Роману Чанмину уже почти девятнадцать, и его лицо постепенно теряет юношескую мягкость, становясь всё более мужественным и выразительным.
Он непрерывно рубил перед собой воздух длинным мечом, так что тот свистел, разрезая пространство с мощью разъярённого тигра.
Но вот клинок неожиданно изменил траекторию, и вся прежняя ярость удара вмиг растаяла.
Глаза Сун Чанмина засветились чистым блеском, и его удары стали быстрее и неуловимее.
**Вжик!**
Внезапно меч вновь засвистел, но на этот раз звук напоминал пронзительный вой демона, от которого невольно становилось жутко.
Техника «Призрачного клинка» требовала от адепта достичь начального уровня мастерства, чтобы обрести хоть намёк на зловещую силу удара.
И вот, благодаря упорным тренировкам, Сун Чанмину наконец удалось овладеть основами этого стиля!
Он остановился и вложил меч в ножны.
Лезвие скользнуло по земле, взрыхляя грунт и оставляя за собой глубокий след — яркое свидетельство мощи его удара.
Хотя Сун Чанмин ещё не начал полноценной подготовки тела, постоянные тренировки с мечом сделали его куда крепче, чем прежде.
– Начальный уровень освоен!
Он вытер пот со лба, ощущая, как в нём ещё дрожит та самая зловещая сила, что только что наполняла его удары. На лице его сияла радость.
Полгода усердных тренировок — и вот он, долгожданный результат!
Этот неуловимый дух меча был важнейшим признаком прогресса в искусстве владения клинком.
Именно сила и глубина этой «ауры» определяла разницу между настоящим мастером и простым бойцом.
Только тот, кто овладел этой таинственной мощью, мог называться подлинным мастером.
**[Техника «Разящий дух»: начальный уровень (0/2000)]**
– Теперь всё должно получиться, – пробормотал Сун Чанмин, вкладывая меч в ножны.
Наконец-то он почувствовал уверенность в своих силах.
А с уверенностью приходят и возможности.
***
В тот же день.
Роскошный ресторан на улице Хоули.
Лян Чуаньшань ворвался внутрь во главе отряда патрульных, заставив посетителей на первом этаже вздрогнуть от неожиданности.
– Господа стражи, чем обязан? – тут же появился хозяин заведения, почтительно сложив руки.
– Ловим преступника, тебе это не касается, – буркнул Лян Чуаньшань и, не задерживаясь, повёл своих людей наверх.
– Вот здесь! – провожатый указал на отдельный кабинет на третьем этаже.
– Точно? – Лян Чуаньшань прищурился.
– Безошибочно. Это Чэнь Бэйху, главарь бандитов с Горы Вороньей Лозы. Голову его оценили в сотню серебряных! Ранее его видели на улице Чантин, а теперь он скрывается здесь.
Услышав про награду, патрульные загорелись.
Такая сумма равнялась почти двум годам их жалованья!
Не медля, Лян Чуаньшань махнул рукой, и стражи навели на дверь арбалеты.
Один из них пнул дверь ногой, но внутри никого не оказалось — только распахнутое окно, в которое врывался летний зной.
Глянув вниз, патрульные увидели, как за пределами ресторана коренастый мужчина в шляпе, прикрывающей лицо, скрестил оружие с их товарищами.
– В погоню! – рявкнул Лян Чуаньшань.
– Шеф, может, подадим сигнальную ракету? – осмелился спросить один из стражей.
– Какого чёрта?! Ты что, хочешь, чтобы я делил добычу?! Этот ублюдок стоит всего сотню серебра, и сегодня он мой! – Лян Чуаньшань свирепо сверкнул глазами и, не раздумывая, спрыгнул с третьего этажа, устремившись за беглецом.
***
– Чёрт возьми! – Чэнь Бэйху рубанул одного из стражей и бросился прочь.
Он всего лишь приехал в город за провизией, полагая, что в толпе останется незамеченным.
Не ожидал, что его уже внесли в розыск и назначили награду.
Теперь он фигура, а не просто мелкий бандит.
И хотя известность льстила, радоваться было рано — сначала надо было выбраться из города живым.
***
В другом ресторане на улице Хоули.
– Так ты говоришь, Лян Чуаньшань гоняется за разыскиваемым преступником? – Сунь Вэньянь отложил бокал, выслушивая донесение.
– Кажется, это один из бандитов с Горы Вороньей Лозы. Ранее он появлялся на улице Чантин.
– Бандит... – Сунь Вэньянь нахмурился.
Бунтовщик с наградой на голову — это серьёзный куш.
– Поймали?
– Пока нет. Беглец ранен, но сумел ускользнуть.
Сунь Вэньянь усмехнулся.
Тем лучше, раз Лян Чуаньшань не подал сигнала — значит, не хочет делиться славой.
Но раз уж Сунь Вэньянь узнал об этом, он не позволит, чтобы добыча досталась другому.
– Вперёд, за работу! – он резко поднялся, собирая своих людей.
**Глава 8. Охота на бандита**
Чэнь Бэйху был уже изрядно потрёпан. Глубокая рана на плече не переставала кровоточить, пропитывая одежду.
Он нырнул в безлюдный переулок, пытаясь оторваться от погони.
– Нужно затеряться в толпе и как можно скорее уйти за город, – подумал он, оглушая попавшегося под руку прохожего и меняя одежду, чтобы не привлекать внимания.
Спустя время он вышел на оживлённую улицу и зашагал к городским воротам.
Но вдруг его взгляд упал на приближающегося человека в униформе.
– Ночной дозор... – Чэнь Бэйху расслабился.
Это не патрульный, а всего лишь дозорный — слабак, да ещё и один.
Точно не за ним.
Он продолжил идти, стараясь не выделяться.
Паника сейчас только навредит.
Если попадётся на глаза шпионам Патрульного управления, всё кончено.
Молодой дозорный прошёл мимо, даже не взглянув на него.
Они разошлись, и Чэнь Бэйху уже начал успокаиваться, как вдруг услышал за спиной звук вынимаемого из ножен клинка...
- Ш-ш-ш-ш! — раздался металлический шелест вынимаемого из ножен клинка.
Чэнь Бэйху, привыкший годами балансировать на лезвии ножа, мгновенно ощутил ледяной укол тревоги в груди. Не глядя назад, он инстинктивно кувыркнулся вперёд, едва избежав смертоносного удара, направленного в спину.
Поднявшись, он наконец обернулся — как и предполагал, нападавшим оказался тот самый ночной дозорный, которого он едва не проигнорировал. А теперь длинный клинок вновь сверкал перед самым его лицом.
Не раздумывая, Чэнь Бэйху выхватил из-под одежды короткий меч и парировал удар.
- Дзынь-н-н!
Звон скрестившихся лезвий разнёсся по улице. Прохожие поспешно расступились, но никто не вскрикнул и не поднял паники. В этом мире, где боевые искусства почитались превыше всего, уличные схватки между бойцами были обычным делом. Некоторые смельчаки даже замедлили шаг, чтобы понаблюдать за поединком.
После нескольких молниеносных обменов ударами Чэнь Бэйху почувствовал неладное. Этот дозорный оказался куда более искусным, чем он предполагал. Несмотря на юный возраст, в каждом его движении чувствовалась подлинная мощь меча — верный признак того, что боевое искусство парня достигло уровня малого совершенства.
Разве так должны сражать простые дозорные, те самые подручные патрульного управления? С каких пор у них появилось столь впечатляющее мастерство?
Будь он в полной форме, Чэнь Бэйху, возможно, и не испугался бы. Но сейчас, израненный и ослабленный, он не мог позволить себе затяжной бой. Чем сильнее росло его раздражение, тем сложнее ему было найти брешь в защите противника.
А тем временем молодой дозорный, внезапно начавший атаку, — это, конечно же, был Сун Чанмин. Прошло уже почти две недели с тех пор, как он достиг малого совершенства в искусстве меча.
Днём, когда он отправился за лекарством для старого отца, ему довелось увидеть, как Чэнь Бэйху спрыгнул с крыши таверны, а затем наблюдал за схваткой беглеца с патрулём под командованием Ляна Чуаньшаня. Увидев, что раненый Чэнь Бэйху сумел ускользнуть, Сун Чанмин понял: долгожданный шанс отличиться наконец представился.
Решив действовать, он без колебаний приступил к осуществлению плана. Два года ночных дозоров сделали его экспертом в лабиринте улочек Хоули. По направлению бегства Чэнь Бэйху он без труда вычислил вероятный маршрут и последовал за ним, став свидетелем того, как тот, переодевшись, вышел из переулка и растворился в толпе.
Обнаружив цель, Сун Чанмин решил нанести удар прямо на людной улице — так и произошла эта сцена.
Увы, он рассчитывал, что противник недооценит его из-за униформы дозорного, но тот проявил поразительную бдительность, сумев в последний момент увернуться от удара в спину.
Когда внезапная атака не удалась, Сун Чанмин перешёл в наступление, его клинок мелькал, как призрак, и благодаря преимуществу первого хода он на какое-то время поставил Чэнь Бэйху в затруднительное положение.
Строго говоря, это был его первый поединок с настоящим бойцом. До этого максимум, что ему приходилось делать, — ловить мелких воришек по ночам, что не требовало особых усилий.
Чэнь Бэйху, несомненно, был серьёзным противником. После нескольких обменов ударами Сун Чанмин осознал, что имеет дело с мастером исключительного уровня, чья физическая мощь была столь велика, что от каждого удара у него немели запястье и ладонь, держащие меч. И это при том, что противник был ранен в плечо и другие части тела — в полной форме его сила была бы ещё более сокрушительной.
Неудивительно, что начальник патруля Лян Чуаньшань поднял такой переполох. Похоже, они напали на след крупной рыбы.
Сун Чанмин не стал состязаться с противником в силе. Вместо этого он начал атаковать всё быстрее, его движения становились всё более изощрёнными, наполненными хитроумными финтами и обманными манёврами.
Леденящий ветер завывал вокруг, сгущаясь слоями, сбивая с толку и угнетая дух.
Охваченный демонической аурой меча Сун Чанмина, Чэнь Бэйху — то ли от потери крови, то ли под воздействием этой ауры — на мгновение впал в прострацию.
Сун Чанмин не упустил момент. Вспышка — и его клинок, словно змеиный клык, вонзился в грудь противника.
Кровь брызнула фонтаном, окрасив половину лица Сун Чанмина.
Короткий меч выпал из руки Чэнь Бэйху, и он, не веря происходящему, рухнул на колени перед Сун Чанмином, вскоре испустив дух.
Вся схватка от начала до конца заняла совсем немного времени.
Чэнь Бэйху даже не успел продемонстрировать своё искусство меча, как пал под разрушительным клинком Сун Чанмина. До последнего мгновения он так и не понял, что это было за мечевое искусство — столь коварное, непредсказуемое и не оставляющее шансов на защиту.
— Слишком яростен, слишком беспечен в обороне, — произнёс Сун Чанмин, вытирая клинок и анализируя только что закончившийся бой.
http://tl.rulate.ru/book/136992/6772316
Готово:
