– Мам… мне так страшно, – дрожащим от страха детским голосом проговорила девочка.
Большая часть пещеры обрушилась, оставив лишь небольшую треугольную нишу, образованную огромным камнем. Она едва вмещала мать с дочерью, давая им хоть какое-то укрытие.
– Не бойся, мамочка здесь, мамочка рядом… – Несмотря на мрак и ужас вокруг, голос матери оставался нежным. В нем чувствовалась та уникальная сила, присущая каждой матери.
Дочь крепко прижалась к ней и снова спросила:
– Мам… а где бабушка?
Ей так хотелось плакать, но она сдерживала рыдания.
– Бабушка… Бабушка спит, всё хорошо… – Мать крепко обняла дочку, утешая добрыми словами, и молча проглотила наворачивающиеся слёзы.
– Мам… Яо’эр так голодна… Мы здесь умрём?
– Нет, нет, не бойся, Яо’эр, потерпи совсем немного, папочка скоро нас спасёт.
Она подавила слёзы, притворилась счастливой и постаралась говорить спокойно, чтобы успокоить дочку.
Мать и дочь молча страдали в темноте. В пещере стояла полная тишина, слышно было только их дыхание. Монотонный, повторяющийся ритм добавлял в сердце толику страха.
Неизвестно, сколько прошло времени. Атмосфера отчаяния всё сильнее давила на мать и дочь, им казалось, что им почти нечем дышать.
Вдруг сквозь щель пробился луч света. Казалось, тёмные тучи расступились, и долгожданный свет наполнил глаза. Мать и дочь одновременно подняли головы, прищурились и изо всех сил пытались разглядеть очертания человека, окутанного светом.
……
Копать гравий руками без лопаты или кирки было очень тяжело. Сюй Чжицю долго ковырялся в куче камней, выпятив зад. Наконец, он прорыл в камнях проход и обнаружил оставшуюся часть пещеры.
– Ага, всё ещё мать и дочь, – произнёс он.
С удивлением он поспешно вывел мать с дочерью из пещеры.
Обе, покрытые грязью, выглядели, словно беженцы. Дочке на вид было лет шесть, её личико, измазанное сажей, походило на мордочку котёнка. Возможно, из-за недавнего испуга по щекам стекали две чёткие слезинки. Её мать была в таком же состоянии, хоть на её лице можно было разглядеть черты. Она оказалась на редкость миловидной женщиной. Даже в таком виде её нежный нрав был очевиден: изящные брови, точёный носик, чуть розоватые губы и выразительные глаза. Это была женщина, вызывавшая сочувствие с первого взгляда.
Она робко стояла, обнимая дочку, и пристально смотрела на него. Сюй Чжицю взглянул на неё, и спустя пару секунд до него дошло. Очарование? Его нынешний жизненный уклад был таков, что никакое обольщение его бы не обмануло. Он сразу понял. Её чарующее обаяние было совершенно естественным, не наигранным, словно врождённый дар. Может ли быть… В его голове мелькнули догадки, но это были лишь предположения.
– Благодарю вас за спасение, господин, кланяюсь вам.
Женщина поклонилась вместе с дочкой, но Сюй остановил её движением руки.
– Не стоит, госпожа. Это судьба. Я всего лишь сделал то, что должен.
Разговаривая, Сюй Чжицю незаметно разглядывал женщину своими «золотыми глазами». Однако его брови тут же сошлись на переносице.
– Полудемон?
В его голосе сквозило удивление, словно он открыл новый мир. «Полудемон» — так называют дитя, рождённое от союза демона и человека. Подобные истории чаще всего появляются в романтических преданиях про лис и учёных. Неожиданно такое существо оказалось прямо перед ним. А вот малышка на руках её матери была обычным человеком.
В этот момент мальчик наполовину спрятался за матерью, робко поглядывая на незнакомца огромным глазом, а прядь волос торчала в разные стороны.
Женщина снова поклонилась, сложив руки в молитвенном жесте.
- Я ещё не спросила вашего имени. Позвольте мне записать его и сообщить мужу. В будущем мы непременно отплатим вам.
- Нет нужды, - Сюй Чжицю отмахнулся и собрался уходить. В его душе ощущалось некоторое отчуждение по отношению к этим полулюдям-полудемонам.
Однако в этот момент…
Вдалеке из неба вырвались десятки потоков света, отражающих золотые и красные оттенки, и устремились прямо к ним.
Сюй Чжицю вспомнил странное видение, которое он видел ранее. Разве это не был тот же цвет?
- А-а-а! – Женщина вскрикнула, её лицо мгновенно побледнело.
Сюй Чжицю взглянул на неё. - Враги?
Женщина кивнула и крепко обняла свою дочь.
- Ха-ха-ха, да благословит меня Будда, я чуть не дал этому бедному монаху пожалеть! – Разнёсся глубокий и хриплый голос. Это вернулся монах Пуфан с дюжиной монахов.
Прошло менее двух дней с тех пор, как они расстались в чайхане, и Пуфан, естественно, узнал его.
- Эй, благодетель, почему вы тоже здесь?
- Так получилось, - Сюй Чжицю тоже узнал монаха, но остальных не заметил.
Когда женщина услышала, что они знакомы, она так испугалась, что её лицо стало ещё бледнее.
Яйцевидные глаза Пуфана тут же сфокусировались на матери и дочери. - Так это благодетель спас этих двух злодеев?
- Ну что ж, мастер, у вас есть какие-либо указания? – Сюй Чжицю признался без колебаний.
Услышав это, другие культиваторы обратили своё внимание на Сюй Чжицю и внимательно его осмотрели.
- Было бы лучше, если бы он мог спасти её! Это была бы хорошая возможность для меня истребить демонов и чудовищ, - монах был вспыльчив, и, говоря это, он поднял золотую чашу в руке и собирался ударить ею по головам матери и дочери.
Маленькая девочка от страха закричала, а лицо её матери побледнело.
— Эй, эй, эй, что это вы удумали?! — Сюэ Чжицю решительно остановил его, изумлённо глядя на происходящее. — Какой такой грех совершили эти две женщины, что вы вознамерились их убить?
Сюэ Чжицю мысленно поражался, почему этот монах похож на фанатика.
Пу Фан всё же оказал ему честь и объяснил:
— Благодетель, вы не знаете, но эта женщина — не человек, а демон. В Шестилисьей пещере обитала могущественная Шестихвостая Лисица-демон, но мои собратья по Дао только что её уничтожили. Остались лишь эти два лисёнка. Я же твёрдо намерен искоренить всё зло до основания!
— Разве это не… нечестно? — Сюэ Чжицю поклонился ему.
Раз уж он оказался втянут в это дело, то должен был проявить хоть какую-то заботу.
— Буддисты говорят: «Подметая пол, будь осторожен, чтобы не причинить вреда муравьям, и не допусти, чтобы мотыльки кружили вокруг лампы». Как старший монах храма Тяньинь, вы должны быть более сострадательны. Как вы можете убить демона только потому, что он демон?
Прежде чем Пу Фан успел ответить, монах в красном одеянии направил на Сюэ Чжицю свой медный жезл:
— Ты кто такой? Откуда такая невежественность? Разве ты не знаешь, кто эти два злодея?
Услышав это, Сюэ Чжицю спросил:
— И кто же они такие?
— Хмф, эти двое, что наполовину люди, наполовину демоны — родственницы главы Секты Царства Призраков из Демонического культа!
Пу Фан кивнул:
— Верно, благодетель, вы человек добродетельный и принадлежите к праведному пути. Как же вы можете защищать родственников зловещего культа?
— О, понятно… — Сюэ Чжицю наконец-то всё осознал. Он слышал о Секте Царства Призраков.
Это одна из четырёх главных сект Демонического культа, наряду с Сектой Хэхуань, Залом Вечной Жизни и Сектой Десяти Тысяч Ядов.
Похоже, что эта мать и дочь тоже скрывают свои истинные обличья… Не так-то они и просты.
Добро и зло не могут сосуществовать, как вода и огонь.
Поэтому было логично, что Пу Фан хотел убить мать и дочь.
Он посмотрел на мать и дочь.
Заметив его взгляд, женщина вздрогнула, её глаза наполнились мольбой.
Она спрятала дочь за свою спину.
Стоящие рядом монахи выступили вперёд и окружили мать с дочерью. Монах Пуфанг поднял золотую буддийскую чашу и медленно двинулся к ним.
— ...
Сюй Чжицю некоторое время молчал.
В прошлой жизни его наставник погиб от рук чудовища из Цюань Син, поэтому сейчас он ненавидел всех, а больше всего — чудовищ.
Но, несмотря на это, ненависть не означала, что он мог пренебречь элементарными понятиями о добре и зле, а также моральными принципами ради распрей и мести.
Разум — это принцип; нет ничего вне разума, и нет нужды искать ответы вовне.
В этот момент ответ был очевиден и ясен в его сердце.
Как можно определять добро и зло, исходя из своей позиции?
— Ах, ну вот, опять столько всего за день... — внезапно вздохнул он.
[Конец главы]
http://tl.rulate.ru/book/137182/6958448
Готово:
