Глава 12. Три дня спустя
Я выяснил, что именно политика нового герцога была причиной, почему поселения Каздекса не имели ни стен, ни ворот. Более того, там где они были, их все демонтировали, поскольку те мешали свободному перемещению людей и товаров. Теперь, когда не нужно было беспокоиться о налогах, а герцог гарантировал, что любой может торговать на его территории свободно, подобная политика спровоцировала экономический бум.
Что касается потенциальных проблем с общественной безопасностью и порядком, которые могли возникнуть из-за принятия подобных мер, то новый герцог организовал своих солдат в патрульные отряды. В каждом отряде было десять человек, и они перемещались между фортами, расположенными на холмах и в горах в каждом регионе, а также по пути своего следования заходили с проверкой в населённые пункты. Они были готовы реагировать на любые угрозы и проблемы в городах или деревнях в любое время, будь то дождь или солнце, день или ночь.
В прошлом группа из двадцати бандитов напала на одну деревню, и был подан сигнал тревоги. Ближайший патруль явился в мгновение ока, и пока они сдерживали бандитов, подтягивалось всё больше и больше отрядов, пока в деревне не собралось около сотни солдат. Они одолели бандитов, и серьёзного ущерба для людей и их имущества удалось избежать.
Патрули также активно охотились на всех монстров, которых встречали, поэтому количество таких нападений в Каздексе резко сократилось. Вдобавок, материалы с монстров начали поступать на рынки для свободной продажи, что тоже помогало экономике владения. Это было по-настоящему удивительно.
В этих рассказах можно было увидеть сплошные плюсы, но, как выяснилось, содержание опытных солдат в таком количестве обходилось казне в копеечку. И хотя устранение ограничений для передвижения торговцев, освобождение от налогов и другие меры позволили привлечь в Каздекс небывалое количество денег, до стабильной ситуации в экономике предстоял ещё долгий путь.
В таком случае откуда брались деньги на содержание этих патрульных отрядов? По словам хозяина постоялого двора, рассказавшего нам все эти подробности, всё дело было в сельском хозяйстве Каздекса, которым занимались преимущественно на юге. Он сказал, что хоть это потребует некоторого времени и денег, но нам это место обязательно стоит посмотреть, потому мы с Айсой и Элли решили ненадолго свернуть с большой дороги и увидеть всё собственными глазами.
На юге солнце палило нещадно, поэтому мы купили в лавке несколько соломенных шляп, чтобы хоть как-то защититься от солнцепёка. Ну, кроме Элли, у которой уже была очень дорогая на вид красная пляжная шляпа. Когда мы добрались до ферм, то не смогли подобрать слов, чтобы описать зрелище, открывшееся перед нашими глазами.
Всё вокруг было представлено сплошными полями сахарного тростника, простиравшимися до самого горизонта. Я слышал, что сахар был местным уникальным товаром, но никогда не думал, что его выращивают в таких масштабах.
Мы ехали в повозке по дорожке между полями, гадая, как далеко они тянутся. Казалось, они настолько же бескрайни, как и небо над нами. Иногда мы видели какие-то хозяйственные постройки и предположили, что это перерабатывающие станции, предназначенные для изготовления сахара.
Мы ехали, и ехали, и в конце концов признались сами себе, что добраться до границы полей — задача невыполнимая, и в итоге сдались. Рядом с одной из станций мы нашли пруд и решили остановиться там. Лошади напились воды, и только тогда Элли, казалось, очнулась от оцепенения и завизжала:
— Так… Подождите...Вы совсем с ума сошли?! — закричала она. — Что это за масштабы?! Как вообще они собирают весь этот тростник?! Как им удаётся перерабатывать всё это в сахар?! И как вообще для этой работы можно найти столько людей?!
— Слушай, я согласен, полей здесь действительно много, но зачем из-за этого так орать? — ответил я. — Наверняка если постараться, можно спокойно набрать достаточно людей, чтобы управиться со всем за пару недель, разве нет?
— Да, и учитывая то, по какой цене продаётся этот сахар, у тебя должны быть деньги, чтобы нанять необходимое количество людей. Но пару недель это маловато. Наверное, вся работа займёт около месяца? — предположила Айса.
Элли закричала ещё громче, чем раньше:
— Ох, ну вы и глупцы! Сбор сахарного тростника — не такая простая задача! Его нужно собирать в строго определённое время, когда он наиболее насыщен сахаром! Затем его нужно успеть извлечь из тростника, пока тот не испортился! Но этот тростник очень тяжёлый! Так что собирать и обрабатывать его — это тяжкий труд. Вот почему он такой дорогой! Посмотрите, сколько здесь полей! Нельзя просто так взять и с бухты-барахты наскрести рабочих!!!
Мы с Айсой слушали, склонив головы набок. У нас с ней вертелся один и тот же вопрос: как же местным тогда удавалось собирать столько сахара? Именно в этот момент мы услышали шорох в полях и вскоре увидели, как кто-то пробирается к нам сквозь заросли тростника. Незнакомец был облачён в белую ткань, имел внушительный рог и толстую кожу — это был носороголюд. По его неторопливой походке и морщинам вокруг рта и глаз я предположил, что он, должно быть, был весьма стар.
— Похоже, кое-кто разбирается в сахарном тростнике, — произнёс носороголюд. — И вы правы, делать сахар — работёнка и впрямь нелёгкая.
Пожилой носороголюд улыбнулся и заговорил хрипловатым голосом. Айса и я поздоровались и попросили разрешения набрать ещё воды, на что он сказал, чтобы мы не стеснялись и пили, сколько душе угодно.
Незнакомец пояснил, что он владелец этих земель. Он присел у пруда, достал из своего мешочка небольшой тёмно-коричневый комочек размером с камень и бросил его в рот. Он предложил нам остаться и немного с ним поболтать, после чего начал рассказывать о своём знакомстве с сахаром.
— Как вы и сказали, делать сахар — работа тяжёлая, и для этого требуется множество рабочих рук, и силы... Господин, что правил здесь несколько поколений назад, поработил живших в этих краях зверолюдов и решил, что, сделав нас рабами, он сможет решить эту проблему. Мы сильнее людей и лучше переносим работу в жару. К тому же, у нас всегда большое потомство, а это значит большое количество будущих помощников. Вы, наверное, понимаете, почему господину так сильно пришлась по душе эта затея. То было ужасное для нас время... Мы работали, окруженные сладчайшим ароматом, но нам не позволяли ни отдыхать, ни попробовать даже кусочка сахара. Если кто осмеливался, того жестоко наказывали...
Старый носороголюд бросил в рот ещё один коричневый комочек, прежде чем продолжить.
— Но нас спас лорд Элдан, наш новый герцог. Он изгнал прежних хозяев плантаций вместе с их проклятыми кнутами и даровал нам свободу. Мало того, он объявил, что эта земля теперь наша, и теперь вот такие, как я, являемся владельцами ферм. Нам позволили продавать сахар и есть его вволю, а кроме сахарного тростника выращивать и другие культуры. Лорд Элдан даже сказал, что, если захотим, мы можем продать землю и уехать в другие края. Говорю вам, он - человек с золотым сердцем.
С тех пор как мы прибыли в Каздекс, мы только и слышали разговоры о герцоге. И похоже, он и вправду был таким добрым и щедрым, как о нём говорили. Теперь я понимал, почему наш старший брат сразу же подружился с ним.
— Но лорд Элдан придумал ещё один способ заработка — он предложил оставлять отходы от сахарного тростника, которые мы обычно выбрасывали. Видите ли, если высушить тростник, из его волокон можно сделать бумагу. И это дало нам работу даже вне сезона сбора сахара.
Тут старый носороголюд издал суховатый смешок. В его улыбке мы могли прочесть послание — работа здесь была такой же бесконечной, как и поля тростника, которые мы могли видеть, но она не шла ни в какое сравнение со страданиями, которые они испытывали, будучи рабами.
Отдышавшись, наш собеседник поднялся на ноги и сказал, что ему пора возвращаться к работе. Он поблагодарил нас за то, что выслушали рассказ старика, и протянул тот самый мешочек с коричневыми комочками, которые жевал всё время разговора.
— Возьмите это с собой, — сказал он. — Если съесть один такой комочек, прибавятся силы, и получится легче переносить жару. Поделитесь и с вашими лошадьми тоже.
Старый носороголюд скрылся в полях, а мы смотрели ему вслед. Затем Айса запустила руку в мешочек, достала один коричневый комочек и без тени сомнения сунула его в рот.
— Ого! Что это? Как сладко! — воскликнула она. — Это же сахар! Но я всегда думала, что сахар — это белый порошок?
Сладость отразилась на её лице дурашливой улыбкой. Элли и я потянулись к мешочку и тоже взяли по комочку.
— Ух ты, — вырвалось у меня после того, как я попробовал. — Необычный вкус, но он действительно сладкий.
Элли же какое-то время просто разглядывала свой комочек.
— Думаю, это тростниковый сахар, — сказала она наконец. — Его делают, вываривая сок сахарного тростника. Насколько я знаю, сделать белый сахар куда сложнее, чем этот. Хм... Небось, все эти поля и есть то, чем зарабатывают старый носороголюд и весь Каздекс.
Пока я угощал лошадей тростниковым сахаром, Элли продолжала рассуждать.
— Я слышала, ещё Каздекс славится чаем и пряностями. Так что, небось, со всего королевства сюда стекается немало денег.
Элли углубилась в свои размышления, в то время как мы наслаждались пронизывающим сладким вкусом этого тростникового лакомства. И, похоже, на лошадей он подействовал особенно сильно – они нетерпеливо били копытами, и мне пришлось их успокаивать, перед тем как мы двинули обратно на большую дорогу.
— Эй, Эли, – крикнула Элли из задней повозки, – С этим пастухом что-то не так. Похоже, у него тепловой удар. Нужно ему помочь.
Я посмотрел туда, куда она показала, и увидел старика в одежде, напомнившей мне одеяния священника. Его окружало стадо белых овец с густой шерстью. На зверолюда он не походил. Он шагал, пошатываясь и опираясь на посох, и время от времени улыбался и разговаривал с овцами. «Странный» – это было самое подходящее для него слово.
Я взглянул на Айсу, и она кивнула в ответ. Мы решили подъехать и помочь незнакомцу.
Мы приблизились к старику и поздоровались. После нескольких фраз выяснилось, что он вовсе не пастух, а странствующий священник. Он сказал, что у него есть личные причины попасть на равнины Незроуз, а похожие на овец существа, с которыми он путешествует, – это не питомцы и не скот, а его спутники, встреченные в пути.
Мы никак не могли свыкнуться с мыслью, что овцы могут составить компанию в путешествии, но старик пояснил, что эти существа понимают человеческую речь и настолько умны, что даже способны общаться. То, что мы приняли за бредни старика, слегка тронувшегося умом от жары, на самом деле было его беседой с овцеподобными созданиями.
Я попробовал сам поговорить с одним из этих существ, и оно отреагировало и заблеяло в ответ, будто понимало каждое слово. По его блеянию и движениям я постепенно начал улавливать, как оно выражает свои мысли. Из ответов этих существ мы поняли, что они тоже направляются на равнины, и поэтому было решено, что все мы можем продолжить наше путешествие вместе.
По правде говоря, прошлый опыт научил нас ненавидеть священников и их храмы, но этот старик не был похож ни на одного священника, которого мы знали. Он не смотрел свысока и не презирал нас. Он был нежен и добр с этими овцеподобными созданиями, не кичился своим саном перед нами, и вместо того, чтобы бросаться деньгами ради достижения своих корыстных целей, решился путешествовать на своих двоих, а главное — он не воспользовался своим положением, чтобы отобрать нашу повозку и всё наше добро.
В лице старика было что-то странно знакомое, ностальгическое, и мы не смогли отвернуться от него, как обычно поступали с другими священниками, и бросить его на жаре. Поэтому раз уж наш путь лежал в одну сторону, мы пригласили старика и эти странных существ присоединиться к нам.
Старик и шесть овец согласились отправиться на равнины вместе с нами. Но прежде чем тронуться в путь, Элли достала из багажа пару парикмахерских ножниц и принялась стричь овец.
— Вам наверняка тяжело в такую жару со всей этой шерстью! — сказала она. — Я подстригу её, прежде чем мы отправимся дальше!
Мы остановились у дерева у дороги, и Элли принялась стричь овец в тени. Они вели себя спокойно и охотно подчинились; казалось, им это даже нравилось.
— О боже, — вырвалось у Элли, — какая же эта шерсть мягкая и пушистая! Это просто божественно. И она такая чистая... Ого! Как же вам удаётся так за собой ухаживать?
— Баа-баа.
Овцы и Элли продолжали «беседовать», пока она ловко и умело остригала их одну за другой.
— Честное слово! Вы все такие пушистые! Если сделать из этой шерсти ткань и потом сшить одежду, то за неё можно будет просить любые деньги!
— Баа-баа! Баа!
Их разговор продолжался, а Айса, чтобы скоротать время, собирала остриженную шерсть в мешок. Пока они занимались этим, я набрал дров, развёл костёр, вскипятил воду, взятую из ближайшего пруда, и заварил чай. Я подумал, что старику наверняка захочется пить, да и Айсе с Элли, когда они закончат, тоже.
Старик наблюдал за нами, поглаживая бороду и улыбаясь.
— Не могу в это поверить, — размышлял он вслух. — Не только остановились ради простого старика, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, но и пригласили его с собой, да ещё в довершение всего ещё и чаем напоили... Вы и впрямь добрые путники.
Длинные седые волосы старика были собраны в хвост на затылке. Когда он улыбнулся нам, его лицо покрылось морщинами.
— Что ж, это всё благодаря человеку, который нас воспитал, — сказал я.
Лицо старика расплылось в ещё более радостных морщинах, и он разразился смехом.
— Но, должен сказать, — добавил я, — Путешествовать в одиночку в наше время крайне опасно. Раз уж вы священник, небось, при деньгах? Могли бы нанять наёмников или хотя бы оплатить повозку?
Старик наконец перестал смеяться, поправил бороду и ответил:
— Да, полагаю, я мог бы нанять кого-нибудь. Но планы не всегда складываются, как задумано. К тому же, я не всегда был один. Какое-то время я путешествовал со спутником, потому что мы держали путь в одну сторону.
— Какое-то время? Видимо, у вас была общая цель, что же тогда случилось?
— Всё шло хорошо, пока мы не добрались до Каздекса. Однажды мы зашли в одну из столичных таверн разузнать последние новости, и тут моему спутнику вдруг расхотелось ехать дальше. Он заявил, что собирается пройтись по борделям, и оставил меня одного.
По словам старика, его попутчиком был один из бывших соратников Диаса. Тот отправился на равнины Незроуз в надежде, что новоиспечённый правитель угостит его вином и окружит женщинами, потому и согласился путешествовать вместе. Но когда он узнал, чем на самом деле занят наш старший брат, и понял, что женщин и вина ему не дождаться, то предпочёл отправиться в бордель.
«Пусть он и старый друг Диаса, но, как по мне, он тот ещё подарок...»
С другой стороны, старик упомянул, что его попутчик во время их совместного путешествия пил почти без продыху, так что, возможно, ему просто в голову ударил алкоголь.
— А если бы я нанял наёмников, то никогда не встретил бы моих пушистых и дружелюбных друзей. — после паузы старик продолжил. — Так что, пожалуй, всё сложилось к лучшему.
Затем он взглянул на овец и снова рассмеялся. Я последовал за его взглядом и заметил, что овцы теперь выглядели куда легче после свежей стрижки. Кому-то они могли показаться даже жалкими, но старик, тыча в них пальцем, не мог сдержать смеха.
Овцы заметили это и в ярости бросились к нему, заставив старика насторожиться, но уже через мгновение они вовсю возились и играли друг с другом. Мне казалось безумием носиться вот так в самый солнцепёк, но вскоре и Айса, и Элли, да и я сам не могли сдержать смеха.
В сопровождении новых спутников мы продолжили путь через Каздекс, собирая новые сведения и двигаясь на запад. Мы пересекли лес, отделявший Каздекс от равнин, и, наконец, добрались до места назначения.
Но там нас ждало лишь недоумение. Ни деревьев, ни дорог, ни даже указателя. Только бескрайние травянистые равнины, бескрайние травянистые равнины и бескрайние травянистые равнины — куда ни кинь взгляд.
«Куда теперь идти? Где живёт наш старший брат?»
Мы стояли как идиоты, пока внезапно в траве не послышался шорох. Из зарослей показалась собачья морда. Затем ещё несколько... Точнее, маленькие четвероногие собаколюды. Они были одеты в расшитую ткань с диковинными ожерельями и смотрели на нас с крайней настороженностью.
— Кто вы такие? — спросил один из них. — Гости? Если вы бандиты — возвращайтесь восвояси! Иначе мы вас покусаем!
Маленький собаколюд заговорил, и я задумался: не свели ли нас, наконец, с ума жара и долгий путь?
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/136613/7207345
Готово:
