Готовый перевод I Transmigrated into a 70s Novel as the Vicious Supporting Character! / Попала в книгу про семидесятые: Неужели я стала злодейкой?!: Глава 1

Будучи фуд- и хендмейд-блогером, Лин Чжи почти неделю не выходила из дома. И вот сегодня наконец-то выбралась подышать свежим воздухом.

Она отправилась в супермаркет и закупила кучу продуктов — всё для подготовки к следующему видео.

Нагруженная тяжёлыми сумками, Лин Чжи шла через жилой двор, собираясь немного передохнуть. Подняв голову, она вдруг заметила: с третьего этажа один из цветочных горшков угрожающе покачивался, а прямо под ним медленно шла пожилая женщина.

Не раздумывая, Лин Чжи рванула вперёд с сумками в руках и оттолкнула старушку.

Но она никак не ожидала, что окажется такой неудачницей: пакеты были слишком тяжёлыми, и, толкнув бабушку, она сама потеряла равновесие. В ту же секунду горшок, не промахнувшись, точно угодил ей по голове.

Острая боль пронзила череп, и среди нарастающих криков вокруг она постепенно погрузилась во тьму…

— У неё точно с головой беда. Поссорилась с кем-то — и в воду прыгнула!

— Ладно тебе, Мэйцзюань, не болтай лишнего. Ты ведь знаешь, какая у неё натура.

— Фу, и чего она такая гордая? Всё ещё воображает себя благородной барышней. На работе халтурит, а глазёнки только и строит парням.

…

Голова у Лин Чжи болезненно пульсировала. Она слышала непрекращающуюся болтовню — раздражающую, колючую. Ей так хотелось тишины…

Открыв глаза, она увидела двух незнакомых женщин.

«Наверное, это они меня спасли», — подумала она.

— Кх-кх… Спасибо вам, — прохрипела Лин Чжи, закашлявшись.

Услышав голос, к ней подбежала Хань Сюэ:

— Ты очнулась! Где-нибудь болит? Всё в порядке?

— Ну ничего себе… Лин-дасяоцзе и «спасибо» говорит! Настоящее чудо среди бела дня, — съязвила Мэйцзюань.

— Мэйцзюань, хватит, — строго сказала Хань Сюэ. — Лин Чжи, ты больше не смей прыгать в реку! Если бы не солдат из соседней деревни, приехавший в гости к родственникам, тебя бы уже…

Лин Чжи всё это слушала в полном оцепенении.

«Я же вроде спасала бабушку и меня горшком по голове... Причём тут река?»

— Простите… А где я? Я ведь… разве не от удара горшком потеряла сознание?..

Усмешка прозвучала как выстрел:

— Ха! И не стыдно притворяться? Мы в твоих спектаклях не участвуем. Хань Сюэ, пошли уже — нам на смену. Не всем, как ей, повезло — лежать себе, болеть…

С этими словами она потащила подругу за собой прочь.

— Эй! Вы… кх-кх… не уходите! Где я вообще?

Лин Чжи почувствовала, что что-то серьёзно не так.

Схватившись за голову, она резко села — и тут же снова покачнулась, рухнув на кровать.

В её голове, как кинохроника, пронеслись чужие воспоминания. Боль была такая, будто мозг вот-вот взорвётся. Она зажмурилась, сжалась, пытаясь переждать…

— Уф… да что ж мне так не везёт…

Когда она вновь открыла глаза, всё стало ясно.

Она попала в тело девушки - из 70-х годов.

Эта девушка тоже звалась Лин Чжи. В прошлом году она уехала в деревню. Изначально ей не нужно было туда ехать — но она отказалась от хорошей работы, которую устроил ей отец, только ради того, чтобы последовать за возлюбленным детства.

Звали его Чжан Цзядун, и они жили в одном дворе. Их родители работали на текстильной фабрике: отец Чжана был начальником производственного отдела, мать — бухгалтером.

Отец Лин Чжи был замначальника по хозяйственной части. Её мама умерла от болезни, когда Лин Чжи было всего семь.

Прошло чуть больше полугода, и отец снова женился. Мачеха была временной рабочей на той же фабрике, вдова с дочерью по имени Чжоу Жуя, старше Лин Чжи на год.

Когда Лин Чжи была маленькой, она была пухленькой, беленькой, весёлой, а её мама всегда красиво её одевала. Все — и дети, и взрослые — в их дворе её обожали.

Но с тех пор как умерла мама и появилась мачеха, характер Лин Чжи сильно изменился. Она больше не была той солнечной и открытой девочкой.

Она постоянно ссорилась с мачехой, придиралась к Чжоу Жуя. Сначала отец пытался её утешать, разговаривал по душам. Но после рождения сына терпения у него не осталось — Лин Чжи становилась всё более неуправляемой.

А Чжоу Жуя выглядела скромной и послушной. Люди во дворе часто видели, как Лин Чжи её обижает, но Жуя никогда не жаловалась, только мягко улыбалась:

— Она же младшая, не со зла…

Так со временем все во дворе стали любить Чжоу Жуя, а Лин Чжи — наоборот, начали недолюбливать.

— Хорошая была девочка, — говорили, — а что с ней стало?

Мачеха, мол, относилась к ней лучше, чем к родной дочери. Ни к чему не принуждала, всё поручала Жуя. А та, мол, всё недовольна.

…

— Подождите… — нахмурилась Лин Чжи. — Почему всё это такое знакомое? Чжоу Жуя… Чжан Цзядун… текстильная фабрика…

Это же… книга!

Лин Чжи наконец вспомнила. Это была та самая книга, которую порекомендовала ей подруга — просто потому что у злодейки было такое же имя.

Роман назывался «Счастливая жизнь Жуя».

Лин Чжи тогда чуть с ума не сошла от злости. Та Лин Чжи из книги была настоящей дурой — всё ради мужчины, жизнь в клочья, унижение за унижением.

— Мрак, — думала она тогда. — Загубила хорошее имя.

И ещё тогда она злилась:
«Если бы я была на её месте — никогда бы не допустила такой жалкой жизни!»

Но это ведь были просто мысли… Просто желание выразить недовольство. Она и представить не могла, что в итоге сама окажется в этой истории.

И не героиней — а той самой злодейкой.

Получится ли вернуться назад — неизвестно. Но раз уж попала — надо жить. Она всегда была довольно спокойной, даже по-философски воспринимала судьбу.

Возможно, сказалась привычка: её с детства воспитывала бабушка. Отец был вечно занят, а мама умерла рано. Бабушка вытянула всё на себе. А в прошлом году и она умерла.

Больше у Лин Чжи не было близких. Потому, хоть она и переживала, но быстро взяла себя в руки. Жить-то всё равно нужно. Сейчас — 1973 год. Если подождать ещё четыре года, восстановят вступительные экзамены.

В прошлом она хоть и не поступила в топовый вуз, но баллов набрала на 20–30 выше проходного. Так что, если теперь приложить усилия — поступить вполне реально.

А там — закрепиться в университете, стать преподавателем…

Жизнь будет не то чтобы сладкой, но вполне сносной.

С этими мыслями Лин Чжи усмехнулась. Голова по-прежнему тянула болью, но она понемногу приходила в себя.

Однако пока она всё ещё толком не понимала, что происходит.

В прошлом году Лин Чжи, главная героиня Чжоу Жуя и Чжан Цзядун окончили школу.

Они решили откликнуться на призыв государства и поехать в деревню — служить народу.

Отец Лин Чжи с мачехой решили отправить в деревню падчерицу.

Узнав об этом, Лин Чжи устроила грандиозный скандал:

— Ты просто стал отчимом! С тех пор как женился, только и думаешь о своей новой доченьке! Почему Жуя может поехать в деревню, а я нет?!

Отец едва не схватил удар:

— Думаешь, в деревне мёдом намазано?! Ты же даже ведро не поднимешь, характер у тебя ужасный. Там нужно работать, зарабатывать трудовые баллы. Не дом тебе — никто не станет тебя баловать.

Но Лин Чжи не слушала.

Она знала: Чжан Цзядун всегда был неравнодушен к Чжоу Жуя. Если их отправят вместе — ей конец.

Несколько дней назад она случайно подслушала разговор Жуя с матерью:

— Мам, скажи папе, пусть меня тоже отправит в деревню. Я не боюсь трудностей… и потом… он ведь тоже поедет, я…

— Ох ты моя, — Ван Фан (мачеха) с хитринкой смотрела на покрасневшую дочку. — Я всё поняла. Цзядун — хороший мальчик. Если вы будете вместе, мне будет спокойнее.

Но вы там осторожней… всё-таки ты девушка, нужно знать границы…

Услышав это, Лин Чжи сощурилась:

«Хитрая лиса! Ни за что не допущу, чтобы ты поехала в деревню с братом Цзядуном!»

http://tl.rulate.ru/book/136187/6455728