Готовый перевод Jade Dynasty / Убийца Богов / Zhu Xian: Глава 2. Наваждение

Глава 2. Наваждение

Старый монах не сказал ни слова, он лишь посмотрел на мальчика по имени Линь Цзинъюй и подумал: «Очень хороший потенциал, но отчего такая вспыльчивость?»

— Эй, кто ты? Почему я никогда не видел тебя здесь? — снова спросил Чжан Сяофань. Ему было так интересно оттого, что его деревня находилась около горы Цинъюнь, и жители здесь были в основном даосы (из школы Цинъюнь), а буддисты (из храма Тяньинь) встречались довольно редко.

— Твоя жизнь, малыш, была под угрозой. Все, что от тебя требовалось — сдаться. Если бы я не вмешался, возможно, ты был бы уже мертв, — ответил монах, улыбаясь.

Чжан Сяофань стоял и думал о словах старого монаха, но не смог сказать ничего в ответ. Линь Цзинъюй посмотрел на монаха, схватил Чжан Сяофаня за руку и сказал:

— Этот монах очень странный, — затем он потащил друга из храма, и другие дети последовали за ними.

Чжан Сяофань оглянулся. Было довольно темно, он все ещё мог видеть силуэт старца в храме, но тот постепенно растворялся во мраке.

Полночь.

Гремит гром. Дует сильный ветер. Темные тучи прибывают отовсюду.

Начался сильный ливень, жаждущий крови.

Старый монах все ещё оставался в храме, медитируя, он поднял глаза. Гору Цинъюнь заволокло туманом, не было слышно привычного гомона людей, лишь завывания ветра и гром.

Сильнейший ливень!

Дважды сверкнула молния, осветив храм, старый монах уже стоял в дверях и хмуро глядел на небо.

На западном конце деревни появилась черная дымка. Старец, стоя в храме, разглядывал её. Вдруг дымка закрутилась, как смерч, и двинулась к храму на огромной скорости. Монах увидел, что смерч затянул Линь Цзинъюя. Он без раздумий прыгнул в черную воронку, чтобы спасти мальчика. Вдруг из тишины он услышал странный звук.

Через несколько мгновений смерч остановился и начал кружить над храмом. Старый монах вытащил мальчишку из смерча, его ряса была изорвана.

Освещение было слабым, и глаза Линь Цзинъюя были закрытыми, а дыхание ровным. Трудно было сказать, спит он или потерял сознание.

— Господин, у Вас должны быть глубочайшие основания, почему Вы напали на ребенка? Какой позор, — сказал он, держа в руках мальчика и глядя в черный смерч.

— Кто ты такой, что осмелился помешать мне? — ответил ему голос из темноты.

— Мы рядом с горой Цинъюнь, Господин, если они узнают о том, что Вы убиваете здесь людей… Я боюсь за Вас, Господин, наступают темные времена.

— Кто такие эти Цинъюнь? Всего лишь толпа людей, а ты — старый лысый монах, сейчас же отдай мне мальчишку, — с презрением ответил голос из темноты.

— Монахи милосердны, Амитабха, — ответил старец, сложив руки, — Я не обязан отдавать тебе ребенка».

— Глупая лысая башка, ты хочешь смерти?

Пока он говорил, красный свет начал заполняться энергией Инь и призрачный дух мгновенно заполонил храм

— Сфера ядовитой крови! — монах был рассержен, — Животное! Ты практикуешь зло, ты идешь против природы и вредишь людям! Я не дам тебе уйти!

Человек из темноты не ответил и лишь засмеялся в ответ. Внезапно небо стало красным, воздух пропитался запахом крови, две сферы появились во дворе, призрачные крики становились все громче и громче, стук костей заполнил воздух.

— Умри, лысый старик! — крикнул человек из тумана. Из сферы стал проявляться силуэт. Сначала появилось призрачное лицо. У него было три рога, четыре глаза, невероятно острые зубы и длинные клыки. Глаза открылись и существо зарычало, оно стало материальным и понеслось навстречу монаху с жуткой кровавой аурой.

Старец разозлился ещё больше. Сила Сферы Ядовитой Крови росла, и ей нужно больше смертей. Каждый раз, когда человек использовал силу Сферы, ей требовалась кровь трех сотен людей.

Он бессердечен!

Призрак подбирался ближе, старый монах все не отпускал Линь Цзинъюя, и левой рукой, в которой находились четки, он нарисовал круг в воздухе, в середине круга появился Лев, на кончиках его пальцев загорелся свет, и круг сдержал нападавшего.

— Все, что у тебя есть, лишь… — монах не закончил слово «иллюзия», когда почувствовал, как что-то впилось в его правую руку, его тело онемело, глаза потемнели, магический круг слабел и почти растворился.

Лицо призрака разлетелось на части, огромные глаза исчезли, круг разрушился, и что-то ударило монаха в грудь. Монах ослабел и упал, ребра его были сломаны, он упал на стену с такой силой, что та рухнула. Линь Цзинъюй тоже оказался на земле.

Человек из тумана дико рассмеялся

Монах встал, кровь хлынула из его рта и придала одеянию малиновый цвет. Яд подобрался ближе к сердцу.

Он посмотрел на Линь Цзинъюя. Тот разглядывал яркое насекомое, которое избавлялось от своей кожи. У него было семь хвостов разного цвета, каждый размером с ладонь. Это впечатляло, но и приводило в ужас.

— Семихвостая сороконожка… — простонал монах. Черный дым все сильнее давил на лицо, кровь продолжала течь изо рта, казалось, он умирает, но не хочет своей смерти. Он снова посмотрел в темноту, — Ты прятал этот сильнейший яд в мальчишке, скрывая свои силы, ты нашел подходящее время, чтобы напасть на меня. Ты займешь мое место, не так ли?

— Верно. Я буду вместо тебя, Пучжи, — человек из темноты снова рассмеялся, — Если бы я не сделал этого, то мне было бы непросто противостоять твоим заклинаниям храма Тяньинь. Однако, поторопись и отдай мне Сферу... В свою очередь я дам тебе противоядие, и ты будешь жить.

— Мне стыдно, что в моем имени есть ‘чжи’ (мудрость), — улыбнулся он в ответ, — и я не могу смириться с мыслью, что ты используешь Сферу Крови. Не стоит и думать о том, что я отдам тебе Сферу, — он посерьезнел, — Если ты думаешь, что получишь её, ты очень сильно ошибаешься!

— Моли Будду о помощи, — рассердился человек в черном. Он снова появился и полетел в сторону монаха.

Пучжи взревел, его одеяние развевалось, несмотря на отсутствие ветра, его тело казалось больше, чем раньше. Левая рука наполнилась силой, он прочел строку из Молитвы, и его четки разлетелись. Нефрит вспыхнул, бусины оказались перед монахом, и фиолетовый шар упал на землю.

Пучжи развернул руку, поймал падающий шар и сжал его в руках. Его тело загорелось золотым, а изо рта вылетали слова:

— Ян, Ма, Не, Ба, Ми, Му!

Магическая формула!

Когда Пучжи закончил говорить, все нефритовые бусины загорелись, призрак подобрался ближе, но дальше идти не мог. Он застыл в воздухе.

Хотя монаху и удалось остановить его, он все ещё дрожал, и ему пришлось отступить. Яд Семихвостой Сороконожки является самым сильным ядом. Даже после ста лет изучения мудрости храма Тяньинь было трудно избавиться от него, но Пучжи улыбался. Он зарычал, словно лев, разбил бусины на части, образовал слово «Будда» и атаковал им призрака.

Призрак закричал, красный свет начал затухать. Человек из тьмы чертыхнулся и вновь замолк.

Он попытался пошевелиться. Бусины по очереди атаковали призрака, образую слово «Будда» Когда девятая бусина вернулась назад, дух упал на землю, превращаясь в кровь.

Пучжи снова закашлялся. Его кровь становилась черной.

Кто-то стоял в дверях и удивленно наблюдал за происшедшим.

Пучжи и человек в черном посмотрели на дверь. Чжан Сяофань стоял там, не смея пошевелиться, и удивленно рассматривал их.

Семихвостая Сороконожка мгновенно подлетела к мальчику.

Пучжи среагировал мгновенно. Бусины взлетели и остановились между Чжан Сяофанем и Сороконожкой. Та, зная силу бусин, взлетела вверх и исчезла в черном дыме.

— Что ж, ты достоин называться монахом храма Тяньинь, раз можешь избавить людей от моих сильнейших проклятий, — сказал человек из тьмы, — Но яд Семихвостой Сороконожки уже подействовал на тебя. Как думаешь, сколько тебе осталось? Поспеши, и дай мне Сферу.

— Даже если я умру, я убью тебя, дьявол! — из глаз монаха заструилась черная кровь.

Бусины загорелись вновь и полетели в сторону черного тумана. Бусина, что отогнала Сороконожку, также полетела вслед за ними.

Удар, удар, снова удар… Все вокруг загорелось зеленым, черный дым расступился, и человек в черном плаще медленно спустился на землю. Лицо его было скрыто, было видно лишь глаза, а за спиной болтался меч.

— Господин, Вы очень сильны, но почему Вы скрываете свое лицо? — спросил у него старец.

— Лысая башка, сегодня я должен убить тебя! — он взял в руки меч. От него исходил мягкий свет, но он не вредил глазам.

— Великолепный меч, — сказал Пучжи.

Мужчина сделал семь шагов, направил меч к небесам и сказал: Ярость девяти небес, обернись божественным громом. Мощь неба, перейди в этот меч.

Вокруг собрались темные тучи, засверкали молнии, начался огромный шторм, сопровождающийся диким ревом.

— Громовое лезвие! — вскрикнул монах с удивлением, — Ты — послушник школы Цинъюнь!

http://tl.rulate.ru/book/13084/251980