Чжао Юаньсян и госпожа Лю проговорили в комнате наедине около получаса. О чем шла речь, знала лишь Ду Жо, стоявшая на страже. Известно было только, что госпожа Лю покинула павильон Лунной Песни с сияющей улыбкой, выглядя чрезвычайно довольной.
До кануна Нового года оставалось всего три дня. Вся резиденция Чжао преобразилась: повсюду развесили праздничные красные фонари, на воротах каждого двора красовались изящные весенние куплеты. Слуги щеголяли в новой одежде, их лица светились радостью, создавая атмосферу всеобщего ликования.
После полудня заглянула Е И. Она с азартом и в мельчайших подробностях расписала Чжао Юаньсян сцену расправы над похитителями, а затем поделилась важной новостью: великий наставник Юйвэнь, прознав об их поисках пристанища для нищих, великодушно предоставил свою загородную виллу в южном предместье и вдобавок пожертвовал целых пятьсот лянов серебра.
- Великий наставник - поистине благороднейший человек, истинный наставник государства! - восторженно воскликнула Е И, ее глаза горели. - Неудивительно, что он воспитал таких замечательных внуков! Юаньсян, ведь правда?
Уголки губ Чжао Юаньсян тронула едва заметная, чуть горькая улыбка. Она спокойно проговорила:
- Госпожа Е, не забывай, что именно этот "благороднейший" великий наставник вместе с нынешним императором участвовал в кровавом дворцовом перевороте. Хотя тебе тогда был всего год от роду, это неоспоримый факт. Поэтому он никогда не сможет считаться по-настоящему хорошим человеком.
Е И изумленно округлила глаза и торопливо зашептала:
- Юаньсян, молю тебя, никому больше такого не говори! Будь осторожна! Если кто-нибудь донесет императору, за такие слова можно и головы лишиться!
Чжао Юаньсян с легкой улыбкой покачала головой:
- Если бы на твоем месте был кто-то другой, я бы и рта не раскрыла. Я говорю это лишь потому, что считаю тебя подругой и хочу предостеречь: не стоит судить о людях так поверхностно и наивно.
К этому великому наставнику, да и ко всей семье Юйвэнь, лучше держаться подальше…
Последнюю фразу Чжао Юаньсян все же оставила при себе. Е И была так очарована Юйвэнь Е, что все равно не прислушалась бы.
Услышав искренние слова Чжао Юаньсян, Е И с благодарностью кивнула, но сколько из сказанного она действительно приняла близко к сердцу, знала лишь она сама.
Следующий день ознаменовал начало новогодних каникул, когда двор прекращал свою работу. Чжао Чэну не нужно было спешить на утренний прием. Рано утром, когда Чжао Юаньсян пришла в покои Взращивания Души, чтобы засвидетельствовать свое почтение, она застала Чжао Чэна, бережно поддерживающего старую госпожу, которая медленно прохаживалась по главному залу.
Ноги старой госпожи все еще слушались с трудом, но сама возможность встать с постели до наступления Нового года уже была для нее огромной радостью.
Заметив Чжао Юаньсян, старая госпожа жестом велела Чжао Чэну помочь ей сесть, а затем тепло поманила внучку к себе:
- Из всех детей ты всегда приходишь самой первой. Подойди же, садись рядом.
Чжао Юаньсян с улыбкой поклонилась Чжао Чэну и лишь затем присела рядом со старой госпожой, нежно взяв ее под руку и начиная беседу.
Вскоре почти одновременно появились Чжао Сюаньюй, наложница Лю и Чжао Вэньцзюнь. За ними последовали наложница Бай и Чжао Ихуань. Вскоре подоспела и Чжао Юэжун. И лишь спустя значительное время, с нарочитой медлительностью, явилась Чжао Яньжань.
Она ступала с видом невинной жертвы, лицо ее выражало глубокую скорбь. Кланяясь при входе, она двигалась так вяло и бессильно, будто страдала от тяжелой болезни.
Чжао Юаньсян была частой гостьей в покоях Взращивания Души, и старая госпожа привыкла к ее бьющей ключом энергии. На контрасте с ней унылый вид Чжао Яньжань вызвал у старухи еще большее раздражение.
Если мгновение назад она весело болтала с собравшимися, то с появлением Чжао Яньжань ее лицо мгновенно окаменело. Она ледяным тоном произнесла:
- Скоро Новый год, а ты посмотри на себя! Целыми днями рыдаешь и хнычешь, на кого ты похожа! Твоя мать получила по заслугам, ее изгнание справедливо. Если будешь продолжать в том же духе, можешь больше не утруждать себя визитами, чтобы не портить мне настроение и не навлекать несчастье!
Старая госпожа все еще не знала о скандале в обители Путо и полагала, что Чжао Яньжань убивается из-за изгнания госпожи Хэ, намеренно демонстрируя свое горе ей и Чжао Чэну.
Лицо Чжао Яньжань стало белым как полотно. Еще недавно она была драгоценной жемчужиной этой семьи, обожаемой и балуемой, а теперь превратилась в нечто ненужное, выброшенное, как старый башмак.
http://tl.rulate.ru/book/135144/6304897
Готово:
