стороны в сторону, молча выражая свою поддержку Линь Ли. Постепенно их становилось все больше, и синхронные покачивания превратились в волну людей. Главная камера даже вывела их крупным планом.
Видя это, многие артисты за кулисами оборачивались, смотрели на эту армию сердечек позади себя и вздыхали. Пожалуй, только Линь Ли был способен на такое.
– Вместе!
– Вместе!
Кто-то начал кричать, и вскоре весь зал подхватил, голоса становились все громче, заполняя собой всё пространство.
В это время Ребу тоже разбудил крик. Она обернулась, посмотрела на большой экран, мгновенно отреагировала и смущенно улыбнулась, прикрыв рот ладонями.
В тот же миг на огромном экране появилось изображение экзотической красавицы, прекрасной, как роза, вызвав у публики очередное усиление криков на несколько децибел.
Линь Ли, естественно, чувствовал горящие взгляды вокруг. В конце концов, ему было трудно скрывать свою увлеченность этим.
Разве что увлеченность была бы недостаточно сильной.
Видя такую симпатию публики к этой паре, он мог лишь продолжать улыбаться и демонстрировать спокойное и великодушное отношение.
Увидев такую реакцию зала, Хуа Шао понял, что пришло время действовать. Он уверенно шагнул вперед и поднял микрофон в руке.
- Спасибо, господин Наньсюнь, за ваше искреннее и профессиональное представление. Оно заставляет меня еще больше предвкушать выход драмы «Слава».
- Вы так не думаете, друзья?
Последнюю фразу он прокричал в зал.
- Да!
Публика ответила бурным энтузиазмом, наконец прекратив кричать "Встречайтесь!".
- Я чувствую ваш энтузиазм. Давайте вместе предвкушать выход «Славы», хорошо?
- Хорошо!
- Учитель Наньсюнь, сегодня здесь много актрис, которые работали с вами. Не могли бы вы сказать нам, какая актриса вам нравится больше всего среди всех, с кем вы работали?
- О нет, я должен сказать - кого вы цените больше всего.
Как только слова были произнесены, лицо Линь Ли неестественно дрогнуло.
Он мельком взглянул на Хуа Шао и сказал:
- Эй, приятель, ты не желаешь мне добра?
Хуа Шао, естественно, почувствовал взгляд Линь Ли. Он подсознательно увернулся от него и повернулся, глядя в зал.
- Ого!!!
Толпа в зале ответила с энтузиазмом, раздались крики одобрения и свист, заглушая все вокруг.
Под сценой Тянь Сивэй, Чэнь Дулин и другие подсознательно выпрямили спины, слегка сузили глаза и стали ждать ответа Линь Ли.
Звёзды за кулисами тоже поняли, что происходит что-то интересное, и, затаив дыхание, уставились на сцену с большим любопытством.
Линь Ли беспомощно пожал плечами и развёл руками в сторону зала, что вызвало новую волну недовольного гула. Как и предполагалось, все очень любят посплетничать.
– А мне кажется, у ведущей недобрые намерения! И вы так же считаете? – Линь Ли наклонился к микрофону, надув губы, будто его постоянно кто-то хотел обидеть.
– Нет! – хором ответил зал.
Линь Ли дёрнул губами, улыбка с его красивого лица мгновенно исчезла, а глаза стали отстранёнными.
Ха-ха-ха!
Большой экран прекрасно передавал все детали лица Линь Ли, и сцена тут же превратилась в море радости.
– Кхм... ну, а что мне тогда говорить? – Линь Ли спросил слабым голосом с растерянным видом.
– Говори! – прозвучал единый голос.
– Ну... Наставник Наньсюнь, мне тоже кое-что интересно, – Рэба взяла микрофон у сотрудника, прикрыла рот и засмеялась, превратившись в любопытного ребёнка.
Уа-а…
Ха-ха!
Зал кричал и смеялся под общий гул.
Линь Ли сердито посмотрел на Рэбу, которая наслаждалась происходящим, не щадя его, но она с вызовом посмотрела на него в ответ. Их взгляды встретились, и вместо напряжения между ними промелькнула искра нежности.
Хамапи!
Тянь Сивей и Чжао Лусы одновременно выругались. К счастью, они сидели в разных местах, иначе удивились бы, насколько синхронно они подумали одно и то же.
Чэнь Дулин и Чжан Жонань выглядели невозмутимо, наблюдая за сценой с лёгкой улыбкой. Лишь изредка мелькающий в их глазах огонёк выдавал, что они не так равнодушны, как казалось. Что касается Бай Лу, в её глазах была только зависть.
— Эта игра взглядов просто сногсшибательна!
— Рэ́бана́нда, я просто не могу поверить!
— Я мечтала об этой теме в трендах с незапамятных времён!
— Не двигайтесь, я прямо сейчас заставлю неве́дающее управление записей актов гражданского состояния прибыть сюда!
–О нет! Точно что-то есть между этими двумя!
–Нань Да! Почему у тебя со всеми пары получаются? Кого мне поддерживать?
–Зачем кого-то поддерживать? Я всё могу!
–Я тоже не хочу их сводить! Но они так подходят друг другу!
Зрители, что смотрели вживую и что онлайн, замерли в предвкушении. Кажется, они уже готовы были отправить Линь Ли и Реба сразу в ЗАГС, если те объявят о своих отношениях.
–Кхм... так... всем успокоиться, я пару слов скажу, – Линь Ли слегка кхекнул, почувствовав, что пора бы прояснить ситуацию.
Публика послушно стихла.
Линь Ли взглянул на Реба рядом, потом на Дуду и остальных в зале. Подумав немного, он медленно начал:
–Я считаю, что актёры и актрисы в первую очередь должны служить роли. С этой точки зрения, я думаю, что актрисы, с которыми я работал, справились прекрасно.
–Возьмём Сяотянь. Когда я нашёл её, она была просто неопытной новичком.
Линь Ли сделал паузу и посмотрел на Сяотянь, которая в зале неосознанно надула губки. Режиссёр вовремя показал её на большом экране. Увидев себя, Сяотянь быстро прикрыла лицо руками, но между пальцами было видно два больших круглых глаза – это выглядело очень мило.
Зал рассмеялся. Многие зрители были тронуты игрой Сяотянь и понимающе улыбнулись.
Линь Ли улыбнулся в ответ и продолжил не спеша:
–Первый день съёмок запомнился мне особенно сильно, потому что это был и мой первый режиссёрский опыт, и я сам ещё только разбирался.
–Во время обеда я увидел, как Сяотянь сидит одна в углу, ест и одновременно читает сценарий.
–Вчера я уже говорил, что усердие рано или поздно даст плоды. Мне не нужно много говорить о Хуан Чэнцзы, которую сыграла Сяотянь. Я думаю, все видят результат её трудолюбия.
Ли Ли говорил размеренно, словно озвучивал непреложный факт.
- Желто-оранжевый!
- Ода!
Трибуны взорвались ликующими криками, и Ода, прищурившись в свете софитов, озарила камеру лучезарной улыбкой. Она была мила и нежна, словно сказочная героиня. В глубине души она ликовала еще больше, ведь Ли Ли все помнил!
- Кхем… вернемся к Дуду, – Ли Ли прочистил горло и быстро вернул себе привычный темп речи. Нельзя было давать этой буйной толпе слишком много времени, а то они обязательно начнут чудить.
- Часть присутствующих здесь зрителей и некоторые интернет-пользователи, возможно, помнят, что я говорил об этом во время промо-тура.
- Для съемок этого фильма Дуду держалась в стороне от основной съемочной группы. За исключением времени непосредственно съемок, она оставалась одна, тихо, поддерживая себя в нужной форме.
- Я считаю, что с такими усилиями ее сегодняшнее признание на «Премии Звездный Свет» совершенно ожидаемо и заслуженно.
Режиссер перевел камеру на Чэнь Дулин, которая мягко улыбалась и слегка кивала в объектив. Заметив это, Ли Ли приподнял брови в ее сторону. Чэнь Дулин не выдержала и, прикрыв рот рукой, рассмеялась, при этом не забыв бросить на Ли Ли сердитый взгляд.
- Ха-ха!
- Нанда такой забавный! Редко увидишь его таким смешным.
- Дуду такая миленькая, что мне делать, я хочу ее обнять!
- Зуньду, фэйк ду! Почему они так хорошо смотрятся вместе?
Зрители снова погрузились в новый виток обсуждений.
- Что касается Жуонань, думаете, в фильме она просто украшение, с легкостью играющая роль богини?
- На самом деле, это не так. Как вы все знаете, я потратил немало времени, работая с ней над сценой падения.
- До этого, накануне съемок, она также нанимала профессионального тренера и много занималась на тросах.
- Легких путей не бывает. Она усердно работала в тишине, там, где вы ее не видели!
- Иначе, даже если пирог упадет с неба, не факт, что ты сможешь его поймать, верно?
Ли Ли посмотрел на Чжан Жоунань в зале, его голос был чистым и мягким.
Перед камерой Чжан Жоунань приподняла маленькое личико и продемонстрировала свою фирменную исцеляющую улыбку.
- Жена!
- Нань Нань!
- Моя жена Чжан Жоунань!
С трибун раздался взрыв призрачных криков, и судя по звуку, большая часть голосов принадлежала парням. Как и ожидалось, маленькая Чжан была студенткой с наибольшим количеством поклонников среди мужской аудитории.
- Что касается Рут, милой девушки, то во время выхода фильма ее часто ругали, и она попала в тренды Интернета. Разве это не доказывает её успех?
За кулисами Чжао Лусы молча прикрыла лицо, не зная, плакать или смеяться.
Сцена также была полна радости, но невольно оставила в умах людей впечатление о хорошей актерской игре Чжао Лусы.
- А что касается Ребы, я только что сказал, что она — лучшая Цяо Цзинцзин.
Ли Ли повернулся в сторону, чтобы посмотреть на Ребу рядом с ним, и одобрительно улыбнулся.
Реба пристально смотрела на Ли Ли перед собой, ее глаза сияли:
- Спасибо, Учитель Наньсюнь, за ваше признание.
Ли Ли улыбнулся и посмотрел на неё сверху вниз.
- Я понял. Учитель Наньсюнь долго говорил, но всё равно не смог дать точного ответа, поэтому...
- Это считается подливанием воды?
На лице Хуа Шао было вопросительное выражение, с сплетнической улыбкой на лице.
- Что ж, кажется, я слишком осторожен, но все действительно очень милые. А может, ведущий научит меня, кого мне выбрать?
Он тоже умеет перекладывать ответственность.
- Гм... Учитель Наньсюнь прав. Пожалуйста, вернитесь на свое место и отдохните.
Хуа Шао не осмелился навлечь на себя неприятности, поэтому быстро отправил Ли Ли со сцены.
Ли Ли гордо приподнял уголки губ, сошел со сцены и вернулся на свое место, не оглядываясь.
В конце концов, его подход был слишком уж справедливым, что удовлетворило всех и одновременно не удовлетворило никого.
Бегство – лучший выход!
(Конец этой главы)
http://tl.rulate.ru/book/137302/6660050
Готово:
