Готовый перевод The Longevity System: I will outlive them all / Система Долголетия: Я переживу всех: Глава 236. Встреча без слов

В ответ на слова Чэнь Чаншэна Божественный Зверь Бай Цзэ закатил глаза.

— И это не считается выдающимся? А что тогда считается? Ты же не скажешь мне, что Малыш Тринадцатый сможет написать что-то лучшее. Если бы речь шла о драке, я бы еще промолчал, но в писанине этот Малыш Тринадцатый полный профан. Я видел, как он пишет, – хуже, чем я когтями царапаю.

Услышав это, Чэнь Чаншэн лишь мягко улыбнулся.

— Иероглифы – это лишь носитель мысли. Учатся читать и писать для того, чтобы лучше понимать законы мира, но не только через чтение можно постичь истину. Истина существует сама по себе, книги лишь помогают людям лучше ее понять.

От этих заумных рассуждений Чэнь Чаншэна у Бай Цзэ голова пошла кругом.

— Не говори мне всего этого, у меня от таких разговоров голова болит. Такие истины тебе нужно рассказывать тому книжному червю Налань Синде, а не мне. Вместо того чтобы тратить время на философствования со мной, лучше бы подумал, как помочь Малышу Тринадцатому попасть на Великое Собрание Буддийской Судьбы. Я не думаю, что Малыш Тринадцатый сможет пробиться таким способом. Не знаю, о чем ты думаешь, но заставлять Малыша Тринадцатого в одиночку справляться с таким делом – это просто издевательство!

Сказав это, Бай Цзэ опустил голову. Чэнь Чаншэн взглянул на ворчуна, усмехнулся и ничего не ответил. Этот зверь наверняка опять злится, что он стоит в стороне и ничего не делает. Но ничего, факты все докажут.

________________________________________

Внешняя часть Великого Собрания Буддийской Судьбы.

Глядя на гатху на стене, Чэнь Тринадцатый нахмурился. То, что написал Тянь Сюань, он в общих чертах понял, но что такое «буддийская природа», он не понимал! Закону Будды его никто никогда не учил. Максимум – он слышал пару фраз, когда Тянь Сюань разговаривал с Линлун. Каждое их слово он понимал, но когда они складывались вместе, смысл ускользал. Если он не понимает Закон Будды, как он сможет написать стихотворение с буддийской природой?

От этих мыслей Чэнь Тринадцатый в отчаянии принялся чесать голову. После долгих мучительных раздумий он достал несколько книг и принялся их читать. Странное поведение Чэнь Тринадцатого, естественно, привлекло любопытство окружающих. Однако, когда люди увидели названия книг в его руках, у всех задергались уголки губ. Книга, которую читал Чэнь Тринадцатый, называлась «Основы стихосложения».

Все: …

Читать такое в такой момент, тебе не кажется, что уже поздновато?

________________________________________

Внутренняя часть Великого Собрания Буддийской Судьбы.

По мере продвижения вглубь Буддийского Королевства количество людей вокруг начало заметно уменьшаться. Вскоре Тянь Сюань оказался в одном из дворов. Вокруг двора стояло несколько могучих древних деревьев, под которыми были расставлены столы. Большинство столов уже были заняты, и среди сидевших было немало знакомых Тянь Сюаня: Цан Хун из Пещерных Небес Хуаян, Мэн Юй из Пещерных Небес Кунмин, Линлун из Монастыря Облачной Горы, Цянь Бао’эр из Торговой Гильдии Ваньтун…

— Хе-хе! Одной гатхой потрясти все Буддийское Королевство! Глубина познаний Закона Будды у молодого господина Тянь Сюаня поистине восхищает! – Мэн Юй улыбнулась и произнесла несколько дежурных комплиментов, увидев Тянь Сюаня. – Однако, молодой господин Тянь Сюань пришел один?

Хоть слова и казались сказанными невзначай, Тянь Сюань уловил скрытый смысл: «Почему Чэнь Тринадцатый не пришел? Ты вошел, а что же Чэнь Тринадцатый?»

Поняв ее намек, Тянь Сюань улыбнулся:

— У меня действительно есть хороший друг, но ему придется немного подождать, прежде чем войти.

Услышав это, у Мэн Юй дернулся уголок рта.

— Твой друг справится?

— Не знаю.

Сказав это, Тянь Сюань нашел свободное место и сел. За все это время Тянь Сюань лишь коротко переговорил с Мэн Юй. Он не подошел ни к Цянь Бао’эр, ни к Линлун. Связь с Линлун была разорвана, и дальнейшее общение лишь принесло бы лишние переживания. Что до Цянь Бао’эр… их пути разошлись. То, что Бао’эр сошла с пути на полдороге, было вполне логично и объяснимо. Ни он, ни Тринадцатый ее не винили. Но она сама не могла себя простить. Если бы он сейчас подошел заговорить с ней, это было бы все равно что сыпать соль на рану.

В такой странной атмосфере Великое Собрание Буддийской Судьбы стало еще тише.

________________________________________

Внешняя часть Великого Собрания Буддийской Судьбы.

После тщательного изучения Чэнь Тринадцатый отложил книгу. Наставник говорил, что у стихов должен быть определенный формат. В этом он не очень разбирался, и если не выяснить все как следует, можно легко опозориться. Закончив с подготовкой, Чэнь Тринадцатый снова поднял голову и посмотрел на гатху на стене. Почему-то ему казалось, что то, что написал Тянь Сюань, неправильно. В его понимании Будда не должен быть таким.

Подумав еще немного, Чэнь Тринадцатый наконец медленно поднял правую руку. Он не понимал Закон Будды, и уж тем более не понимал, что такое буддийская природа. Поэтому он мог написать лишь то, что считал «правильным». А есть ли в этом буддийская природа и сможет ли он с этим попасть на Великое Собрание Буддийской Судьбы, Чэнь Тринадцатый не знал.

«Бодхи изначально не древо, ясное зеркало – не подставка».

Две строки, написанные кое-как различимыми иероглифами, появились на стене. Увидев, что этот «деревенщина» тоже пытается писать гатхи, некоторые не удержались от комментариев:

— Откуда взялся этот мужлан? Разве можно так небрежно писать гатхи? К тому же, он слишком уж пытается подражать, неужели думает, что это сработает?

Не обращая внимания на пересуды, Чэнь Тринадцатый сосредоточенно выводил свои строки. Что поделать, он знал слишком мало иероглифов. Если не писать старательно, легко можно наделать ошибок.

— Да ладно, пусть его. Гатха, написанная тем гением ранее, была полна буддийской природы. То, что пишет этот парень, скоро сотрется. Этот малец, наверное, из какой-нибудь глуши. Пусть увидит разницу в этом мире, тоже неплохо.

Услышав эти разговоры, некоторые совершенствующиеся тоже затихли в ожидании. Некоторые из них уже приготовились в роли старших утешить этого «теля, не боящегося тигра».

Первые две строки были написаны. Ужасный почерк разительно контрастировал с изящной каллиграфией Тянь Сюаня. Затем Чэнь Тринадцатый принялся писать следующие две строки.

«Изначально нет ни одной вещи, где же пыли осесть?»

Как только был сделан последний штрих, все Буддийское Королевство содрогнулось. Бесчисленные Будды появились из ниоткуда, и таинственные санскритские песнопения наполнили сердца людей просветлением. Призрачный образ Древа Бодхи возник прямо за спиной Чэнь Тринадцатого.

Все: …

Так играть неинтересно! Мы-то думали, что все здесь одинаково бездарны. А ты вдруг оказался таким выдающимся! Нам очень трудно это принять!

________________________________________

Под Древом Бодхи.

Грохот!

Древо Бодхи задрожало, но, скованное копьем, не могло ничего сделать. Этот шум разбудил спящего Божественного Зверя Бай Цзэ.

— Что случилось? Что произошло?

Однако, когда Бай Цзэ пришел в себя, он совершенно потерял дар речи.

— Ты его научил?

— Нет.

— Тогда как он смог?! Как он смог написать такое?!

Бай Цзэ возбужденно прыгал на месте. Он просто не мог смириться с тем, что Малыш Тринадцатый смог написать нечто, что поразило даже его. Кстати говоря, почерк был действительно ужасен. Даже он задней лапой написал бы лучше.

http://tl.rulate.ru/book/134702/6520406