– Что это значит? – Сюй Байшань отложил палочки и повернулся к сыну. Он видел, что лицо того было обычным, совсем не пьяным, и от этого недоумевал ещё больше.
Сюй Аньцин взял чашку вина, подошёл к двери и, глядя на кружащие снежинки, тихо произнёс:
– Отец, ты ведь знаешь, что жизнь монахов намного дольше, чем у обычных людей.
– Да, знаю, но какое это имеет отношение к тому, что ты говоришь?
Сюй Байшань тоже встал и подошёл к двери. Однако он не мог наслаждаться сказочным видом за окном, его мысли были заняты другим: не всплыли ли его давние романтические похождения, и не узнал ли о них сын.
– Монахи, – начал Сюй Аньцин, – сто пятьдесят лет на ступени очищения Ци, триста лет на ступени основания, пятьсот лет на ступени Золотого Ядра… – Он повернулся и посмотрел Сюй Байшаню прямо в глаза, его голос слегка охрип. – Чем выше уровень, тем больше продолжительность жизни. Ты понимаешь, что я имею в виду?
Понимает ли он? Сюй Байшань замолчал. На самом деле, ещё при встрече с Сюй Аньцином он смутно почувствовал отчуждение между ними. Это не было проблемой в их отношениях, а скорее пропасть, возникшая из-за разных уровней жизни, из-за их природы. В данный момент уровень развития Сюй Аньцина был невысок, он ещё не мог полностью обходиться без еды, поэтому это отчуждение было не так очевидно. Но с течением времени они неиззависно, окажутся в разных мирах.
– Отец, не думай слишком много, – Сюй Аньцин, повидавший немало жизненных ситуаций, по одному выражению лица Сюй Байшаня понял, о чём тот думает, и поспешил утешить его. – Если не хочешь об этом думать, то и не надо. Я ведь всё равно здесь, и семья Сюй не придёт в упадок. Более того, в ближайшие несколько десятилетий я останусь в деревне Ли, и, возможно, мне не придётся тебе этого говорить, но тогда у меня уже будет спутник жизни.
Остаться в деревне Ли до того, как Сюй Байшань доживёт свой век. Этот план Сюй Аньцин принял спонтанно. С одной стороны, обустройство Полулунного острова было завершено, и совершенствование там приносило большую пользу; с другой стороны, доверие к Сяо Хэю неожиданно достигло максимума, увеличив множитель критического урона до двухсот. Запасов духовных камней хватило бы на десятки лет, что позволило бы ему спокойно повышать уровень развития.
– Ха-ха-ха, – Сюй Байшань рассмеялся, обнял Сюй Аньцина за шею и повёл его обратно в дом. – Тогда я буду ждать внуков. Идём, идём, продолжаем пить. Еле-еле достал несколько бутылок столетнего Хуадяо, не дадим им пропасть.
Девять из десяти вещей в мире не идут так, как хочется. Где уж тут идеальная жизнь? Тем более, у детей своя судьба, и нет нужды обо всём беспокоиться.
– А если внучка? Разве внучка не подойдёт?
– Внучка тоже подойдёт, я не придирчив. Кстати, ты же недавно говорил, что хочешь взять себе жену ещё ребёнком? Я тебе уже нескольких подыскал, все приличные, красивые девушки. Как тебе?
– Посмотрим, посмотрим, – ответил Сюй Аньцин.
– …
***
Сюй Байшань не остался жить на Полулунном острове; по его словам, там было слишком мало людей, слишком уныло, не хватало суеты. Поэтому он снова переехал в родовое поместье семьи Сюй в деревне Ли. Сюй Аньцин не стал настаивать. Дорога от Полулунного острова до деревни Ли занимала всего полчаса, так что перемещаться было удобно.
Время летело так быстро, что, казалось, в мгновение ока наступило ежегодное Собрание Вознесения. В этот день жители деревни Ли рано утром, несмотря на холодный ветер, собрались на площади Вознесения, ожидая начала церемонии. Собрание Вознесения напрямую определяло их дальнейшую судьбу.
Небо начало светлеть. Внезапно со стороны пустынных гор показалась фигура, ступающая по облакам. Ростом был невысок, но густые чёрные волосы, не скреплённые и не заплетённые, развевались на ветру. Белая одежда на солнце излучала слабое свечение.
– Бессмертный учитель пришёл!
– Быстрее, бессмертный учитель!
– Это бессмертный учитель!
– О небеса, это и есть бессмертный учитель?
– Здравствуй, бессмертный учитель!
Жители деревни Ли с горящими глазами смотрели на эту фигуру. Когда фигура приблизилась, все низко поклонились.
– Всем доброго утра. – Сюй Аньцин, с юным и доброжелательным лицом, медленно опустился в центр площади. Затем достал столб для измерения духовных корней.
Перед началом он спокойно посмотрел на жителей деревни и произнёс:
– Далее родители с детьми старше пяти лет должны выстроиться в очередь, чтобы проверить духовные корни. Независимо от результата, нельзя нарушать порядок! В противном случае, будет суровое наказание!
Строгий голос, прозвучавший в ушах каждого, заставил их вздрогнуть и поспешно шепотом предупредить своих детей, чтобы те не шалили.
– Теперь церемония начинается.
***
Церемония Собрания Вознесения была проста. Дети, участвующие в церемонии, должны были упорядоченно выстроиться в очередь, а затем по одному подходить к столбу для измерения духовных корней и прикоснуться к нему.
Вначале Сюй Аньцину всё это казалось довольно интересным. Три года назад он сам, в сопровождении Сюй Байшаня, участвовал в проверке духовных корней. Теперь, глядя на эту группу малышей, он словно видел самого себя в прошлом, и в его сердце зародилось какое-то странное чувство.
Однако за три года Сюй Аньцин превратился из «простой курицы» в «феникса». Из ребёнка, проходящего проверку, он стал бессмертным учителем, проводящим её. Это заставило его глубоко задуматься о том, насколько тонки и неуловимы бывают жизненные повороты.
…
Время шло, и вскоре новизна ощущения улетучилась. Через некоторое время Сюй Аньцин почувствовал скуку. Эти дети, словно на параде, подходили, делали свое дело и уходили. Когда он сам проходил проверку, то ничего не чувствовал, наоборот, ему казалось, что церемония слишком проста, слишком груба, и всё закончилось, не успев начаться. Но теперь, ведя церемонию, Сюй Аньцин понял, насколько эта работа утомительна и монотонна.
Слишком скучно. Вероятность появления Духовных Корней в смертных поселениях очень мала. Из ста детей, возможно, только один будет обладать Духовным Корнем, и уровень его восприятия может не соответствовать требованиям Секты Девяти Небес. Что касается тех гениев, чей уровень восприятия превышает восемьдесят, то их ещё меньше.
Собрание Вознесения, по мнению Сюй Аньцина, было похоже на детское представление.
…
Небо постепенно темнело.
Наконец, Собрание вознесения бессмертных завершилось.
В этом году в городке Лицзянь шестеро детей обладали духовными корнями, что на троих меньше, чем в прошлом году.
Двое из них соответствовали требованиям учеников-послушников Школы Девяти Небес и были отправлены Сюй Аньцином в соседний городок, чтобы их младшая сестра по секте забрала их в основной клан.
Остальных четверых забрали представители зависимых от школ культивации городов для воспитания.
Так ежегодная церемония проверки завершилась.
«Теперь займёмся делами обычных городов».
Вернувшись в Резиденцию бессмертного наставника, Сюй Аньцин поставил Столб измерения духа в заметном углу.
Затем он окликнул случайного прохожего на улице и попросил того позвать старейшину, чтобы тот приготовился к обсуждению некоторых будничных вопросов.
Прошло полчетверти часа, и старейшина прибыл.
Намного быстрее, чем ожидалось.
Однако пришедшим оказался не прежний пожилой старейшина, а слегка знакомый человек средних лет, которому было за пятьдесят.
Расспросив его, Сюй Аньцин узнал, что прежний старейшина скончался в новогоднюю ночь.
Ему было ровно сто лет, ни больше, ни меньше.
«Эх», — вздохнул Сюй Аньцин.
Столетний предел для простых смертных был словно проклятие.
Сколько бы они ни старались, как бы ни продлевали свою жизнь, его было невозможно сломить.
Судьба пожилого старейшины напомнила ему о том, какая участь постигнет Сюй Байшаня через несколько десятилетий...
«Бессмертный наставник, с вами всё в порядке?»
http://tl.rulate.ru/book/136983/6777569
Готово:
