В наши дни Су Цзинжун и Чжоу Сяолань — уже не та пара, что была изначально. Первая жена Су Цзинжуна родила ему двух сыновей и дочь. Когда она была беременна дочерью, Су Цзинжун сошёлся с Чжоу Сяолань, работницей столовой в их же организации. Из-за этого ребёнок от первой жены оказался на несколько месяцев младше старшего сына Су Цзинжуна — Су Тяня.
К середине 1960-х первая жена Су Цзинжуна по неизвестным причинам умерла, оставив после себя двоих сыновей и дочь.
Что касается Чжоу Сяолань, то внешне она казалась скромной и простой, но на деле была весьма хитрой. Будучи простой работницей столовой, она сумела привязать к себе Су Цзинжуна — и не только получила официальную должность, но и стала новой госпожой Су. Более того, она привела своего внебрачного сына Су Тяня в семью, вытеснив двоих сыновей и дочь, оставшихся от первой жены.
И это ещё не всё…
Она заставила их сменить фамилию на материнскую, в то время как Су Тянь стал законным старшим сыном Су Цзинжуна. Дети первой жены лишились даже формального права на семейное наследство, которое через много лет могло бы перейти к Су Тяню.
– Дети Су Цзинжуна от первой жены и так не считали его отцом, – с горечью сказала Су Хун. – Когда их мать ушла, они были ещё маленькими, но всё прекрасно помнили. Отношения Су Цзинжуна и Чжоу Сяолань были грязными и постыдными, и дети просто не могли смотреть на него без отвращения.
– Сестрица, теперь понятно, почему Су Шуя способна на такие поступки, – добавила Шэнь Цуйцуй. – Яблоко от яблони недалеко падает. Если человек испорчен с самого начала, чего удивляться его поступкам?
Гу Цзинь промолчала. Она знала, что эти слова дойдут до Чжоу Сяолань — и она их услышит.
Так и вышло. По дороге домой их уже поджидали Чжоу Сяолань и Су Тянь.
Дорога в поле была узкой, и их путь оказался перекрыт. Шэнь Цуйцуй нахмурилась и потянула Гу Цзинь за собой, чтобы обойти препятствие. Но Чжоу Сяолань быстро перегородила им дорогу.
– Девушка, – сказала она, обращаясь к Гу Цзинь, – мне нужно с тобой поговорить.
Она заранее договорилась с Су Тянью, и та, по её знаку, встала позади Гу Цзинь и Шэнь Цуйцуй, отрезая им путь к отступлению.
– О чём вы хотите говорить? – Гу Цзинь поняла, что скрыться не удастся, и приготовилась к неприятному разговору.
Чжоу Сяолань не знала Шэнь Цинсона лично, но была уверена, что её муж и дочь души не чают в этом молодом человеке. Поэтому она уже мысленно считала его своим будущим зятем.
Но она даже не задумывалась о том, что человек вроде Шэнь Цинсона мог и не обратить внимания на её дочь.
Женская интуиция подсказывала ей: раз Шэнь Цинсон женился на этой девушке и так говорил о ней Су Цзинжуну, значит, она для него действительно важна.
Раз с самим Шэнь Цинсоном ничего не поделать, оставалось только повлиять на Гу Цзинь.
– Мы приехали из Пекина в спешке, – начала Чжоу Сяолань, – и, честно говоря, раньше о тебе не слышали. Поэтому подарков с собой не взяли – прости за бестактность.
Она сделала паузу, затем продолжила:
– Есть кое-что, о чём ты, возможно, не знаешь. Моя дочь с детства любит Цинсона. Когда-то между ними даже была договорённость о свадьбе, и Сяоя до сих пор не может его забыть. Я думаю, что всё, что случилось – это воля небес, и судьба всё равно сведёт их вместе.
– Мою дочь растили в любви и заботе, и лицо её отца тоже кое-что значит. Сейчас не старое время, когда помещики могли брать себе наложниц. Такой подход совершенно неприемлем. Уверена, ты и сама не хочешь быть второй женой.
– Единственный выход – чтобы ты развелась с Цинсоном, а он женился на нашей Сяое. Не волнуйся, после развода и наша семья, и семья Шэнь не оставят тебя без поддержки. Через несколько дней я лично вручу тебе подарок – щедрый, достойный развода.
Её слова звучали сладко, но в них явно чувствовалась угроза.
Чжоу Сяолань даже не задумалась и выдала заготовленную фразу, которую давно отрепетировала.
Заметив, что Гу Цзинь молчит, женщина с улыбкой выждала паузу, а затем спросила:
– Что же ты не благодаришь тётю? Или у тебя ещё есть какие-то условия?
Услышав этот вопрос, Гу Цзинь с трудом сдержала едкую усмешку. Она даже не могла точно определить, что чувствует сейчас.
Главное — не злиться. С такими, как Чжоу Сяолань, нельзя терять самообладание. Даже у самых бесстыжих людей есть страх. Но эта женщина, похоже, достигла мастерства в умении наглеть.
Гу Цзинь глубоко вдохнула, и на её лице появилась спокойная улыбка. Она посмотрела на Чжоу Сяолань и спросила:
– Тётя, а Цинсон знает, что вы приходили ко мне с такими разговорами?
Эти слова явно задели обеих женщин — и Чжоу Сяолань, и её дочь Су Тянь слегка смутились. Чжоу Сяолань нервно поправила рукав, кашлянула и ответила:
– Ему необязательно об этом знать. Его родители уже одобрили наш брак, а воля родителей — закон. Тебе нужно просто согласиться на развод и сообщить об этом Цинсону.
Гу Цзинь не стала спорить, только холодно посмотрела на неё и спросила:
– О? Мои свёкор и свекровь молча согласились на развод? Странно, я об этом ничего не слышала.
Даже если бы они действительно так считали, мы живём не в старом обществе, где браки заключались «по воле родителей и словам свахи». В наше время принято свободное чувство, и решать, быть вместе или нет, должны сами люди.
Если вы хотите, чтобы мой Цинсон развёлся со мной и женился на вашей дочери, попробуйте сначала убедить его. С чего вы вдруг сразу ко мне пришли?
Или, может, мы пойдём к нему вместе? Если он скажет мне прямо в лицо, что согласен, тогда и я отвечу на ваш вопрос.
Услышав это, Чжоу Сяолань зло посмотрела на Гу Цзинь и прошипела:
– Ты же знаешь, что Сяоя и Цинсон изначально были парой? Если бы не твоё вмешательство, они уже давно были бы мужем и женой.
– Глядя на тебя, такую милую и прелестную девочку, я и не ожидала увидеть такую хитрюгу. Где же твое воспитание? Твои родители хоть чему-то тебя учили?
Чжоу Сяолань сначала говорила вежливо, но потом резко сменила тон. Услышав, что Гу Цзинь не собирается разводиться, она тут же изменилась в лице.
Обычный человек, столкнувшись с такой переменой в настроении и такими язвительными словами, наверное, сгорел бы со стыда.
Но, к сожалению, Чжоу Сяолань имела дело с Гу Цзинь…
– Если бы я была невоспитанной, мне не о чем было бы беспокоиться. Ведь ты даже не можешь считаться моей старшей. А теперь ты еще и мать любовницы – так что тебе не место учить меня манерам.
– Кстати, тетушка, насчет воспитания… Разве ты сама можешь похвастаться хорошими манерами? Ведь всем известно, как ты пристаешь к женатым мужчинам и доводишь их законных жен до больничной койки. Хочешь, чтобы я напомнила тебе об этом поподробнее? – Гу Цзинь окинула Чжоу Сяолань оценивающим взглядом.
Сейчас она совсем не боялась людей из семьи Су и не собиралась сохранять для них лицо. Видя, как Чжоу Сяолань корчится от ярости, она чувствовала легкое удовлетворение.
Эти люди издевались над ней – почему же она не может ответить им тем же?
Все говорят, что нужно уважать старших, но уважение нужно заслужить. Если старшие ведут себя недостойно, зачем их уважать?
Разве возраст, морщины на лице или статус любовницы дают право на бесстыдство?
Гу Цзинь не только не сдержалась, но и намеренно задела больное место Чжоу Сяолань:
– Теперь-то я понимаю, откуда у Су Шуя такая бесстыдная привычка приставать к чужому мужчине. Оказывается, она просто твоя дочь.
– Видно, талант охмурять мужчин у вас в крови. Твоя дочь вцепляется в нашего Цинсуна, будто ее всю жизнь держали взаперти. Может, вы в вашей семье вообще мужчин не видели?
http://tl.rulate.ru/book/132676/6056595
Готово:
