— Уху-у! А скорость-то что надо!
Уилл стоял на носовой платформе с восторженной улыбкой на лице. Его волосы и одежда яростно развевались на сильном ветру, но сам он стоял непоколебимо.
Поднявшись в небеса, он почувствовал, что корабль летит даже лучше, чем когда он сам поднимал его в воздух. Возможно, всё дело было в мощной воздушной пушке, которая била точно по водной глади позади корабля.
Все, кто находился на палубе, заранее приготовились, поэтому их не смело мощным толчком. Чоппер и вовсе привязал себя к перилам.
Нами, которая тоже заблаговременно закрепилась у штурвала, не удержалась и, перекрикивая ветер, прокричала в сторону носа:
— Уилл, это слишком безрассудно! Мне всю причёску растрепало!
В конце концов, на месте казни соберётся уйма народу, и ей совсем не хотелось представать перед ними с растрёпанными волосами.
Карина и Робин прекрасно понимали чувства Нами — их волосы тоже развевались за спиной от сильного ветра.
Энель, сжимая свой золотой посох, превратился во вспышку молнии и мгновенно оказался на носу корабля.
Иссё же обнажил свой меч-трость, готовый в любой момент перехватить управление кораблём.
На них двоих окружающий ураганный ветер, казалось, никак не влиял.
Тем временем Фрэнки и Айсберг, стоявшие на стене Уотер-Севен и провожавшие взглядом корабль, который они построили собственными руками и который исчезал в дальнем небе, невольно улыбнулись с гордостью.
«Прославь этот корабль на весь мир, Уилл!»
В то же время.
Штаб-квартира Морского Дозора, Маринфорд.
В кабинете адмирала флота.
Сэнгоку сидел за своим рабочим столом. На стене слева от него висела деревянная табличка с каллиграфической надписью «Абсолютная Справедливость». На стуле неподалёку справа сидела вице-адмирал Цуру.
Щёлк.
Внезапно дверь кабинета распахнулась.
Гарп с мрачным лицом подошёл к столу и, с силой ударив по нему кулаком, дрожащим голосом спросил:
— Сэнгоку… неужели нужно было заходить так далеко?!
Всё это время он мысленно пытался убедить себя принять неизбежную казнь Эйса. Но он никак не ожидал, что Сэнгоку, будучи адмиралом флота, воспользуется этим случаем, чтобы раздуть из казни нечто куда более масштабное.
Однако Сэнгоку, не дрогнув ни на миг перед старым другом, сурово напомнил:
— Гарп, помни о своём долге дозорного. Ты хоть понимаешь, насколько важна эта казнь для мировой обстановки и общественного мнения?
Услышав это, Гарп сверкнул глазами от гнева. Больше ничего не говоря, он резко развернулся и вышел.
Сэнгоку, увидев это, слегка опустил голову. В его очках отразился белый свет, скрывая мысли, что роились в его голове.
Вице-адмирал Цуру, всё это время молча наблюдавшая за сценой, вдруг спокойно спросила:
— Сэнгоку, мы и вправду… победим в этот раз?
Сэнгоку медленно поднял голову. Его взгляд был полон непоколебимой решимости, и он твёрдо ответил:
— Победим!
Пока Эйса вели к эшафоту, окрестности штаб-квартиры Морского Дозора уже были окружены плотным кольцом из более чем пятидесяти огромных военных кораблей.
На высоких стенах залива в форме полумесяца были установлены многочисленные тяжёлые двуствольные орудия. А на площади внутри залива плотными рядами стояли бесчисленные дозорные.
Если присмотреться, можно было заметить, что все они носили плащи с надписью «Справедливость» и держали в руках разнообразное оружие. Выражение на лице каждого было предельно серьёзным.
Это была элита Морского Дозора, собранная со всего мира, — армия общей численностью в сто тысяч человек!
На высокой стене в центре внутреннего залива стояли пять фигур разного телосложения. Это были пятеро из Великих Корсаров, ответственные за оборону главного фронта: Бартоломью Кума, Гекко Мория, Донкихот Дофламинго, Дракуль Михоук и Боа Хэнкок.
Они выстроились в ряд. Одно их присутствие создавало гнетущую и ужасающую ауру.
На других участках высоких стен также расположились дозорные, которым было поручено управлять тяжёлыми орудиями и защищать их.
А на площади за стеной, в первых рядах элитных сил Дозора, выстроились восемь вице-адмиралов-гигантов. Словно живая стена, они надёжно преграждали путь к эшафоту.
Весь залив в форме полумесяца был укреплён до предела, и лишь у входа оставался единственный проход. Это создавало боевой порядок, похожий на капкан. Любой, кто осмелился бы прорваться через этот проход, немедленно оказался бы в окружении со всех сторон, в ловушке, из которой нет выхода.
В это время под эшафотом появились три высокие фигуры в плащах Справедливости. Они медленно вышли вперёд и поочерёдно заняли три специально подготовленных кресла.
Это была главная боевая сила Морского Дозора — адмиралы Акаину, Аокидзи и Кидзару.
Слева Аокидзи Кудзан лениво положил руки на подлокотники, его поза была относительно прямой, а взгляд устремлён влево.
В центре Акаину Сакадзуки, скрестив руки на груди, сидел, закинув правую ногу на левое колено. Его голова была слегка опущена, выражение лица оставалось суровым, а взгляд скрывала тень от козырька фуражки.
Справа Кидзару Борсалино сидел, закинув ногу на ногу. Его руки были сложены, локти опирались на подлокотники, а на лице играла беззаботная ухмылка.
Когда трое адмиралов появились и заняли свои места под эшафотом, дозорные на площади взорвались восторженными криками.
— Уо-о-о-о!!!
Они с боевым кличем вскинули своё оружие.
Услышав рёв толпы, трое адмиралов не изменились в лице.
В то же время Огненный Кулак Эйс, приговорённый к казни, шёл в сопровождении двух палачей по тёмному и узкому коридору. Его руки были скованы за спиной наручниками из кайросеки. Шаг за шагом он приближался к большим воротам впереди.
Щёлк.
Когда палачи медленно распахнули ворота, ослепительный солнечный свет ударил Эйсу в лицо, заставив его невольно сощуриться.
И в этот самый миг в его сознании всплыло воспоминание о клятве, данной своему младшему брату Луффи. А также о том человеке, которого он встретил случайно, который с лёгкостью его одолел и даже пытался предостеречь.
Вспомнив слова того человека, Эйс, до этого сохранявший спокойствие, ощутил, как в душе поднимается волнение, а взгляд стал сложным и задумчивым.
Погружённый в эти воспоминания, он продолжал шаг за шагом идти к эшафоту.
Наконец, он поднялся на высокую платформу, медленно опустился на колени и, понурив голову, замолчал. Казалось, он смирился со своей участью.
Двое палачей, сопровождавшие его, скрестили свои длинные мечи перед Эйсом, готовые в любой момент исполнить приговор.
Эта сцена транслировалась через Видео Дэн Дэн Муси на экраны, и её видели все наблюдавшие. Люди поняли, что публичная казнь наконец-то началась.
Спустя мгновение у подножия эшафота появились ещё две фигуры. Они вместе направились вперёд. Это были Герой Дозора Гарп и адмирал флота Сэнгоку.
— Гарп, сейчас я раскрою всю правду.
— Делай что хочешь. Я наверх не пойду.
Гарп и Сэнгоку вместе подошли к лестнице эшафота, а затем их пути разошлись. Сэнгоку продолжил подниматься наверх, а Гарп с угрюмым лицом подошёл к боковой части эшафота и встал рядом с вице-адмиралом Цуру.
Цуру, будучи давней подругой Гарпа, видя его понурый вид, не удержалась и тихо сказала, чтобы успокоить:
— Гарп, ты должен понимать, что в этом нет твоей вины.
Взгляд Гарпа блуждал, а на губах появилась горькая усмешка.
Тем временем Сэнгоку уже подошёл к Эйсу. Палачи, увидев его, тут же убрали мечи и выпрямились по бокам в ожидании.
Остановившись, Сэнгоку взял в руки Дэн Дэн Муси и строгим голосом объявил:
— Перед началом казни я должен сообщить вам кое-что важное. О Портгасе Д. Эйсе. О настоящей причине, по которой этот человек будет казнён.
Его голос через Дэн Дэн Муси отчётливо донёсся до ушей каждого присутствующего, включая тех, кто смотрел прямую трансляцию на экранах.
Тут Сэнгоку слегка повернул голову к Эйсу и властно произнёс:
— Эйс, назови имя своего отца.
Эйс на миг замер, затем закрыл глаза и медленно ответил:
— Мой отец — Белоус.
— Неверно! — громко прервал его Сэнгоку.
Выражение лица Эйса изменилось. Он вскинул голову и яростно прорычал:
— Что значит неверно?! Мой отец — Белоус, и только он!
Но Сэнгоку не удостоил его ответом. Вместо этого он повернулся к толпе и громко продолжил:
— Много лет назад Морской Дозор на одном из островов Саут-Блу изо всех сил искал кровь, оставленную тем человеком. В то время, опираясь лишь на скудные данные от CP, мы тщательно проверили всех новорождённых и готовящихся к рождению младенцев на том острове, а также их матерей. Но в итоге так ничего и не нашли.
— Впрочем, это и неудивительно. Ведь никто и подумать не мог, что твоя мать таким способом — или, вернее, с помощью хитроумного заговора — сумеет обвести вокруг пальца всех и обмануть целый мир! А тот остров в Саут-Блу называется Батерилла. Твоя мать, Портгас Д. Руж, чтобы ты благополучно появился на свет, носила тебя в утробе целых двадцать месяцев. Поэтому, родив тебя, она полностью истощила свои силы и умерла на месте.
Услышав эти слова, Эйс помрачнел ещё больше. Его зрачки задрожали, а скованные за спиной руки сжались в кулаки.
Сэнгоку, не обращая внимания на его реакцию, с суровым лицом продолжал громко вещать:
— И вот, через год и три месяца после смерти того человека, на свет появился ребёнок, унаследовавший самую порочную кровь в мире. И этот ребёнок — ты, Портгас Д. Эйс!
Эйс стиснул зубы, его лицо стало непроницаемо-мрачным.
— А отец Эйса, подлинная личность того человека…
— …это Король Пиратов, Гол Д. Роджер!!!
Когда последний крик Сэнгоку эхом разнёсся по воздуху, вся штаб-квартира, включая места, где шла прямая трансляция, погрузилась в оглушительный гул.
За исключением горстки людей, таких как Гарп, вице-адмирал Цуру и три адмирала, все, кто услышал эти слова, были до глубины души потрясены. Даже пятеро Великих Корсаров, созванные в принудительном порядке, застыли с разными выражениями на лицах. Никто из них и не подозревал, что Огненный Кулак Эйс, которого собирались казнить, окажется потомком самого Короля Пиратов.
«У Короля Пиратов… есть выживший сын?!»
«О небеса…»
«Это просто невероятно!..»
Эта новость, способная потрясти мир, заставила специально прибывших репортёров разинуть рты и ошеломлённо уставиться на экраны. Некоторые даже не заметили, как их блокноты выпали из рук.
Гарп, стоявший у эшафота, услышав эти слова, моргнул, и в его памяти пронеслись картины прошлого. Он также заметил, что Сэнгоку в своей речи намеренно опустил подробности того, как Эйс рос с младенчества. Он прекрасно понимал, что тот делает это, чтобы тайно вывести его, укрывателя, из-под удара. При этой мысли на душе у Гарпа стало ещё тяжелее.
А адмирал флота Сэнгоку, стоявший рядом с Эйсом, не обращая внимания на реакцию толпы, продолжал громко говорить:
— Два года назад ты вышел в море под фамилией своей матери. Именно тогда мы и поняли, что кровь Роджера не прервалась. К несчастью, в то же время об этом догадался и Белоус Ньюгейт. Чтобы взрастить из тебя следующего Короля Пиратов, он взял сына своего давнего соперника на свой корабль.
— Неправда! — снова эмоционально возразил Эйс, повернувшись к Сэнгоку. — Я взошёл на тот корабль, чтобы сделать отца Королём Пиратов!
— Так думаешь только ты сам! — сурово оборвал его Сэнгоку и чётко изложил свою версию: — Факт в том, что Белоус спас тебя. Из-за того, что он постоянно тебя защищал, мы, даже установив твою истинную личность, не могли просто так на тебя напасть. Поэтому, если бы мы, дозорные, и дальше закрывали на тебя глаза, твои шансы стать следующим Королём Пиратов были бы очень высоки.
— Именно поэтому сегодня тебя привели сюда для публичной казни. Значение этого события огромно, и даже если это приведёт к полномасштабной войне с Белоусом, мы, Морской Дозор, не дрогнем!
— Уо-о-о-о!!!
Эти слова вызвали у дозорных бурный восторг, и рёв толпы стал ещё громче. Даже восемь вице-адмиралов-гигантов не удержались и вскинули своё оружие.
Боевой дух всего Морского Дозора в мгновение ока достиг своего пика.
http://tl.rulate.ru/book/136718/6948626
Готово:
