Колин отложил газету, и его ослабевший [Сверхслух] уловил чьи-то торопливые шаги, приближающиеся к редакции.
– Шеф...
Он машинально поднял взгляд и увидел в дверях запыхавшегося Маленького Джона, с каплями пота на лбу.
– Я всё проверил, как ты велел, – пробормотал Джон, но, встретившись с Колином взглядом, чуть сбавил пыл. Он перевел дух, успокоился и продолжил: – Дела у местных издательств идут неважно. Я спрашивал – многие боятся, что их тоже приструнят...
Законопроект ещё не опубликовали, но кое-какие журналы уже схлопотали судебные иски от Почтовой службы США. Их обвиняли в публикации «непристойного» контента, не соответствующего «общественно полезной информации».
Из-за этого мелкие и средние издательства паникуют: вдруг следующая очередь – их?
– Чтобы не сесть в тюрьму, многие пошли на уступки и начали «очищать» свои журналы, – пояснил Джон. – Но тут же столкнулись с другой проблемой – оттоком подписчиков. У одного издателя отвалилось больше двух третей читателей.
Те, кто любил «пикантные» истории, явно не собирались мириться со вдруг «благообразными» текстами.
– Так ты сделал то, о чём я просил? – спросил Колин, пристально изучая Джона.
– Сделал, – кивнул тот. – Они чуть ли не на коленях умоляли, лишь бы «Гонец» разрешил печатать их комиксы. Говорят, согласны на любые условия.
Колин пока не спешил соглашаться. Не то чтобы он был против публикации «Супермена» – наоборот, с его появлением продажи «Гонца» потихоньку росли. Но торопиться не хотелось.
Поэтому ему нужен был новый способ увеличить популярность комиксов о Супермене и получить больше [веры].
Издание журналов — очевидный вариант.
Ранее и «Знаменитые комиксы», и издательство «Юмор» проявляли большую заинтересованность.
Но Коллин отказал им всем по разным причинам. Он не только сомневался в их предложениях, но и не был уверен, что публикация «Супермена» в чужих руках принесёт ему [веру].
Теперь же его решение оказалось верным.
Текущая ситуация — кризис для крупных и мелких издателей Нью-Йорка, но для Коллина это редкий шанс.
Шанс создать собственный комикс-журнал при газете «Посыльный».
…
В небольшом издательстве Нью-Йорка.
Издатель Гарри Донафилд нервно расхаживал по кабинету.
– Успокойся, Гарри, – не выдержал его партнёр и коллега Джек Лейбовиц, наблюдая за беспокойством друга.
– Как я могу успокоиться? – Гарри резко остановился, и в его голосе прозвучала тревога. – С тех пор как газеты опубликовали эту чёртову новость о Сенате, продажи нашего журнала рухнули. Ты знаешь, сколько экземпляров мы продали вчера? Три тысячи! Меньше десятой части от прежних объёмов! Если так пойдёт дальше, мы скоро обанкротимся!
– Я понимаю, но это проблема не только наша, у всех так, – Джек вздохнул, его лицо выражало безнадёжность.
Раньше их издательство процветало за счёт «жёлтой прессы», выпуская дешёвые сенсационные журналы.
Но вот, с окончанием эпохи "жёлтой прессы" и ужесточением законов, издательство оказалось в сложном положении. Чтобы избежать тюремного заключения, пришлось отказаться от прежних низкопробных публикаций и перейти на модный серьёзный контент. Однако это оттолкнуло большинство старых читателей. Продажи журналов резко упали, издательство терпело убытки.
Если так пойдёт дальше, двое предпринимателей просто не смогут покрывать растущие долги.
– Почему бы нам просто не вернуться к прежнему формату?
Гарри сжал зубы, глядя на стопки непроданных новых номеров, сваленных в углу офиса. Мысль о потерянных доходах сжимала ему сердце.
– Если хочешь отправиться в тюрьму – я не возражаю, – сухо бросил Джек.
– Да хоть в тюрьму! Там хотя бы кормят… – Гарри стиснул кулаки, но тут же махнул рукой. У него была семья, дети. Если его посадят – кто поможет им пережить Великую депрессию?
В разгар их отчаянных раздумий раздался стук в дверь.
– Войдите!
Неожиданный звук заставил их встревожиться. Гарри и Джек переглянулись. Джек незаметно опустил руку под стол, ухватившись за рукоять револьвера. Убедившись, что партнёр готов, Гарри кивнул и повторил:
– Входите!
Кто-то мог бы счесть такую реакцию паранойей. Но в годы Великой депрессии это было нормой.
Ведь даже на улицах Нью-Йорка бандиты спокойно "одалживали" оружие у полицейских – а потом делили с ними награбленное.
Это была неспокойная, сумасшедшая эпоха. Каждый изо всех сил старался выжить. Ради денег люди готовы были на что угодно. Форма для парней в офисе была лишь удобной ширмой — ведь правительство давно перестало платить им жалованье.
Вдруг дверь кабинета распахнулась, и внутрь вошел мужчина в черной ветровке.
Сняв шляпу, он открыл молодое лицо, излучающее уверенность — редкую для этих времен.
– Доброе утро, мистер Джек Лейбовиц, мистер Гарри Донафилд.
Взгляд скользнул по обоим. Колин сделал вид, что не замечает, как неестественно съехал со стула Джек, спокойно положил шляпу на грудь и продолжил:
– Я — Колин Лупер, владелец газеты Курьер. Сегодня я пришел обсудить возможное сотрудничество с вашим издательством.
– Курьер? Колин Лупер?
– Сотрудничество?
После его слов Гарри и Джек переглянулись в недоумении.
Прикрыв рукоять пистолета в ящике стола, Джек пробурчал:
– Если я не ошибаюсь, Курьер — это газета, где печатают комикс про Супермена?
http://tl.rulate.ru/book/133150/6074769
Готово:
