Готовый перевод Not Sick / Не Болен - Архив: Глава 20: Разрушенный, Часть 6

— Итак, Саске, надеюсь, ты простишь меня за мою самонадеянность, но, пожалуйста… — сказал Фугаку, таким довольным голосом, каким Саске его ещё никогда не слышал.

Он небрежно согнул руку, жестом приглашая сына вперёд. Патриарх Учиха не ухмылялся, но его губы больше не были опущены вниз.

— Покажи мне, на что ты способен.

Саске отстранённо смотрел на отца.

Он мог бы снова облить его Аматерасу. Он мог бы бросить его в Цукуёми, хотя его отец упрямо отказывался смотреть ему в глаза. Он мог бы сейчас же разделаться с Фугаку, а затем подождать, пока его мать выйдет из своего пространственного дзюцу, чтобы сделать то же самое с ней.

Но это, по всей вероятности, было бы бессмысленно. Что бы он ни сделал со своим отцом, Микото смогла бы отменить это своим Мангекьё. Тратить чакру так сейчас было бы плохой идеей; даже от того немногого, что он сделал, Саске уже чувствовал леденящую усталость в костях. Его глаза были недёшевы в использовании.

Ему всё равно нужно было, чтобы они оба сражались с ним одновременно для того, что он планировал. И поэтому…

Саске снова принял ту же стойку, что и Фугаку, бросив при этом свой меч Карин. Она поймала его с растерянным видом.

— Мне это не понадобится, — сказал он ей, и глаза Карин прояснились. Меч предназначался исключительно для убийства: теперь, против Фугаку, Саске он был практически бесполезен.

Было, конечно, и другое. Скрытое под логикой Саске, забравшее меч из его руки и помешавшее чёрному огню хлынуть на его отца. Это был его единственный шанс сразиться с этим человеком. Единственный раз, когда он мог.

Как он мог им не воспользоваться?

Губы Фугаку оттянулись назад, обнажив зубы.

Саске ухмыльнулся в ответ: два хищника оценивали друг друга.

Учиха бросился в атаку.

***

Тело Орочимару с глухим стуком ударилось о пол.

Итачи стоял над ним, глядя вниз с лёгким отвращением. Его Сусаноо сжался, выжженная оранжевая чакра исчезла, пока не остались лишь остатки его рёбер. Саннин не шевелился; слюна стекала с уголка его рта, а глаза оставались широко открытыми, ничего не видя.

Последние остатки стража исчезли, и Итачи вздохнул, одна рука рассеянно потянулась к его левому глазу. Он не болел. Он так привык к этому ужасно прекрасному разрывающему ощущению, которое Мангекьё пронзало его каждый раз, когда он его использовал, что его отсутствие было почти горьким.

Почти.

Он опустил руку, снова сосредоточившись на распростёртом теле на бетоне перед ним.

— Разочаровывающе, — пробормотал он. — Ты действительно жалок, Орочимару. — Один уголок его рта приподнялся. — В конце концов, ты был всего лишь шелухой. Отброшенная плоть и потраченная кровь, надеющиеся украсть нечто большее.

Итачи посмотрел вниз, его правый глаз начал вращаться всё быстрее и быстрее.

— Пора заканчивать, не так ли? — спросил он тело.

— Действительно, — ответило оно низким тоном.

Мангекьё Итачи расширился. Он отпрыгнул назад, Аматерасу набухало в его глазу.

Орочимару ударил, как гадюка, его рука метнулась вперёд и схватила руку Итачи. Он потянул, и чёрное пламя вырвалось у него из-за плеча, сжигая ещё больше бетона.

— Итачи, — сказал он как бы между прочим. Учиха развернулся, его Сусаноо снова поднялся, но было слишком поздно: Саннин уже был внутри его защиты, прижавшись к нему до дискомфорта близко.

Змей рванулся вперёд, поднимая колено. Итачи сбросил броню из чакры и отступил, блокируя колено Орочимару своим собственным. Его левая рука опустилась, пытаясь высвободить правую из железной хватки Орочимару.

Язык Орочимару метнулся вниз, обвившись вокруг руки Итачи и неудобно вывернув её за голову младшего мужчины. Кожа Учихи леденяще онемела там, где её коснулась слюна Саннина.

— Ты действительно верил, — сказал Орочимару сквозь свой язык, бесстрашно глядя в широко раскрытые глаза Итачи, — что тот же трюк сработает на мне дважды?

Он злобно вывернул руку, одновременно потянув Итачи в другую сторону. Правое запястье Итачи сломалось с приглушённым треском. Учиха хмыкнул, и Аматерасу снова появилось. Оно распространилось по лицу Орочимару, и бледный мужчина издал мучительный смех.

Спина Саннина с отвратительным хлюпаньем разорвалась, и он выпрямился из собственного тела, его кулак был отведён назад для удара с размаху.

Глаза Итачи метнулись к нему. Аматерасу не последовало.

— Цуку..!

— Высокомерие, — прорычал Орочимару. Его кулак ударил Итачи, как молния, и голова младшего мужчины откинулась назад, кровь потекла из носа. — Ты думал, я не подготовился? — потребовал Орочимару, снова ударив Итачи. Ещё больше крови полетело. — Ты думал, я пришёл сюда по прихоти?!

Он выпрыгнул из собственной спины, одна из его рук шарила позади него. Она нашла опору на пустой змеиной коже, в которой он когда-то обитал, которая всё ещё мёртвой хваткой держала сломанное запястье Итачи, и потянула.

Итачи с шипением отдёрнул руку, отказываясь быть увлечённым вместе с оболочкой, но Орочимару было всё равно. Он обрушил пустую кожу, как молот, отбросив Итачи в сторону. Учиха пошатнулся, и Саннин уронил кожу, сохраняя инерцию и прыгая в жестокий удар ногой с разворота.

Итачи увернулся, сокрушительный удар просвистел у него над головой. Он ударил своей целой рукой, целясь в бедро Орочимару, пытаясь вывести его из равновесия.

Змей свернулся в воздухе, перекрутившись. Другая нога описала дугу, отбив атаку Итачи, а затем его кулак метнулся вперёд, ударив Учиху в висок и отправив его вращаться.

— Ты действительно веришь, что настолько лучше меня? — прошипел Орочимару, приземляясь и шагая вперёд. Итачи пошатнулся назад, на мгновение ошеломлённый ударом, и Орочимару снова рванулся к нему.

На этот раз он не был достаточно быстр. Сусаноо снова поднялся, гораздо быстрее, чем раньше, и удары Саннина отскочили от его эфирных костей.

— Всё, что у тебя есть, — это твои глаза, Итачи, — с некоторой радостью сказал Орочимару. Он обошёл зловещую оранжевую броню, пока Итачи опускался на одно колено, придерживая запястье. Учиха был совершенно невозмутим, осматривая перелом с клинической отстранённостью, не сводя глаз со Змея за пределами Сусаноо.

Орочимару, конечно, знал, что делает. Запястье, а вместе с ним и рука, теперь были совершенно бесполезны.

— Они принадлежат тебе лишь до тех пор, пока ты можешь их удержать, — продолжил Орочимару.

Итачи посмотрел на него. Лицо бледного мужчины было слегка искажено сквозь чакру Сусаноо. Он ухмылялся, широкой, невозможной растянутой улыбкой, обнажавшей слишком много зубов.

— И я их получу.

— Ты действительно сумасшедший, не так ли? — спросил Итачи. Он встал, всё ещё находясь в безопасности внутри рёбер Сусаноо. Его правая рука безвольно свисала, но лицо было совершенно невозмутимым, хотя Шаринган и сверкал.

Орочимару не воспользовался возможностью атаковать. Вместо этого он просто склонил голову набок.

— Полагаю, с определённой точки зрения, да, ты мог бы меня так назвать, — хихикнул он. — Хотя это не имеет особого значения. Тебе ли обвинять в безумии, Итачи.

Итачи пожал плечами.

— Полагаю.

http://tl.rulate.ru/book/136355/6631185