После столь недвусмысленного напоминания министр Лю, естественно, больше не смел мешкать.
Он с глухим стуком рухнул на колени и громко доложил:
- Ваше Величество, едва придя в себя, младшая наложница Ань сообщила мне, что виновница ее падения в воду и едва не свершившейся гибели - это…
Несмотря на пронизывающий холод зимнего дня, по виску министра Лю скатилась крупная капля ледяного пота.
Он зажмурился и, стиснув зубы, выпалил:
- Это Ее Величество супруга Цзинь!
При этих словах весь зал замер в потрясении. Многие из присутствующих, подобно самой супруге Цзинь, предполагали, что это какая-то уловка, но теперь все поняли - их догадки были ошибочны.
Ноги супруги Цзинь подогнулись, и она тяжело опустилась на свое сиденье.
Не может быть! Этого просто не может быть!
Неужели она ошиблась в своих расчетах, и эта ничтожная младшая наложница Ань действительно чудом избежала смерти и очнулась?!
Иначе даже под страхом самой мучительной казни министр Лю ни за что не осмелился бы так уверенно назвать ее убийцей!
Младшая наложница Ань не умерла! Она действительно жива!
Супруга Цзинь почувствовала, как ее руки и ноги мгновенно стали ледяными, а внутри словно вонзили раскаленный нож, безжалостно кромсающий ее плоть!
Она ведь сама, опасаясь, что слуги не справятся, лично проследила за исполнением! Своими глазами видела, как младшая наложница Ань перестала дышать, и даже придворный лекарь подтвердил ее смерть, не обнаружив пульса!
В тот момент у младшей наложницы Ань совершенно точно не было пульса, так как же… как, черт возьми, она могла ожить?!
Великий наставник Хэ Юнь посмотрел на искаженное ужасом и растерянностью лицо супруги Цзинь и, поразмыслив лишь мгновение, мгновенно сложил все части головоломки.
У супруги Цзинь не было абсолютно никаких причин враждовать с Чжао Юаньсян. Зачем ей было без всякого повода пытаться подставить ее? Единственное логичное объяснение - госпожа Хэ втянула ее в свои интриги и попросила о помощи!
Хэ Юнь не был посвящен в детали происходящего в резиденции канцлера. Однако слухи о позорном скандале, связанном с Чжао Яньжань, разнеслись по всей столице, и ему не составило большого труда понять истинную подоплеку событий.
Он нахмурился, метнул испепеляющий взгляд на свою старшую дочь, госпожу Хэ, затем поспешно поднялся со своего места и, почтительно сложив руки, обратился к императору:
- Ваше Величество, помилуйте, но зачем Ее Величеству супруге Цзинь было покушаться на жизнь какой-то безродной младшей наложницы? Должно быть, бедняжка только что едва не утонула, и разум ее помутился от пережитого шока! Возможно… возможно, Ее Величество супруга Цзинь когда-то ненароком обидела эту младшую наложницу Ань, и та теперь, воспользовавшись случаем, из мести клевещет на нее!
Он явно пытался замять скандал, свести все к банальной ссоре между двумя женщинами в гареме. Позже он, разумеется, нашел бы способ заставить младшую наложницу Ань изменить свои показания и признаться, что она оговорила супругу Цзинь из чувства мести.
В конце концов, в императорском гареме постоянно кипели страсти, вспыхивали мелкие и крупные ссоры, и найти подходящий предлог, объясняющий клевету младшей наложницы Ань, было проще простого.
Положение Хэ Юня при дворе было вторым по влиянию после великого наставника Юйвэнь Жуна. После его авторитетного заявления никто из присутствующих не осмелился возразить. Некоторые даже подумали про себя, что раз уж сам великий наставник Хэ вмешался, то дело, скорее всего, закончится пшиком - поднимут много шума, а потом тихо спустят на тормозах.
Но нашелся один человек, который после слов Хэ Юня лениво протянул:
- Великий наставник Хэ, позволю себе не согласиться с вами. Если младшая наложница Ань действительно намеренно клевещет на Ее Величество супругу Цзинь, то почему же тогда в ее руке оказался зажат клочок ткани с платья второй госпожи Чжао?
На самом деле этот вопрос вертелся на языке у всех присутствующих, но осмелился задать его вслух лишь тот, чей статус был окутан тайной и чье влияние простиралось далеко за пределы двора, - загадочный глава павильона Цинъюнь, господин Ли Шэнь.
Он не боялся никого при дворе, даже сам император относился к нему с подчеркнутым уважением.
Вот только этот Ли Шэнь с самого момента своего прибытия в столицу вел себя именно так, как и заявлял - словно приехал просто развеяться и отдохнуть душой. С чего бы ему вдруг вмешиваться в это запутанное дело?
Тут многие вспомнили, что, по слухам, когда он присутствовал на приветственном пиру в честь возвращения второй госпожи Чжао, он даже преподнес ей в подарок драгоценную нефритовую подвеску…
Неужели этот таинственный Ли Шэнь действительно положил глаз на вторую госпожу из резиденции канцлера?
http://tl.rulate.ru/book/135144/6304702
Готово:
