Ночь сгустилась, густые тучи закрыли луну, погрузив мир в полумрак.
Вокруг поместья Реддлов тайно расставили множество защитных заклинаний. С виду ничего не изменилось, но любой, кто приблизится, наткнётся на серьёзные неприятности. К счастью, маглы сюда больше не суются, а волшебникам навряд ли придёт в голову здесь появиться.
Сейчас на верхнем этаже полуразвалившегося особняка Реддлов, в кабинете, атмосфера была такой гнетущей, что становилось не по себе. У длинного стола стояли друг напротив друга Мака и Люциус Малфой. Напряжение нарастало. Другие Пожиратели Смерти пристально следили за ними, переводя взгляды с одного на другого.
Тело Люциуса Малфоя содрогалось. Заклятие Круциатус – одно из непростительных. Это тёмная магия, мучающая одновременно тело и душу. Она вызывает невыносимую физическую боль, а ещё заставляет душу содрогаться от магических колебаний, причиняя душевные страдания. Если заклятие длится слишком долго, душа может разорваться на части. Родители Невилла Долгопупса, находящиеся в больнице святого Мунго, – печальный пример.
Многие из присутствующих любили это злое заклятие. Оно годилось не только для пыток, но и позволяло насладиться мучениями жертвы. Особенно Беллатриса, с её садистскими наклонностями, обожала использовать Круциатус.
Однако никто из присутствующих, даже Волан-де-Морт, никогда не видел, как человек мучается под Круциатусом дольше тридцати секунд. Не потому, что они сами не могли так долго применять заклятие, а потому, что ни одна жертва не выдерживала.
- Так долго продержаться и не съехать с катушек.
- Люциус, пожалуйста! - спокойно произнес Мака, видя его тревогу.
Маке было все равно на пыточное заклинание. Он никогда не пытался продержаться под вечной болью – честно говоря, кто бы стал пробовать?
Но теперь, когда он понимал принцип, у него появилась некоторая уверенность.
Люциус обернулся, взглянул в сторону своего хозяина и увидел, как Волан-де-Морт бросает на него взгляд: "Быстрее действуй". Он тяжело сглотнул и дрожащей рукой направил палочку на Маку.
Дрожащий кончик палочки выдавал его панику.
Люциус Малфой, нынешний глава семьи Малфоев и отец Драко Малфоя.
По правде говоря, ему не очень хотелось стоять на стороне Волан-де-Морта, особенно после того, как тот однажды уже потерпел поражение.
Но, последовав за Волан-де-Мортом и вступив в ряды Пожирателей смерти, он уже не мог остановиться.
Как сторонник теории чистой крови и глава чистокровной семьи, он всего лишь хотел сохранить статус и интересы своей семьи. Он не был хорошим человеком, но с такими Пожирателями смерти, как Беллатрикс, ему было
Однако решимость совершать зло у него, казалось, отсутствовала.
Проще говоря, ему просто не хватало храбрости и безумия, исходящего из самого сердца.
И это было истинное отражение большинства Пожирателей смерти.
- Пронзающая боль и режущие кости!
Стоявший Мака внезапно вздрогнул, и изнутри наружу разлилась неописуемая боль, словно каждый дюйм кожи, каждый кусочек плоти и каждая кость были расцарапаны иглой или ножом, отчего он невольно
простонал.
Но Люциус тоже дрожал.
Использование трех непростительных заклятий на других, независимо от причины, приведет в Азкабан! Он не мог представить, какими средствами ему придется воспользоваться для побега из тюрьмы, если Волан-де-Морт снова потерпит поражение.
Более десяти лет назад он свалил всю вину на "контроль заклятия Империус", по крайней мере, так считали некоторые осведомленные люди. Но лишь он сам знал, что для того, чтобы это оправдание стало более убедительным, ему пришлось потратить немало галлеонов и даже дать несколько чрезвычайно ценных обещаний.
А что сейчас? А что будет в следующий раз?
Те "старые коллеги", что теперь томились в Азкабане, на собственном примере доказали ему: людям не всегда сопутствует удача. Но хотя Люциус и был напуган, он не смел ослушаться ни единого приказа Волан-де-Морта. Круциатус обрушился на Маку, но и Люциус ощущал невыносимую панику и боль.
- Хм? - среди бесконечной боли Мака заметил что-то странное – по мере того, как его душа продолжала вибрировать, он, казалось, почувствовал некое переживание, называемое "гневом".
Нет, это был не просто гнев, другие эмоции и чувства тоже проступали, будто некая печать вот-вот будет сорвана, а они вернутся в его сердце... Но лишь чуть-чуть! И вместе с индукцией эмоций Мака обнаружил, что, кажется, снова может "увидеть" магическую силу в своем теле!
Хотя зрелище оставалось очень неясным, а эмоции то появлялись, то исчезали, это открытие, несмотря на боль, заставило его почувствовать исключительное везение. Однако, хотя душа продолжала вибрировать, по какой-то причине чего-то постоянно не хватало.
Мака стиснул зубы, широко раскрыл глаза и безмолвно терпел боль и телесную, и духовную. Но под этим страданием, способным сломить других, он ощущал лишь сожаление, что Круциатус недостаточно эффективен. Дело не в том, что он от природы был выносливее других, а в том, что в прошлом ему приходилось десятки, а то и сотни раз вырывать собственную душу и исследовать ее, дабы понять природу утраченных чувств.
Надо сказать, при условии обеспечения безопасности, Мака был действительно жесток к самому себе.
Время шло секунда за секундой, но Мака крепко стоял на ногах. Хотя лоб его покрывала испарина от боли, он не демонстрировал чрезмерных мучений.
В тот миг, когда Люциус опустил палочку, в глазах Маки даже мелькнула тень сожаления.
- Очень хорошо, очень хорошо… – захлопал в ладоши Волан-де-Морт. – Признаю, ты заслуживаешь особого отношения с моей стороны. Минута под действием Круциатуса – это новый рекорд, который еще никто не достигал!
Мака вытер пот со лба и мягко выдохнул.
- Тогда позвольте вас поблагодарить за особое отношение, – спокойно произнес он. – Думаю, редко кого удостаивается похвалы Темного Лорда. Это определенно стоит включить в мою будущую автобиографию.
- Тогда, пожалуй, поговорим о дальнейшем сотрудничестве…
Волан-де-Морт пристально посмотрел на Маку, а затем жестом предложил ему вернуться на место. На Люциуса Темный Лорд больше не обращал внимания. Спустя пару мгновений, Люциус, немного растерянный, лишь с поникшей головой побрел к своему месту.
…
Несколько дней спустя, кабинет директора школы Дурмстранг.
- Маклин, где вы пропадали все эти дни? – странно спросил Каркаров.
Честно говоря, если бы Мака продолжал исчезать, Каркарову было бы только лучше! Но теперь, когда Мака внезапно вернулся, столкнувшись с вопросами нескольких учителей, как директор, он должен был сделать вид, что задает вопросы.
Однако Мака лишь скользнул по нему взглядом и задумчиво спросил:
- Вы правда хотите знать?
Само собой, этот парень наверняка ходил либо к Дамблдору, либо к Волан-де-Морту. К кому бы он ни ходил, Каркаров абсолютно не хотел ничего об этом слышать!
- Ну… Я просто спрашиваю для порядка, вот и всё! – неловко улыбнулся он.
- Раз уж вы здесь, я должен кое-что вам напомнить… До начала Турнира Трёх Волшебников постарайтесь не пропадать, иначе, возможно, я не смогу присмотреть за вами, – напомнил Мака.
- Вы меня понимаете?
– Ты хочешь сказать… «тот человек» меня заметил? – Каркаров вдруг задрожал всем телом, казалось, сбылось то, чего он боялся больше всего.
Но Мака покачала головой.
– Пока нет, но… кто знает? – Мака пожала плечами. – Осторожность никогда не помешает, верно?
– Ты прав, – согласился Каркаров. Он на мгновение задумался, потом продолжил: – Кстати, что именно ты хочешь получить, создав этот дуэльный клуб? Там целый день такой шум стоит, учителя уже шепчутся. Не мог бы ты хоть немного успокоиться?
– Сейчас Волан-де-Морт пристально следит за всем, что происходит в мире. Мне нужно, чтобы он постоянно видел меня, понимаешь? – безразлично ответила Мака. – К тому же, делая это, я помогаю и тебе отвлечь внимание. Что тебя ещё не устраивает?
– Но хотя бы ты… ладно, мне всё равно, делай что хочешь! – Каркаров махнул рукой, не желая больше говорить.
Вероятно, потому что он уже всё подробно изложил раньше, Волан-де-Морт не беспокоил Маку в последующие дни. Благодаря этому Мака жила в Дурмстранге вполне комфортно.
Здесь не было ничего, что могло бы отвлечь, и это позволяло возобновить некоторые магические исследования.
Конечно, время от времени Мака устраивал большие, известные на весь мир происшествия, и даже студенты и преподаватели Дурмстранга к этому в основном привыкли.
Прошёл месяц.
Хогвартс, Дурмстранг и Шармбатон – три крупнейшие магические школы Европы. Студенты и преподаватели с нетерпением ждали, надеясь увидеть ещё более захватывающие соревнования. Некоторые даже мечтали принять в них участие и завоевать чемпионский титул для своей школы.
Всего обсуждали – кто станет чемпионом от их школы? Какие испытания будут на конкурсе? Как будут выглядеть студенты из двух других школ?
Это грандиозное событие, которое устраивают вместе три школы. Спустя много лет его снова проводят! Что может быть интереснее?
Пока все ждут с нетерпением, Турнир Трёх Волшебников вот-вот начнется в Хогвартсе.
http://tl.rulate.ru/book/135700/6471897
Готово:
