Услышав слова Финни, Хелена вся затрепетала. Голос ее дрожал, когда она спросила:
— Матушка, она… она действительно простила меня?
Финни мягко покачал головой:
— Возможно, она никогда тебя и не винила.
Эти слова стали последней каплей. Хелена больше не могла сдерживаться. Древний дух, существовавший тысячи лет, паря в воздухе, обхватил колени, как юная девушка, и безутешно зарыдал.
Финни понял: это был плач не горя, а облегчения и освобождения, словно камень, веками давивший на ее призрачное сердце, наконец рухнул.
Когда рыдания Хелены немного утихли, Финни, помедлив мгновение, тихо развернулся и начал спускаться по лестнице башни Когтеврана.
Небо окончательно потемнело. В коридорах замка стихли шаги и голоса юных волшебников. Наступившая тишина давила на Финни, вызывая необъяснимую тревогу.
Сам огромный, погруженный в полумрак замок, с его движущимися лестницами, безмолвными доспехами вдоль стен, каменными изваяниями у дверей и пристальными взглядами с портретов, – всё это, даже сама витавшая в воздухе магия, теперь лишь усиливало его беспокойство.
Словно где-то впереди, в густеющих тенях, притаился неведомый зверь, готовый в любой миг к прыжку.
Впервые Финни остро ощутил, что Хогвартс, возможно, совсем не таков, каким он его себе представлял. Не только самый безопасный замок в волшебном мире, но, быть может, и самый опасный.
Возможно, Волан-де-Морт не предпринимал решительных действий против Хогвартса не только из-за присутствия Дамблдора. Теперь Финни терзали сомнения: а не потому ли Темный Лорд медлил, что знал истинную, скрытую суть этого замка?
Финни тряхнул головой, отгоняя тягостные мысли.
К этому часу все юные волшебники должны были видеть сны в своих спальнях. А значит, Филч и его верная миссис Норрис вот-вот выберутся из своей каморки на поиски пропитания… то есть, на патрулирование.
Финни, которому снятие баллов не грозило, не стал мешкать в пустынных коридорах и поспешил на восьмой этаж.
Выручай-комната на восьмом этаже, которую Финни давно считал своей второй спальней, была его излюбленным убежищем; именно там он проводил большую часть свободного времени.
Путь из башни Когтеврана к Выручай-комнате пролегал мимо кабинета профессора Защиты от Тёмных искусств, Джонатана, затем мимо кабинета профессора МакГонагалл, преподавателя трансфигурации, и, наконец, мимо кабинета директора.
Поэтому, чтобы не быть замеченным, Финни передвигался предельно тихо и осторожно.
Именно эта осторожность и позволила ему наткнуться на нечто из ряда вон выходящее.
Его декан, профессор зельеварения Снейп, разговаривал с Джонатаном в кабинете последнего.
То ли из-за позднего часа и пустынных коридоров, то ли потому, что Снейп и Джонатан были слишком возбуждены спором, но дверь в кабинет профессора Джонатана оказалась приоткрыта, и Финни смог расслышать обрывки напряженного разговора.
— Джонатан, я знаю, кто ты, — ледяным тоном произнес Снейп. — И хотя мне неведомо, почему Дамблдор позволил тебе преподавать в Хогвартсе, я прекрасно осведомлен о твоей истинной сущности и о том, насколько ты опасен! Так что не дай мне ни малейшего повода обнаружить, что ты пытаешься причинить вред ученикам!
Из кабинета донесся саркастический голос Джонатана:
— Профессор Снейп! Не знал, что вы так высоко цените безопасность студентов Хогвартса. Или вы больше беспокоитесь о том, кто прибудет сюда через два года?
Не успел он договорить, как его резко оборвал Снейп:
— Замолчи! Я не о нем беспокоюсь. Я профессор Хогвартса, и потому, разумеется, забочусь о благополучии всех учеников. Джонатан, не думай, что я ничего не знаю. Ты недавно отлучался, и мне известно, куда ты ходил и зачем. Твои дела – это твои дела, только держись подальше от учеников.
Джонатан рассмеялся низким, неприятным смехом:
— Значит, это не ваша личная обо мне забота? Дамблдор послал вас предупредить меня, верно? Невероятно, чтобы он, некогда почитаемый почти святым, теперь беспокоился о безопасности каких-то маглов. Более того, неужели он забыл, что это он сам попросил меня пробудиться ото сна?
— Ха, так ты признаешь, что Дамблдор в курсе твоих дел? — процедил Снейп. — Я здесь не для того, чтобы передавать послания от Дамблдора, и меня, уж поверь, совершенно не волнуют эти маглы. Я просто хочу донести до тебя: не смей ничего затевать в Хогвартсе, особенно с прицелом на то, что произойдет через два года…
Снейп резко оборвал фразу. Однако было очевидно, что Джонатан понял недосказанное.
— Так, значит, вы все еще печетесь о… ха…
— Тихо! — властно прервал его Снейп и, резко обернувшись к двери, рявкнул: — Кто здесь? Выходи!
Услышав последние слова и поняв, что их разговор достиг критической точки, Финни осознал: оставаться здесь – чистое безумие.
И действительно, стоило ему поспешно отступить на несколько шагов, как Снейп учуял неладное. Впрочем, по сути, ничего непоправимо секретного сказано не было – по крайней мере, из того, что могли бы понять посторонние.
Если что и требовало особой конспирации, так это истинная личность Джонатана. Однако, как бы Снейп ни предостерегал его, он не раскрыл никаких конкретных деталей. Очевидно, Снейп, как бывший Пожиратель Смерти, знающий цену неосторожному слову, понимал, что о некоторых вещах не стоит говорить даже наедине.
Удаляясь от кабинета, Финни продолжал прокручивать в голове услышанное.
Он хорошо знал канон и помнил, что профессора Защиты от Тёмных искусств в Хогвартсе редко бывали обычными людьми. Каждый из них скрывал свои «скелеты в шкафу»: будь то сам Волан-де-Морт, мошенник, оборотень или верный Пожиратель Смерти.
Сомнения относительно Джонатана зародились у него еще при первой встрече. Однако тот действительно преподавал, не производил впечатления лжеца или карьериста из Министерства, и к ученикам относился на удивление доброжелательно. Ничего вопиюще подозрительного; к тому же, он вел уроки даже в полнолуние. Финни тогда решил, что, возможно, зря себя накручивает.
Но сегодняшний разговор подтвердил его худшие опасения. С профессором Джонатаном определенно было что-то не так, иначе Снейп не стал бы его так настойчиво предупреждать. Более того, из слов Снейпа следовало, что Джонатан, если бы захотел, мог бы преподавать Защиту от Тёмных искусств в Хогвартсе дольше одного года. Это полностью противоречило известным Финни фактам.
Ведь этот пост был проклят Волан-де-Мортом – проклятием, которое не мог снять даже Дамблдор.
А Джонатан, судя по всему, был способен либо подавлять это проклятие, либо был к нему попросту невосприимчив – способности, недоступные обычному человеку.
Размышления Финни оборвало неожиданное «Мяу!»
Он замер. Звук донесся из-за ближайшего угла коридора.
http://tl.rulate.ru/book/137205/6653355
Готово:
, называемая также «Комната так и сяк») — зачарованная комната на восьмом этаже замка Хогвартс.
Вроде инфа с вики