Какая грубость, какое насилие!
Чинь Цинцзинь знал, что Посэйси трудно двигаться, и помог ей взять целого мягкокостного кролика, протянув его со словами:
– Ешь!
Посэйси посмотрела на целого кролика и смущенно сказала:
– Грызть такого большого, держа в руках, кажется мне слишком грубым. Ты можешь просто оторвать мне маленькую кроличью ножку.
– Слишком грубо? – пробормотал Чинь Цинцзинь, затем оторвал маленькую кроличью ножку и протянул Посэйси.
Посэйси не стала, как Биби Дун, брать ножку двумя руками и жадно грызть. Она вытянула два тонких пальца, аккуратно взяла ножку, а затем изящно поднесла её ко рту.
Потом её соблазнительные красные губы слегка приоткрылись, и маленький язычок нежно лизнул кроличью ножку…
Мм?
В то же мгновение глубокие глаза Посэйси расширились, пальцы крепко сжали ножку, красные губы широко раскрылись, и она откусила большой кусок.
[Бум!]
Невероятный вкус моментально наполнил весь рот. Посэйси быстро жевала, прожевала несколько раз и сразу проглотила.
Потом она крепко держала ножку в одной руке, а ртом быстро откусывала и ела.
Менее чем за двадцать секунд вся ножка была съедена Посэйси.
Выбросив кость, Посэйси с неохотой перевела взгляд на кусок кролика в руке Чинь Цинцзиня.
Чинь Цинцзинь почувствовал её взгляд, повернулся и увидел, что Посэйси соблазнительно облизывает уголки губ, по краям красных губ были жирные пятна, а тёмно-синие глаза прямо смотрели на ножку в его руке.
Увидев это, Чинь Цинцзинь сразу понял, что Посэйси распробовала вкус и сейчас не насытилась, положив глаз на его порцию.
Однако, Чинь Цинцзинь вспомнил её прежнее изящное поведение и решил немного подразнить.
Поэтому он откусил большой кусок кролика, при этом чавкая, и продолжал говорить:
– Вкусно, правда очень вкусно… чавк… чавк… очень вкусно…
Посэйси смотрела, как Чинь Цинцзинь ест с таким удовольствием, и глаза её разгорелись ещё сильнее.
К тому же, она всю прошлую ночь устала и проголодалась. Такой вкусной еды она съела совсем чуть-чуть, и теперь ей хотелось ещё больше. Во рту обильно выделялась слюна, и она постоянно сглатывала.
– Эх… как же это чертовски вкусно…
Чинь Цинцзинь покосился на Посэйси, продолжая есть сам.
Посэйси смотрела на Чинь Цинцзиня, который ел с наслаждением, и на Биби Дун, А Инь, Лю Эрлун, Тан Юэхуа, которые держали по целому мягкокостному кролику в обеих руках и ели. Ей так хотелось попробовать, а живот урчал от голода.
Наконец, аппетит победил изящество. Посэйси умоляюще посмотрела на Чинь Цинцзиня и сказала:
– Чинь Цинцзинь, ты можешь дать мне целого мягкокостного кролика?
– Целого? – пробормотал Чинь Цинцзинь, затем с сомнением посмотрел на Посэйси и спросил:
– Ты же только что говорила, что хочешь быть изящнее и съесть только самую маленькую кроличью ножку? Почему теперь тебе нужен целый мягкокостный кролик?
– Пожалуйста, ты меня смущаешь.
Сказав это, Чинь Цинцзинь снова стал быстро есть своего мягкокостного кролика.
– Э-э? – услышав это, Посэйси онемела.
Действительно, только что она сама сказала, что хочет быть изящнее и съесть только маленькую кроличью ножку.
Но она не ожидала, что мясо кролика окажется таким вкусным, и одной маленькой ножки ей совершенно не хватит.
Посэйси смотрела, как Чинь Цинцзинь сам с жадностью ест мясо кролика, издавая чавкающие звуки, и понимала, что Чинь Цинцзинь намеренно издевается над ней.
Стерплю,
стерплю,
я лучше не буду есть.
– Хм! – Посэйси фыркнула и отвернулась к саду.
Но в беседке повсюду витал манящий аромат мяса, дразня её вкусовые рецепторы, а живот продолжал урчать без остановки. Во рту постоянно выделялась слюна, из-за чего она всё время сглатывала.
Продержавшись меньше минуты, Посэйси снова посмотрела на Чинь Цинцзиня и сказала:
– Чинь Цинцзинь, ты можешь спокойно смотреть, как я голодаю?
– Что? – Чинь Цинцзинь непонимающе посмотрел на неё, жуя кролика, и сказал:
– Я только что дал тебе целого, а ты сама не стала есть. Теперь обвиняешь меня?
– Хм? – Посэйси тихонько фыркнула и сказала:
– Как долго ты собираешься меня дразнить? Ты дашь мне поесть или нет?
Глава 127: Биби Дун: Учитель, пощадите Дун’эр
Чинь Цинцзинь посмотрел на голодную Посэйси и намеренно сказал:
– Не дам, я просто хочу тебя дразнить.
– А! – Посэйси тихо вскрикнула, потрогала свой голодный живот и капризно сказала:
– Чинь Цинцзинь, ты хоть похож на мужчину? Какой же ты мелочный.
Чинь Цинцзинь услышал это и рассмеялся:
– Ты права, перед тобой я и правда не очень похож на мужчину, скорее на маленького мальчика, ведь тебе уже почти сотня лет, а мне только сорок с небольшим.
– Ты! – Посэйси в гневе указала на Чинь Цинцзиня, но поняла, что не умеет ругаться, или у неё просто не было такой привычки, поэтому она остановилась.
[Урр!]
В этот момент живот снова заурчал.
Если бы это был просто голод, Посэйси могла бы стерпеть.
Но сейчас Чинь Цинцзинь, Биби Дун и другие ели ароматное мясо кролика, и это было просто невыносимо. Посэйси чувствовала невыносимый голод.
Посэйси сжала зубы, решив подняться и взять мясо кролика сама.
Опираясь руками о сиденье беседки, она с болью от внутреннего разрыва с трудом поднялась.
– А-а!
Неожиданно Посэйси почувствовала сильную боль от разрыва и сразу же села обратно.
В то же время с раненого места потекла струйка крови.
Чинь Цинцзинь, увидев это, мысленно обругал себя за то, что забыл, что Посэйси была тяжело ранена им и ей трудно двигаться. Он поспешно взял целого мягкокостного кролика и протянул его Посэйси, ласково сказав:
– Скорее ешь, пока горячий.
Посэйси, сама не зная почему, почувствовала себя очень обиженной, в душе появилась кислая горечь. Она обиженно посмотрела на Чинь Цинцзиня своими полными воды глазами, капризно сказала:
– Не буду есть, пусть лучше ты сегодня заморишь меня голодом.
Чинь Цинцзинь слушал сердитые слова Посэйси, и на его лице появилась улыбка.
Такая реакция Посейди говорила о том, что она начала считать его своим, принимать близко к сердцу. Видимо, время, проведенное вместе, делало свое дело лучше всего. Цянь Сюньцзи прикидывал, что максимум через неделю Посейди всем сердцем и душой станет принадлежать ему, считая его самым важным человеком в своей жизни.
Обрадованный Цянь Сюньцзи оторвал кусок кроличьего мяса и поднес к губам Посейди:
– Ну же, съешь, будь умницей.
Посейди все еще дулась из-за недавнего. Она снова сердито сверкнула глазами на Цянь Сюньцзи и тихо произнесла:
– Хм, не хочу.
Увидев это, Цянь Сюньцзи попытался насильно протолкнуть кролика в ее приоткрытые, розовые губы, но обнаружил, что Посейди крепко сжимает свои белоснежные зубы, и мясо никак не пролезает.
До прошлой ночи, если бы Посейди так поступила, он бы наверняка наградил ее парой увесистых оплеух. Но теперь, когда Посейди стала его женщиной и, вероятно, максимум через месяц забеременеет, Цянь Сюньцзи почувствовал к ней еще большую нежность. По его мнению, своей женщиной должен заниматься он сам, а не кто-то другой.
Поэтому он левой рукой осторожно взял ее изящный подбородок и слегка сжал. Рот Посейди тут же приоткрылся, и Цянь Сюньцзи быстренько запихнул туда кролика. Посейди, почувствовав мясо у себя во рту, сначала хотела из принципа просто подержать его, не жуя. Но вкусное мясо, коснувшись языка, вызвало выделение слюны. Хотя в душе она продолжала упрямо твердить себе «не буду есть», рот был честен и начал жевать.
Сделав несколько глотков, Посейди почувствовала, что ей мало, и покосилась на оставшийся кролик. Цянь Сюньцзи, видя, что она доела, снова оторвал кусок мяса и протянул ей. Он думал, что Посейди снова из принципа закроет рот, и ему придется опять разжимать ей челюсти. Но к его удивлению, как только он поднес мясо, прежде чем успеть приоткрыть ее рот, Посейди сама распахнула губы и прям-таки нырнула в мясо. Потом она своими белыми ручками схватила кролика, которого держал Цянь Сюньцзи, и, как Биби Дон и остальные девушки, обняла его целиком и стала с удовольствием откусывать.
– Это... это... это?..
Цянь Сюньцзи посмотрел на Посейди в таком виде и подумал: "Женщины, они и есть женщины-обжоры, когда дело касается вкусной еды!"
Он с улыбкой наблюдал, как Посейди уплетает за обе щеки, и поддразнивал ее:
– Посейди, ты же говорила, что нужно есть аккуратно, с изяществом? Куда делась твоя воспитанность? И твое достоинство?
– Чавк-чавк... Чавк-чавк... – В ответ на его вопросы Посейди лишь glance-нула на него, продолжая с enjoy-ством обгладывать кролика, и сказала:
– Перестань, я сейчас ем кролика. Все остальное потом.
– Что ж... – Цянь Сюньцзи взглянул на Посейди, затем на четырех других девушек и покачал головой:
– Похоже, вы все обжоры.
С этими словами Цянь Сюньцзи grabbed последнего кролика со стола и начал есть его с большим appetite-ом.
– Ммм, действительно Вкусно. Я молодец!
Едя, Цянь Сюньцзи смотрел на растущую у беседки траву-собачий хвост. Она была точно такой же, как и раньше, срок ее жизни не увеличился. Видимо, если не помочь ей, чтобы снова обрести человеческий облик, ей понадобится еще сто тысяч лет. Цянь Сюньцзи решил, что в будущем, если получит за это награду, то поможет собачьему хвосту снова transforming. More-over, Цянь Сюньцзи знал, что собачий хвост, reborn в виде человека, будет completely чист. Ведь это Equivalent to созданию нового человеческого тела, naturally быть чистым. Тогда он сможет Принять под свое крыло маленький травинушку-собачий хвост.
И в этом мире, из-за его intervention, Танг Сан был сыном маленькой травинушки. Тогда when Танг Сан придет мстить за мать, он обнимет маленькой травинушке за талию, она будет с улыбкой опираться на него, и он скажет:
http://tl.rulate.ru/book/133404/6312355
Готово:
