Готовый перевод Hogwarts, i am Dementor / ГП: Я - Дементор: Глава 9

— Анимаг? Проклятое существо? Или что-то совсем другое?

Коэн оттолкнул стул, плюхнулся на него и устремил взгляд на сову в клетке. Эрл.

— Что-то совсем другое.

Слегка комичный мужской голос прозвучал, когда крючковатый клюв Эрла открылся и закрылся.

???

— Черт возьми, говорящая сова?!

Глаза Коэна расширились.

Анимаги не могли говорить в форме животных, а люди с проклятой кровью не могли говорить после трансформации — голосовые связки других животных просто не были приспособлены для человеческой речи. За исключением попугаев.

— Черт возьми, говорящий дементор?!

Эрл наклонил голову и сказал это без тени страха, как будто он обменивался шутками с Коэном в стендап-шоу.

— Твой отец человек, так что твоя мама дементор или что?

Эрл продолжал болтать без фильтра.

— Я здесь уже много лет, и такое вижу впервые — даже для птицы это какая-то ненормальная штука.

—

Выражение лица Коэна сменилось с шока на спокойствие, а затем на ледяное безразличие.

— Ну и чё ебало кирпичом? Никогда не видел говорящую птицу?

Эрл повернул голову, уже наклоненную на 90 градусов по часовой стрелке, на 90 градусов против часовой стрелки. У обычной совы это было бы мило.

— Нет, погоди. Ты думаешь, что говорящий дементор — это нормально, а птица, которая говорит— это ебать странно? Или ты даже не знаешь, что ты дементор?

— …

Лицо Коэна стало каменным.

— О нет, я тебя напугал? Твой папа знает заклинание, чтобы отменить «Договор о покупке совы»? Ты же знаешь, птицы не умеют махать палочкой. Но, судя по тому, как твой папа без проблем трахнул дементора, я уверен, что он без проблем отменит договор.

— ...

Лоб Коэна потемнел.

— Конечно, в обмен на мою свободу я мог бы пробраться в дома других волшебников и украсть для тебя несколько галлеонов. Я профессионал в этом деле. Волшебники всегда думают, что совы просто доставляют письма — эти дауны никогда не поймут, что птица может что-то унести с собой. Как насчет тридцати галлеонов? Тридцать галлеонов за остаток моей свободной птичьей жизни...

— Подожди, мне нужно передохнуть.

Коэн застыл, жестко встал, вышел из комнаты и хлопнул дверью.

Не поздно ли было вернуть эту штуку? Это не была подделка — это был настоящий проклятый предмет.

Какая сова каждые две секунды произносит матерные слова и без остановки сыплет грубыми шутками?!

Даже съев ее душу, Коэн почувствовал бы неприятный привкус во рту!

Но идея «воровать галеоны из домов волшебников» звучала довольно заманчиво...

Проблема в том, что эта сова уже раскусила Коэна как дементора. Не проболтается ли она?

Он бродил по Косому переулку все утро, и ни один человек не крикнул: «Дементор здесь, бегите!» или «Тревога, дементор — вытаскивайте палочки, создайте патронуса, вспомните самое счастливое воспоминание и разнесите этого монстра мощным патронусом!».

Впрочем, большинство волшебников все равно не смогли бы произнести такое сложное заклинание, как патронус.

Зная стиль Дамблдора, он, вероятно, просто тихо принял Коэна, этого полудементора, живущего своей жизнью. Параноидальное Министерство, с другой стороны, скорее всего, не имело ни малейшего представления, иначе Коэн не прыгал бы так по магловским улицам.

Сохранение своей личности в тайне было крайне важно на раннем этапе, по крайней мере до тех пор, пока сила его души не превзошла силу большинства волшебников.

А эта болтливая сова, вынюхивающая чужие тайны, явно была непредсказуемой.

Но говорящая сова — это тоже круто!

Коэн был разорван между двумя чувствами. Он решил дать птице один шанс на выживание.

*Хлоп*

Коэн вернулся и снова сел.

— Фух, ладно, давай проясним. Во-первых, моя мама не дементор, а мой папа не какой-то фетишист...

— Кто такой «фетишист»? — огромные глаза Эрла выражали полное недоумение.

— Маленьким совам не нужно знать о таких темных вещах, — отрезал Коэн, отказываясь объяснять. — Вернемся к делу — мои родители нормальные. Я приемный. И...

Он сильно подчеркнул «и».

— Ты же знаешь Дамблдора, да?

— Да, в прошлый раз, когда я доставлял почту какому-то волшебнику в Хогвартс, он сидел в своей башне и смотрел на фотографию какого-то молодого парня. Хочешь знать, как его зовут? Три галеона...

— Гриндевальд. Слушай, а он… нет, не отвлекаемся! — предупредил Коэн.

— Ты сам начал! — возмущенно прокричал Эрл. — Ты такой неразумный маленький...

Коэн нарочито облизнул губы, и Эрл прервался на полуслове, как будто подавился совой.

— Продолжай, — сухо сказал Эрл.

— Дамблдор специально отдал меня в эту семью, чтобы они меня воспитали, понял? — спросил Коэн.

— Ага? — Эрл клевал его крыло. — То, как ты спрашиваешь, звучит так, будто ты собираешься выщипать мне перья одно за другим, спрашивая: «Ты не против? Ты не против?». Крутая сделка.

— Хорошо, давай сделку, — спросил Коэн, совершенно серьезно. — Я за демократию. Соглашайся на сделку, если ты против, я просто съем твою душу.

— Ты даже не сказал, на что я блять должен согласиться! — резко ответил Эрл, откусывая одно из своих перьев в приступе ярости. — Или... постой, я уверен, ты даже не знаешь, что совы не имеют права голоса в этой ерунде! Это все вы, волшебники, и ваш проклятый «Договор о покупке совы»! Клянусь, как только я съем всех полевых мышей, я приду за вами — съем всех вас, эксплуататоров, придурков...

— Подожди, ты хочешь сказать... что ты *должен* выполнять мои приказы, верно?

Коэн начал соединять воедино секрет, скрытый в тираде Эрла.

— Что, ты думаешь, все совы пиздец рады, что их подкупили на пожизненное рабство горсткой совиных лакомств, весящих не больше твоего крошечного мозга? — ядовито прошипел Эрл.

— Давай я перепроверю. Я немного параноик, — сказал Коэн, подняв бровь.

— О да, перепроверь, ведь у меня где-то спрятана палочка. Каждый раз, когда меня покупает волшебник, я просто беру палочку и кричу «Авада Кедавра». Пойми, идиот, я чёртова сова! У меня нет рук, чтобы держать палочку!

***

Не было нужды ждать возвращения Эдварда — к тому же, Эдвард, скорее всего, даже не знал об этом законе, касающемся сов.

Коэн уже нашел соответствующий отрывок в только что купленной книге «История магии».

В связи с широким распространением и неконтролируемым характером общения сов, после принятия в 1692 году «Международного статута о секретности» совы были отнесены к категории магических существ, склонных к разоблачению, и, следовательно, подлежащих регулированию.

В то же время был введен «Договор купли-продажи сов». Он обязывал дрессировщиков и продавцов сов обеспечить, чтобы каждая сова, поступающая на рынок, была связана договорным заклятием, предотвращающим аномальное поведение, такое как побег, пропажа или предательство своих владельцев.

Эксперимент Коэна увенчался оглушительным успехом. Ему достаточно было подумать «запрещаю», и сова Эрл действительно не могла произнести ни слова.

— Поздравляю, ты останешься в живых и будешь моим посланником, — весело объявил Коэн Эрлу, мысленно запрещая сове говорить что-либо о том, что Коэн - дементор.

Возможно, Эрл и не собирался этого говорить, но Коэн предпочел перестраховаться. Так он получил говорящую сову и при этом гарантировал, что его личность не будет раскрыта.

http://tl.rulate.ru/book/130861/6262269