Стойбище еще не остыло от битвы. Домашние эльфы уже убирали тела павших, а между шатрами, похожими на юрты, догорали костры. Несколько уцелевших фруктовых деревьев, очевидно, оставленных кентаврами намеренно, нарушали унылый пейзаж. Кентавры не славились искусством земледелия, предпочитая охоту, но, будучи всеядными, не отказывались от плодов, так что дикие деревья были для них подспорьем.
На деревянных стеллажах по обеим сторонам двора вялились темные куски мяса, а в углах были сложены копья, луки и колчаны со стрелами.
Это племя разительно отличалось от того, что обитало близ Хогвартса и было знакомо Хагриду. Те кентавры были ближе к людям, дружелюбнее. Эти же, судя по обстановке и недавней бойне, были дикими и воинственными.
— Пафф, — окликнул эльфа Финеас. — Ты нашел какие-нибудь зацепки? Рисунки, каменные таблички — что-то, что поведает об их истории?
— Ничего, юный хозяин, — доложил Пафф, качнув головой. — Должно быть, они обосновались здесь совсем недавно. Древесина шатров еще влажная, а мясо на вешалах совсем свежее.
Финеас подошел к ближайшему шатру и коснулся стены. Пафф был прав — дерево оказалось сырым на ощупь.
— А их прежнее стойбище ты нашел?
Эльф с поклоном покачал головой.
— Пафф виноват, юный хозяин. Прежнего стойбища я не нашел.
Финеас небрежно махнул рукой:
— Не нашел, так не нашел. Забудь. Отведи меня в пещеру неподалеку.
Пафф кивнул, взял хозяина за руку, и в следующее мгновение они исчезли.
Они появились у входа в пещеру. Финеас внимательно осмотрел ее и убедился в своих догадках: она была связана с кентаврами. Пещера не была творением природы. На ее стенах виднелись грубые следы инструментов — верное доказательство того, что здесь поработали кентавры. Волшебник или даже магл справились бы с задачей куда аккуратнее. Магия и вовсе не оставила бы следов, но здесь все было очевидно.
Финеас плавно вскинул левую руку в перчатке. На его ладони из воздуха соткался язычок синего пламени. Губрайтов огонь. Вечное пламя, идеальное для освещения темных подземелий.
Эта перчатка, добытая после взрыва в башне Гриффиндора, была не просто магическим предметом. Финеас повредил ее во время стычки с вампирами, но за каникулы сумел восстановить. Теперь он использовал ее не как источник силы, а как вспомогательный инструмент, чтобы лишний раз не рисковать уникальным артефактом. Починка отняла слишком много сил, и Финеас не собирался повторять этот опыт.
Волшебную палочку он держал в правой руке, наготове. В неизвестности лучше перестраховаться. Для простого заклинания света перчатки было достаточно, а палочка оставалась свободной для боя. Конечно, рядом был Пафф, но Финеас привык полагаться в первую очередь на себя.
Под светом Губрайтова огня они вошли в пещеру. Синий огонек отбрасывал тусклый свет, выхватывая из мрака лишь ближайшие метры пути. Неясное сияние окутывало их, словно туман, делая все вокруг призрачным и смутным.
Пещера оказалась куда просторнее, чем можно было судить снаружи. Пол круто уходил вниз, вглубь горы, так что большая часть пещеры скрывалась под землей. Внутри не было ледяного ветра, но от стен веяло сырым холодом. На камнях из-за влаги и низкой температуры застыли причудливые ледяные наросты, а пол покрывала тонкая корка льда. В неверном свете огня это место напоминало сказочный чертог, но Финеаса эта красота лишь настораживала.
Он знал: чем ярче краски, тем смертоноснее яд. Это правило работало и для змей, и для грибов, и для обманчиво прекрасных пещер. Он был готов к любой угрозе.
Однако Финеас тревожился напрасно. Они дошли до самого конца, но так никого и не встретили. Пещера была пуста. Ни растений, ни животных — лишь лед и камень.
Глядя на голые стены, Финеас почувствовал укол разочарования. Он надеялся найти здесь хоть какую-то зацепку, след Хаффлпафф, не говоря уже о ее легендарном сокровище. Пусто.
— Пафф, — его голос эхом разнесся под сводами, — приведи сюда Сосульку и других эльфов. Расчистите это место. Я хочу, чтобы здесь не осталось ни единой льдинки, ни одного лишнего камня. Расставьте повсюду факелы. Доложите мне о любой находке: будь то предмет, статуя или надпись. Не верю, что кентавры выдолбили эту пещеру просто так.
Пока Финеас в бессильной ярости пытался вырвать у пещеры ее тайну, для Гарри наступило самое необычное Рождество в его жизни. Впервые он проводил его в волшебном мире и впервые — с настоящей семьей. Рядом были крестный, лучший друг его родителей, и Рон.
По распоряжению Финеаса они провели каникулы на уединенном острове у побережья Британии. Вместо привычного замка их ждала магловская с виду вилла, полная волшебных чудес: от искусственного горячего источника до самомоющихся котлов, от книг, читающих себя вслух, до чайника, превращающего кипяток в молоко. Все здесь говорило о том, что гости тут бывали редко. Сириус даже привел с собой домашнего эльфа, который прислуживал им. В рождественскую ночь Гарри увидел такой пир, какой ему и не снился.
Сириус раздобыл три гоночные метлы, и они втроем носились над поместьем. Он даже достал тренировочный комплект сборной Франции по квиддичу и гонял Гарри до седьмого пота. В перерывах крестный, пользуясь библиотекой виллы, обучал мальчиков полезным бытовым заклинаниям, оттачивая их владение магией.
Гарри и не надеялся получить подарки. Поэтому утром, увидев под елкой небольшую горку свертков со своим именем, он был ошеломлен.
— С Рождеством, — растерянно пробормотал он, выходя из комнаты.
Рон уже сидел у елки, разбирая свои подарки.
— С Рождеством! Посмотри, тут и для тебя есть!
У Рона подарков было, конечно, больше. Он небрежно взял первый сверток и протянул Гарри. Внутри лежала грубоватая, но сделанная с душой деревянная флейта от Хагрида. Второй сверток был от Дурслей — монета в пятьдесят пенсов.
— Они прислали мне подарок, — с удивлением произнес Гарри. Он отдал монету Рону, который с любопытством разглядывал магловские деньги. — А это от кого?
Рон слегка покраснел.
— Кажется, я знаю. От мамы. Я написал ей, что ты не ждешь подарков, вот она и связала тебе свитер Уизли. У нас у всех такие. Да, кстати, у Финеаса тоже.
Гарри разорвал обертку и увидел ярко-зеленый свитер и большую коробку домашних сладостей.
— Она вяжет нам по свитеру каждый год, — пояснил Рон. — И Финеасу тоже, с тех пор как мы подружились. Мой всегда темно-фиолетовый.
Следующий подарок был от Финеаса. Развернув его, Гарри увидел фотоальбом в кожаном переплете. Он открыл первую страницу и замер. С фотографии на него смотрели улыбающиеся родители, державшие на руках младенца — его самого. Слезы навернулись ему на глаза.
— Это Финеас подарил? — раздался за спиной голос Сириуса.
Гарри кивнул.
— Откуда ты знаешь?
Сириус взъерошил ему волосы.
— Он написал мне перед Рождеством, просил старые фотографии из Хогвартса. Вот эту, например. — Сириус указал на снимок, где он стоял в обнимку с Джеймсом и Люпином. — Римус потом сказал, что Финеас и у него просил снимки.
Гарри кивнул и указал на первую фотографию:
— А эта?
Сириус задумчиво посмотрел на снимок. Он и правда не знал, откуда у Финеаса эта фотография. Они делали похожую, но в другой обстановке.
— Не уверен, — признался он. — Тут много снимков, которых я никогда не видел. У него, должно быть, свои источники.
Рон кивнул.
— Он всегда поддерживал связь со многими волшебниками. И маму твою, Гарри, он называет старшей сестрой. Как будто они были очень близки.
Сириус молча принял это к сведению. Связи его младшего брата всегда были загадкой. Раньше Сириуса это не волновало — он был непутевым старшим братом. Но теперь все изменилось. Чувство вины перед Финеасом не отпускало его, и он отчаянно искал способ загладить ее.
http://tl.rulate.ru/book/137205/7300295
Готово:
