Глава 3. После завершения торговли
Каким-то образом нам удалось успокоить Пейджина-Ре и вернуть разговор в нужное русло. Мы договорились, что, если кто-то из «бескровных» проявит интерес к торговле, Пейджин обучит его всему самому необходимому. У нас были лошади и повозка, а наличие собственного торговца — явно будет нам на руку.
В ходе нашего разговора я поднял вопрос о требованиях к будущим переселенцам:
— Кстати, Пейджин, — сказал я. — Это касается всех потенциальных жителей, не только «бескровных»: мы не принимаем преступников, злодеев или кого-либо, кто может питать к нам вражду. Учти это, когда вам начнут подавать заявки на переезд сюда.
— Хм? Ну, э-э... конечно, это естественно, да-да, — ответил Пейджин. — Само собой разумеется, ага? Я позабочусь об этом, и мы тщательно проверим прошлое и характер каждого кандидата перед тем как примем окончательное решение.
— Уверен, ты уже немного почувствовал это сам, но у Аруны острый глаз на такие вещи, особенно, если дело касается характера человека. В этом она даже искуснее, чем в оценке качества товаров. Я очень не хочу, чтобы ты привёз переселенцев, которым потом придётся отказать и прогнать их. Поэтому просто хочу убедиться, что ты подойдёшь к этому добросовестно и со всей ответственностью.
— Я всё понял, да. Клянусь, мы найдём тех, кто устроит вас обоих.
На этом я оставил подбор достойных кандидатов на переселение на совести Пейджина. Ведь мы планировали сделать «бескровных» главной торговой силой Илука, а это означало бы поездки туда-обратно между нашей деревней и страной зверолюдов. Мне бы хотелось доверить нашим новым жителям торговлю уникальными товарами Илука.
На данный момент единственное уникальное, что пришло мне в голову, — это шерсть бааров. Но поскольку её производство довольно ограничено, нам ещё было далеко до её продажи в больших объёмах. Я понимал, что нужно увеличить поголовье бааров, но пока не встретил ни одного в дикой природе, так что эта задача выглядела не из лёгких.
В любом случае, я решил, что обучение даже одного торговца — дело небыстрое, и у нас всё еще было время, прежде чем кто-то из «бескровных» действительно появится здесь, так что можно будет вернуться к этому вопросу чуть позже.
Закончив с Пейджином обсуждение переселенцев, мы перешли к списку необходимого для Илука, что нужно будет привезти в его следующий визит. В этот раз он не привёз ничего для собаколюдов, так что я попросил захватить что-нибудь и для них. Теперь у них было собственное золото и серебро, а Пейджин не собирался упускать возможность лишний раз подзаработать, поэтому с радостью согласился. В Королевстве зверолюдов хватало мелкопородных собаколюдов, так что он клятвенно пообещал подобрать подходящие для них товары, выглядев при этом крайне уверенным в себе.
Я также заказал кое-какие предметы первой необходимости и попросил по возможности привезти ещё одну лошадь. В то время это было почти всё, что нам было нужно. С припасами у нас, пожалуй, даже возник небольшой излишек, так что необходимости заказывать что-то ещё не было.
И вот, заключив сделку, Пейджин и его охранники собрали товары, свернули свою палатку и приготовились к отъезду. Им не терпелось отправиться в путь до захода солнца, поэтому все сборы прошли в одно мгновение.
— Я заключил хорошую сделку и получил отличный урок, да-да, — сказал Пейджин-Ре. — Совсем скоро я вернусь и буду надеяться на ещё более выгодную сделку! Ну... На этом, пожалуй, всё — мы отправляемся.
Глубоко поклонившись, лягушачий торговец запрыгнул на место возничего, взял поводья и двинулся на запад. Мы смотрели ему вслед, пока его караван не скрылся за горизонтом. Затем я размял руки, готовясь к работе.
«Пора заняться делом.»
С появлением стаи гусей прибавилось хлопот. Для начала для них нужно было сделать загон, и я подумал, что для этого можно будет использовать остатки материалов от загона Фрэнсиса и Франсуазы. Но рядом ещё требовалось выкопать небольшой водоёмчик. Без воды вырастить гусей можно, но с источником свежей воды под боком они очевидно станут здоровее — так что идея казалась разумной. Резервуар не требовался слишком глубоким или широким, так что мы справимся с этим без проблем. Нужно лишь продумать подвод воды от реки и сток.
Размышляя об этом, я направился к загону для скота. Именно тогда я увидел бабушку Майю и её подруг, спешащих ко мне и, казалось, сияющих от гордости за проделанную работу. С ними была толпа собаколюдов, перепачканных грязью. Увидев меня, они обогнали бабушек и рванули ко мне, словно ураган, бешено виляя хвостами.
— Погладьте нас! Погладьте! — кричал один.
— И похвалите! Давайте же! — вторил другой.
Я совсем не понимал, за что мне их нужно было похвалить, и всё пытался сообразить, пока не подошла бабушка Майя.
— Нам нужно поблагодарить тебя, юный Диас, за покупку этих гусей. Они очень здоровые, и судя по всему, зимой нас ждёт пополнение! А ещё мы с терпением ждём, когда сможем отведать жареного гуся!
— Жареный гусь? Звучит аппетитно, — ответил я. — Кстати, бабушка Майя, почему собаколюды все в грязи? Чем они занимались?
— Ну, они усердно трудились ради гусей, конечно, — пояснила она. — У нас же были неиспользованные материалы, да? Мы попросили собаколюдов перенести их к реке и выкопать маленький прудик для гусей. Там же они прорыли канавки, чтобы если гуси запачкают прудик или замутят воду, её можно было бы спустить обратно в реку и набрать заново.
Она перевела дух и добавила:
— Ах да, мы хотим огородить всё забором, поэтому послали молодого сенджи в деревню Они попросить у них дополнительных материалов. Решили, что сейчас подходящий момент, раз уж мы уже запросили у них материалы для маленьких уборных для Аймер и собаколюдов. Я знаю, мы сделали всё без твоего разрешения, но это было нужно. Надеюсь, ты не против.
Пока я разговаривал с Пейджином-Ре, бабушки и собаколюды сделали всю работу за меня. Они подготовили материалы и даже проверили, как решается вопрос с уборными. У меня не могло быть никаких претензий.
— Я как раз хотел поставить забор для гусей до наступления темноты, так что я только рад! Скорее благодарен! — Затем я опустился на колени и принялся гладить собаколюдов. — И вам, ребята, огромное спасибо за тяжёлую работу!
Похлопав по собачьим шкурам, я вспомнил, что так и не наградил их как следует за битву на равнинах. Масти сражались на поле боя рядом со мной, но даже те собаколюды, что остались защищать деревню, заслужили благодарность. Я хотел дать каждому что-то за то, что мы все благополучно пережили эту... войну, если её можно так назвать.
— Пора вознаградить вас всех и отметить ваши усилия, — объявил я, — Особенно теперь, когда Пейджин планирует привезти товары специально для вас. Каждый получит награду, потому что Илук защищали не только те, кто был на поле боя, но и все остальные. Так что давайте соберёмся на деревенской площади. Только сначала смойте с себя всю эту грязь, хорошо?
Глаза собаколюдов округлились, и они завыли от радости. Пока они ликовали, ещё один собаколюд бросился к площади и ударил в колокол.
«Ах, да. Это же наш сигнал на случай всеобщего сбора деревни...»
И вот, под собачий вой и колокольный звон, когда все проследовали на площадь, я отправился на склад за мешочком монет.
К тому времени как я вернулся со склада, на площади все уже были в сборе, выстроившись аккуратными рядами. Собаколюды, должно быть, узнали от бабушек, в чём дело — их глаза сияли в предвкушении.
Я начал раздавать каждому жителю монеты, благодаря за старания:
Две монеты — сражавшимся в битве,
Одну монету — всем остальным.
Награду получили все: Сенай и Айхан, собаколюды, бабушки, и даже Фрэнсис с Франсуазой.
Закончив, я уже собирался отпустить всех по делам, когда ко мне подошёл молодой шепс, держа монету в обеих лапах, словно бесценное сокровище. Маленький собаколюд нервничал, но смотрел мне прямо в глаза:
— Лорд Диас, можно ли попросить вас проделать в монете дырку?
Я удивился. Только что вручил награды — и вот они хотят испортить монеты?
«Зачем? Золото есть золото, но купцу вряд ли понравится монета с дыркой.»
Я замешкался с ответом, и к нам подбежали другие собаколюды с тем же вопросом. Попросив их успокоиться, я опустился на колени, чтобы быть с ними на одном уровне:
— Ребята, а зачем вам дырявить монеты? Я не говорю, что вы не можете этого сделать, но я хотел бы, по крайней мере, знать, зачем.
Один из собаколюдов набрался смелости и спросил:
— Если сделать в монете дырочку — можно продеть шнурок! — его голос дрожал от восторга. — И носить её как кулон! Это награда от вас, лорд Диас! Я хочу всегда носить её с собой!
— Всегда? — переспросил я. — Но это золотые монеты. Деньги. Я дал их, чтобы вы купили у торговца что-то нужное вам: еду, игрушки...
Не успел я договорить, как собаколюды прижали монеты к груди, замотав головами, будто я предложил нечто совершенно ужасное. На их глазах выступили слёзы, и они сказали мне, что не потратят эти монеты и никогда не расстанутся с ними. Все остальные отреагировали примерно так же, и я действительно не знал, что с этим теперь делать.
Раньше, вручая собаколюдам монеты за работу, я видел, как они украшали ими юрты. Я думал — они просто радуются получить награду за работу, которую они так долго ждали, но я ошибался. Эти монеты много значили для собаколюдов — что-то вроде памятной медали.
С одной стороны, я мог позволить собаколюдам поступать как хочется, но ведь я уже попросил Пейджина-Ре привезти для них товары. Если собаколюды не будут использовать монеты по назначению — возникнут проблемы.
— Ребята, у вас особая привязанность к золоту и серебру? — спросил я.
— Они блестят и красивые… но в остальном ничего особенного, — ответили собаколюды.
— Значит, эти монеты вам нравятся, потому что это награда, полученная от меня?
— Да! Именно! Мы обожаем награды! Они делают нас счастливыми!
— А если вместо монет я дам вам особую награду? Согласитесь ли вы тогда тратить свои монеты?
Собаколюды внимательно разглядывали монеты в лапах, серьёзно задумавшись. Наконец, они кивнули и сказали, что сделают это, если новая награда будет ещё лучше монет. Это было облегчением, но оставалась проблема: что я мог им предложить взамен? В голову не приходило ничего ценнее золота.
Я стоял, ломая голову, когда Аруна, наблюдавшая за сценой, предложила решение:
— Я понимаю ваши чувства, — сказала она. — А что если Диас сделает вам ожерелья из костей или зубов зверя, которого добыл сам? Это сделает вас счастливыми?
Собаколюды пришли в восторг и начали вилять хвостами как сумасшедшие. Я радовался их счастью, но в то же время сомневался:
«Действительно ли Аруна имеет в виду то, о чём я подумал?»
— Отлично, тогда решено, — объявила Аруна. — Вы все можете вернуться к работе, хорошо? Спрячьте свои монеты в надёжное место и убедитесь, что вы их не потеряете. Когда ожерелья будут готовы, Диас сразу же раздаст их вам.
Все ещё виляя хвостами, собаколюды разбежались, оживлённо обсуждая свою будущую награду. Бабушки, Клаус и Канис последовали за ними. Тут к нам подбежали Сенай, Айхан и Аймер (которая была на руках у Айхан) и залепетали:
— Мы тоже хотим ожерелья!
— Хотим! Хотим!
Близняшки подпрыгивали на месте, пока говорили, и, хотя я был рад исполнить их желание, но сомневался, действительно они этого хотят...
— Когда Аруна говорила о костях, — осторожно пояснил я, — Она имела в виду чёрных гхи. Знаете, мясо, которое вы едите? В супе? Вы правда хотите ожерелья из этих костей?
Когда я впервые прибыл на равнины, то добыл много чёрных гхи. Их мясо закоптили и высушили в деревне Они, а кости... обычно мы их закапывали как мусор. Аруна преподнесла их собаколюдам как нечто ценное, но по сути это были обычные отходы.
— Пожалуй, я не хочу... — сдалась Сенай.
— Да, мне тоже не надо, — добавила Айхан.
Девочки всегда просто выбрасывали кости после еды, так что их реакция была ожидаема. Впрочем, я и сам сомневался, стоит ли делать ожерелья из костей. Но собаколюды так ждали награды — не хотелось их разочаровать.
— Брось, Диас, — вмешалась Аруна. — Если вложишь душу в каждое ожерелье, всё будет хорошо. Собаколюдам не нужна награда, представляющая реальную ценность, им важно выражение твоих чувств. Это очевидно по их отношению к монетам. Так что удели время и силы каждому ожерелью. А если тебе покажется, что этого недостаточно, можешь вставить в каждое по маленькому драгоценному камню... У нас есть куча осколков самоцветов.
Аруна прочла мои мысли и развеяла сомнения. Она была права: если постараться и добавить самоцветы, ожерелья и правда выйдут славными. Правда, когда дело доходило до работы с мелкими предметами, их обработки и создания каких-то изделий, я был немного неуклюж... Ладно, скорее, слишком неуклюж… Но ради собаколюдов я выложусь на полную.
— Расслабься, Диас, — улыбнулась Аруна. — Я отлично управляюсь с рукоделием. Даже такому неумехе, как ты, объясню все тонкости. В два счёта станешь профи!
И снова она прочитала мои мысли и заговорила прежде, чем я успел открыть рот.
— Спасибо, Аруна. Рад, что ты мне поможешь. Но сейчас меня беспокоит кое-что другое. Неужели так легко понять, что у меня на уме? Я же не сказал ни слова, а ты всё поняла. Это как с Пейджином? Ты использовала свои навыки ведения переговоров, чтобы прочитать меня?
Аруна ответила лишь нежной улыбкой. Сенай и Айхан прикрыли рты, сдерживая хихиканье. Даже Аймер отвернулась от меня, её плечи тряслись, когда она пыталась сдержать смех.
«Ладно, ладно, понял. Действительно, я как открытая книга.»
И тут все наконец разразились смехом. Мне оставалось лишь стоять на месте и смириться с этим.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/136613/7194449
Готово:
