Хан невольно нахмурился. Не было никакого смысла в том, чтобы представитель уже находился рядом с Гаванью. На самом деле, такое поведение выглядело подозрительно в свете последних событий.
– Госпожа, – обратился Хан, но заколебался говорить. Вопрос был щекотливым, поскольку касался благородной семьи, и он не хотел переходить границы или звучать невежливо.
– Как, – продолжил Хан, – как она может быть уже здесь? Разве у семьи Виррай есть поместья поблизости?
Профессор Лилли поначалу не поняла, на что намекает Хан, но вскоре осознание пришло, и она усмехнулась. – У благородных семей есть доступ к частным телепортам. Не беспокойтесь об этом.
– О, – воскликнул Хан. – Благодарю вас за честность, госпожа.
– Это не секрет, – объяснила профессор Лилли. – В любом случае, корабль скоро за вами прилетит. Я поговорила с врачами. Я знаю, что вам нужно посетить медблок, но будьте чисты и готовы к семи вечера.
– Военная форма? – уточнил Хан.
– Да, – подтвердила профессор Лилли. – Закончите свой обед, а затем постарайтесь вздремнуть. Вы, должно быть, измучены.
Хан натянул фальшивую улыбку и отдал еще один воинский салют, прежде чем покинуть изолированную зону. Множество криков приветствовало его возвращение на корабль с товарами, но он направился прямо к Джорджу из-за изменения в его графике.
– У меня новые приказы, – объяснил Хан, хватая еще две банки с корабля. – Я скоро ухожу.
– Они не теряли времени, – объявил Джордж, вскакивая на ноги. – Политические встречи?
Профессор не говорила Хану держать встречу в секрете, поэтому он предал этот вопрос гласности, чтобы увеличить свою известность. – Меня вызвал представитель семьи Виррай.
Люциан и другие потомки остались удивлены, и немедленно раздались шепотки. Тем не менее, Люциан достаточно быстро пришел в себя, чтобы сказать что-то, прежде чем Хан успел уйти. – Капитан, вы действительно заставляете всех нас стыдиться.
– У меня просто больше опыта в подобных ситуациях, – отмахнулся Хан от похвалы, в то время как его взгляд блуждал в грустных воспоминаниях. – В этом нет ничего удачного.
Аудитория была очарована грустным и зрелым ответом Хана. Он всегда был горячей темой в Гавани, но его недавний подвиг, его обнаженный торс и предстоящая встреча повысили его статус, заставив большинство женщин рассматривать его как потенциального партнера.
То, что началось как полушутка, теперь стало вполне реальным вариантом. Поддержка благородной семьи устранит единственную социальную слабость Хана. Его бедное происхождение должно было исчезнуть, сделав его идеальным мужчиной для улова.
– Я поговорю со своей семьей, – продолжил Люциан, когда Хан покинул сцену. – Я уверен, что смогу найти работу, достойную вашего опыта.
Хан повернулся, чтобы кивнуть, но ничего не добавил. Он покинул это место вместе с Джорджем и вернулся туда, где остановились Моника и Анита. Обе женщины все еще сидели на земле, прислонившись к борту корабля, и его появление заставило всех замолчать.
– Итак, – воскликнула Анита, вставая, – вы двое действительно что-то скрывали.
– Надеюсь, вы сможете понять, – заявил Хан.
Анита посмотрела на Джорджа, прежде чем задать еще один вопрос. – Ты тоже знал, не так ли?
– Я не знаю, о чем ты говоришь, – кашлянул Джордж.
Взгляд Аниты превратился в свирепый, который никто не воспринял всерьез, так как Моника улыбнулась. Анита тоже заметила ее в какой-то момент, и из ее уст вырвалась жалоба. – Не разоблачай меня так скоро.
– Хану нужен перерыв, – заявила Моника, – и только я могу его дразнить.
– Ты совсем потеряла голову, – хихикнула Анита, переводя взгляд на Хана. – Я знала, что что-то не так, но не ожидала, что ты действительно поймал ее.
– Я изо всех сил старался держаться подальше, – вздохнул Хан. – Я действительно старался.
– О? – Глаза Аниты загорелись любопытством, когда она взяла Хана под левый локоть. – Значит, это моя девочка подтолкнула тебя к этому.
– Это полностью ее вина, – заявил Хан.
– Эй! – надулась Моника.
– Моника Солодрей! – объявила Анита. – Этот красавчик сделал тебя такой бесстыжей.
– Отпусти его уже, – фыркнула Моника, тоже вставая.
– И ревнивой, – засмеялась Анита, оставляя Хана в покое. – Теперь все ясно. Я удивлена, что ты позволяешь ему ходить на вечеринки.
– Эти шлюхи, – выругалась Моника, скрестив руки. – Они никогда не оставляли его в покое.
– А чего ты ожидала? – поддразнила Анита. – Хорошая внешность, талант и потенциал. Он был приятным угощением еще до сегодняшних событий.
– Я все еще здесь, – заметил Хан.
– Тебя трудно не заметить, – пошутила Анита. – Моя девочка точно не упустила.
Анита оглядела Хана с головы до ног, не скрывая своего восхищения его подтянутым телом. Тем не менее, ее жест заставил Монику встать на пути ее осмотра, а Джордж кашлянул, чтобы привлечь ее внимание.
– Что? – спросила Анита. – Ты тоже ревнуешь теперь?
– К Хану? – удивился Джордж. – Никогда. Я знаю, что у тебя есть глаза только на меня.
Анита покачала головой, но Джордж обнял ее за спину, положив руку ей на талию. Она отвела взгляд, чтобы не доставлять ему никакого удовольствия, но Хан и Моника засмеялись над этим милым жестом.
– Ни на секунду не думайте, что я закончила с вами двумя, – пожаловалась Анита. – Я больше не хочу никаких секретов.
Хан и Моника закатили глаза. Часть их интимной жизни никогда не попадет в общественное достояние, и Анита ахнула, когда поняла это.
– Вы бесстыжий... – Анита прервала свою фразу, когда поняла, где находится. Рядом находились солдаты, поэтому она не могла говорить слишком откровенно.
– Я немного устал, – произнес Хан явную ложь. – Думаю, я вздремну.
– Я тоже, – подыграла Моника. – Капитан, вы не возражаете, если я последую за вами в мою палатку? Нам нужно кое-что обсудить.
– Как я могу отказаться? – заявил Хан, и пара обменялась многозначительными улыбками с Анитой, прежде чем направиться в палатку Моники.
– Она хорошо это восприняла, – воскликнул Хан, оказавшись в уединенной палатке.
– Анита – хороший друг, – призналась Моника. – Хотя, я думаю, ей еще предстоит все принять.
– Все? – удивился Хан. – Что ты ей рассказала?
– Правду, – заявила Моника. – Как ты не мог держаться от меня подальше на Милии-222. Как ты не можешь перестать думать обо мне. Как я – весь твой мир.
Моника разразилась смехом, когда Хан обнял ее сзади. Обычно она сопротивлялась, но раненое состояние Хана заставило ее сразу же сдаться. Она позволила Хану обнять ее и повернула голову, чтобы обменяться поцелуем.
– Я рад, что Анита знает, – прошептал Хан, бросая банки на кровать, чтобы полностью сосредоточиться на Монике. – Тебе нужен был друг.
– Тебе просто нравится, когда кто-то прикрывает нас, – пошутила Моника.
– Это определенно преимущество, – заметил Хан, заставив Монику снова засмеяться.
– Пойдем, – пробормотала Моника, вырываясь из объятий Хана и беря его за руку. – Позволь мне позаботиться о тебе.
В итоге двое оказались на кровати, Хан лежал на коленях у Моники. Моника хотела, чтобы Хан поспал, но, узнав о предстоящей встрече с представителем, она начала полезную лекцию.
Знания Моники в этих вопросах помогли Хану получить представление о том, что его ждет. Благодарность Хану за его подвиг была самым простым объяснением, но Моника придумала другие идеи. Одна даже предусматривала предложение присоединиться к гвардии принцессы.
Они продолжали разговаривать, пока за Ханом не прилетел корабль, и Моника присоединилась к полету без какого-либо сопротивления. Вскоре пара вернулась в Гавань и направилась прямо в медблок, так как Хану понадобились новые бинты.
Врачи в медблоке дали Хану более удобный бандаж и заменили металлическую конструкцию, удерживающую его правую руку в неподвижном состоянии, прежде чем отправить его восвояси. Затем пара направилась к его квартире, и Моника не обращала внимания на камеры, когда ему нужна была ее помощь.
– Помни о манерах, – предупредила Моника, когда пара вошла в квартиру. – Ты не можешь рисковать тем, что попадешь в немилость семьи Виррай.
– Я спас принцессу, – воскликнул Хан. – Они должны просто хвалить меня.
– Благородные семьи не так просты, – объяснила Моника, осторожно толкая Хана на кровать, чтобы осмотреть его бинты. – Они могут намеренно оскорбить тебя, чтобы увидеть, на чьей ты стороне.
– Стоять как? – спросил Хан.
– Подумай о том, что сказал Рон, – ответила Моника. – Возможно, ты успокоил семью Виррай в этом вопросе, но ничто не мешает тебе стать советником для других дворян. На самом деле, твои отношения с принцессой делают тебя идеальным кандидатом.
– Что они ожидают, что я скажу? – усмехнулся Хан. – Я все равно не могу отказаться от их приказов.
– Вот почему приглашение правдоподобно, – заявила Моника. – У гвардии принцессы есть ограничения. Ее семья может рассмотреть возможность применения нескольких к тебе.
– Никто не собирается помещать в меня чужую ману, – выругался Хан.
– Не будь глупым! – отругала Моника. – Если благородная семья захочет, чтобы у тебя были ограничения, ты их получишь.
– Я же тебе говорил, – возразил Хан. – Я не собираюсь вступать в гвардию. Ты знаешь, что я не могу.
– А что, если они имеют какое-то отношение ко Второму Удару? – спросила Моника. – Что, если они знают о твоих кошмарах? Что, если они хотят держать это в секрете?
– Я использую принцессу Эдну, чтобы выйти из этой ситуации, – сказал Хан.
– Да, – одобрила Моника. – Принцесса Эдна будет твоим величайшим союзником, но представитель должен знать, как обойти ее характер.
Моника закончила проверять бинты Хана и взяла его за руку, чтобы затащить его в ванную. К удивлению Хана, она опустилась на колени и стащила с него штаны, прежде чем перейти к его обуви.
– Моника? – позвал Хан.
– Выиграй себе время до прибытия принцессы, – продолжала Моника, снимая с Хана обувь. – Может быть, смешай немного честности со своей ложью. Даже представителю придется им поверить.
Моника закончила снимать с Хана штаны, как только обувь больше не мешала. Он остался в нижнем белье, но она едва взглянула на него и начала готовить теплую ванну.
– Ты также можешь использовать свои травмы в качестве оправдания, если ситуация станет тяжелой, – предложила Моника. – Просто не действуй им на нервы и притворись, что готов сделать все, что они скажут.
Вскоре ванна наполнилась теплой водой, и Моника продолжала проверять температуру, пока не почувствовала себя удовлетворенной. В этот момент она перешла к нижнему белью Хана, но он схватил ее за руку, прежде чем она успела его стащить.
– Моника, – снова позвал Хан, но его тон ясно выражал его намерения.
– М-м, – пробормотала Моника, и ее голос стал застенчивым. – Моя мать учила меня, насколько чистой я должна быть перед встречей с дворянами. Тебе тоже нужна помощь с твоими травмами.
Моника стащила с Хана нижнее белье и сделала вид, что не замечает его реакции. Она торопливо встала на ноги и толкнула его в ванну, но он еще не погрузился в теплую воду.
– Ни слова, – предупредила Моника, расстегивая свою военную форму. Она разделась за считанные секунды, прежде чем присоединиться к Хану в ванне.
– Негодяй, – надулась Моника, надевая пластиковую накладку на бандаж Хана, прежде чем втолкнуть его в воду. Он позволил ей делать все, что она пожелает, и его взгляд только усилился, когда она села на него и обняла его руками за шею.
– Не двигайся, – прошептала Моника на ухо Хану. – Я позабочусь о тебе.
.
.
.
За несколько минут до семи вечера за Ханом в его квартиру приехала машина. К тому времени он был чист и готов, и Моника даже помогла ему надеть верхнюю часть его формы, так что он мог уйти сразу.
Поездка не была наземным транспортным средством. Это был настоящий корабль, который дал Хану представление о местонахождении места встречи, но он воздержался от каких-либо вопросов во время полета. С ним был только пилот, и он не беспокоил его.
Корабль пересек несколько куполов, пока не достиг одного из ангаров. В конце концов, машина покинула Гавань, подтвердив первоначальное предположение Хана, но развернувшаяся после этого сцена все же сумела удивить его.
Большой круглый корабль ждал за орбитой Луны. Корабль Хана полетел к нему, и зона стыковки открылась, как только посадка стала неминуемой.
Корабль Хана вошел в круглую машину, и пилот подождал, чтобы открыть двери, пока зона стыковки не закрылась. Никаких приказов не последовало, поэтому Хан взял инициативу на себя и самостоятельно прошел к выходу.
Длинный коридор открылся взору Хана. Яркий белый свет освещал территорию и солдат, охранявших каждую дверь по бокам. Открыт был только вход в конце прохода, и Хан медленно продвигался к нему, позволяя своим чувствам свободно перемещаться.
Все солдаты в коридоре были воинами третьего уровня, от которых исходил запах боевого опыта. Более того, еще более сильное присутствие исходило из комнаты в конце прохода. Атмосфера была неизбежно напряженной, но Хан мог только продвигаться вперед.
Солдаты отдавали воинские приветствия всякий раз, когда Хан проходил мимо них, и эта схема продолжалась, пока он продвигался по коридору. В этот момент он оказался в круглой комнате, где в одном конце металлического стола его ждала красивая женщина средних лет.
Вход закрылся за Ханом, как только он вошел в комнату, оставив его наедине с женщиной. Последняя была воином четвертого уровня, которая напоминала ему Кристал. Ее красота была неоспорима, но холодность, просачивающаяся из ее маны, делала ее почти неприступной.
– Капитан Хан, – объявила женщина. – Садитесь.
Хан подчинился и сел напротив женщины, которая протянула правую руку вперед. Хан поначалу не понял, что она хочет, но последовавший за этим жест заставил его положить свою руку на ее.
– Мы начнем сейчас, – воскликнула женщина. – Расслабьтесь. Беспокойство может повлиять на проверку.
Мана вышла из женщины и окутала стол, прежде чем Хан успел задать какой-либо вопрос. Он погрузился в эту леденящую энергию, и представитель даже положила пальцы ему на запястье, чтобы следить за его сердцебиением.
Хан не мог не взглянуть на женщину еще раз. У нее были каштановые волосы, связанные в хвост на левом плече, и ее бездонные черные глаза никогда не покидали его. Все ее внимание было сосредоточено на Хане, и ее мана отражала это поведение.
Глаза Хана метались влево и вправо, так как он мог видеть симфонию. Мана женщины дрожала всякий раз, когда он двигался, и становилась мягче, чтобы приспособиться к его естественной ауре. Вероятно, эта техника была направлена на предотвращение лжи.
– У вас острый ум, – сказала женщина роботизированным голосом. – Вы получили их от инопланетного вида?
– Да, мэм, – подтвердил Хан, и леденящая мана осталась неподвижной. Казалось, что правда не вызовет никакой реакции.
– Почему вы преследовали принцессу Эдну? – спросила женщина.
– Я... – Хан не ожидал этого внезапного вопроса, но женщина заговорила снова, прежде чем он успел разобраться в своих мыслях.
– Второй Удар запятнал вас, не так ли? – спросила женщина.
– Да, – ответил Хан. – Это общеизвестно...
– Почему вы преследовали принцессу Эдну? – повторила женщина.
– Это был мой долг, – заявил Хан, но дрожь пробежала по леденящей мане. Это была частичная ложь, и техника женщины не пропустила этого.
– Какого цвета ваши волосы? – спросила женщина.
– Синего, – ответил Хан.
– Почему вы преследовали принцессу Эдну? – повторила женщина еще раз.
– Все остальные были ранены, – объяснил Хан. – Я не хотел, чтобы мои друзья бросались на опасную миссию.
Леденящая мана не отреагировала сейчас. Хан все еще кое-что скрывал, но техника женщины позволила это пропустить.
– Какого цвета ваши глаза? – спросила женщина.
– Синего, – произнес Хан.
– Где ваша преданность? – продолжала женщина.
– Я не понимаю вопроса, – заявил Хан, не проявляя ни малейшего колебания.
– Какое у вас звание? – спросила женщина.
– Капитан, – ответил Хан.
– Где ваша преданность? – повторила женщина.
– Я не уверен, как на это ответить, – признался Хан.
– Какова ваша стихия? – спросила женщина.
– Хаос, – заявил Хан.
– Где ваша преданность? – повторила женщина еще раз.
– Себе? – удивился Хан, и леденящая мана осталась неподвижной.
– Себе, – наконец замедлила женщина, прежде чем снова набрать полную скорость. – Спасение принцессы Эдны добавило невероятный подвиг в ваш послужной список. В каком-то смысле нападение пошло вам на пользу.
– У меня нет связей, чтобы планировать что-то подобное, – заявил Хан.
– Но вы окружены людьми, у которых они есть, – отметила женщина.
– Я бы никогда не заставил страдать невинных людей, – заявил Хан. – Я слишком хорошо знаю эту боль.
Леденящая мана стала мягче после этого ответа, но женщина осталась бесчувственной и продолжила задавать свои вопросы. – Ваш трагический опыт может породить враждебность по отношению к Глобальной Армии.
– Я продолжал истекать кровью за Глобальную Армию даже после всех своих трагедий, – произнес Хан, наклоняясь влево, чтобы показать свой бандаж.
– Мы видели подобные притворства в прошлом, – призналась женщина. – Вы не первый, кто рискует своей жизнью, чтобы добраться до дворян.
– Я просто выполняю приказы, – объяснил Хан. – Кроме того, при всем уважении, стать благородным стражником никогда не приходило мне в голову.
– Мы бы все равно не смогли нанять вас для этого, – заявила женщина.
– Что? – ахнул Хан.
– Мы знаем, что вы узнали об Улье, – сказал представитель. – Что вы чувствуете по этому поводу?
– Смущение? – удивился Хан, в то время как его разум оставался сосредоточенным на предыдущей теме.
– Порядок необходим для нынешнего состояния вселенной, – заявила женщина. – Глобальная Армия далека от совершенства, но остается необходимым злом.
– Подождите, – решил Хан развеять свои сомнения. – Почему вы не можете нанять меня в качестве благородного стражника? Почему вы мне это рассказываете?
– Потому что это выгодно семье Виррай, – ответил представитель.
– Как? – спросил Хан.
– Каждое слово, произнесенное здесь, засекречено, – женщина проигнорировала вопрос. – Разглашение содержания этой встречи равносильно действию против семьи Виррай.
– Госпожа? – позвал Хан, потому что ему было трудно следить за разговором. Тем не менее, дверь на другом конце комнаты внезапно открылась, положив конец встрече.
– Это нехорошо, Элла! – отругала принцесса Эдна, входя в комнату. – Я говорила тебе пропустить эту часть.
– У нас просто был приятный разговор, – улыбнулась представитель, заменяя всю холодность, исходившую от ее тела, теплыми чувствами. Она даже убрала ману, которая окутывала стол.
– Рон, разберись с этим, – приказала принцесса Эдна, и Рон вошел в комнату, чтобы поклониться перед Эллой. Последняя отпустила Хана и встала, прежде чем исчезнуть за одним из выходов.
– Пойдем, капитан, – хихикнула принцесса Эдна. – Моя семья вытащила меня из Гавани, но у меня еще есть эта ночь. У меня достаточно времени для последней истории.
http://tl.rulate.ru/book/130874/5986586
Готово:
