В ту ночь.
Вернувшись в отель после расставания с Хуан Лао и Чжоу Цунвэнем, академик Чу был не в своей тарелке, он достал телефон и долго размышлял,
перед глазами стоял властный образ Хуан Лао на конференции, но в итоге он все же позвонил Чу Юньтяню.
"Папа, что случилось?" - спросил Чу Юньтянь.
Юньтянь, что ты делаешь?" - голос академика Чу был немного хриплым.
"Папа, у тебя какой-то странный голос", - с сомнением сказал Чу Юньтянь, - "Ты же говорил, что поехал в Бордо на конференцию, у тебя проблемы с акклиматизацией? Я же говорил, что тебе, старику, нужно поменьше напрягаться".
"Нет", - серьезно сказал академик Чу, - "Сегодня произошли странные вещи, я расскажу, а ты помоги мне разобраться".
Чу Юньтянь опешил, а затем спокойно выслушал рассказ академика Чу о том, что произошло сегодня.
"Юньтянь, ты говоришь, что академическая борьба настолько жестока?" - спросил академик Чу.
"Папа, у нас в стране принято хвалить друг друга и ценить гармонию, такая борьба встречается редко".
Чу Юньтянь немного подумал и сказал: "За границей все по-другому".
"Хм? А мне кажется, что за границей должны быть более толерантны", - с сомнением спросил академик Чу.
"Какая к черту толерантность", - выругался Чу Юньтянь, - "Я сначала расскажу о двух невероятно крутых людях".
"Говори".
"Гук и Ньютон, ты же знаешь их, папа?"
"Знаю".
"Ньютона в молодости Гук сильно подавлял, это была чисто академическая борьба, они относились друг к другу как к смертельным врагам", - сказал Чу Юньтянь, - "Когда Гук состарился, система Ньютона созрела, и он полностью подавил Гука".
"Не только в академическом плане, в Королевском обществе Ньютон даже стер все следы Гука. Если бы Гук не был действительно крут, мы бы, наверное, даже не знали об этом человеке".
"!!!" Академик Чу не знал всех этих сплетен, он подробно расспросил.
Чу Юньтянь вкратце объяснил, рассказал о двух вещах, и в конце концов академик Чу потерял дар речи.
Он не ожидал, что борьба в академическом мире настолько жестока.
Ньютон, это же знаменитый основоположник макрофизики, до появления Эйнштейна Ньютон был богом в мире физики!
Он не ожидал, что такой человек, как Ньютон, в академической борьбе совсем не щадит, он не только подавил Гука, но и, используя свою власть, стер все следы Гука в Британском Королевском обществе.
"Ты же знаешь фразу "стоя на плечах гигантов"", - спросил Чу Юньтянь.
"Знаю, это слова Ньютона о скромности", - рассеянно сказал академик Чу.
"Да ничего подобного", - пренебрежительно сказал Чу Юньтянь, - "Папа, это Ньютон сказал, чтобы унизить Гука".
"А?"
"Многие научные принципы Ньютона были разработаны на основе исследований Гука, поэтому он и сказал о гиганте. А Гук был карликом..."
Академик Чу не знал, смеяться ему или плакать.
"Так что, это дело такое, академические дела, как и дела в бизнесе, и на поле боя. Редко начинаются войны, но если уж начинаются, то это борьба не на жизнь, а на смерть, нельзя проявлять милосердие".
"..." - заключил академик Чу.
"Не ожидал, что Хуан Лао так давно занимался исследованием операции по отслаиванию слизистой оболочки пищевода", - Чу Юньтянь все-таки был человеком дела, его не очень интересовала борьба между академиками, он обратил внимание на технику операции.
В его голосе звучало некоторое сожаление.
"Юньтянь, когда ты в прошлый раз ездил в столицу, Хуан Лао не выражал обиды?" - осторожно спросил академик Чу. Чу Юньтянь опешил, сразу поняв, что имеет в виду его отец.
Он хотел было рассмеяться, но тут же вспомнил описание сегодняшней битвы, рассказанное отцом.
Операция ESD, доктор Лоран из больницы Бордо выразил сомнения, в этом определенно были какие-то проблемы.
По идее, доктор Лоран имел немалый вес в профессиональном сообществе, по крайней мере, на уровне эксперта-рецензента ведущих журналов, он не стал бы так серьезно относиться к статье, поданной отцом, и даже сделал 28-страничную презентацию, чтобы специально раскритиковать ее на конференции.
А Хуан Лао, конечно, заступался не за отца, он заступался за технику ESD.
Хуан Лао отнесся к этому делу очень серьезно, как к академической битве, и с самого начала действовал жестко.
Во-первых, на конференции он раскритиковал презентацию доктора Лорана слово в слово, не отступая ни на шаг.
Затем Хуан Лао, воспользовавшись случаем, заставил члена совета директоров больницы Бордо уволить доктора Лорана прямо на месте.
И, наконец, Хуан Лао не собирался останавливаться, он поработал с пациентом и его семьей и провел открытую операцию.
Он продемонстрировал технику операции ESD врачам-гастроэнтерологам со всего мира.
Использовал факты, чтобы заткнуть рот всем сомневающимся.
Более решительных мер и быть не могло.
Внимательно обдумав то, что произошло сегодня, Чу Юньтянь покрылся холодным потом.
Доктор Лоран всего лишь выразил сомнения по поводу техники ESD, которая "не имела отношения" к Хуан Лао, и получил такой решительный отпор.
Хуан Лао не только хотел опозорить доктора Лорана, но и лишить его работы, и даже провел операцию ED по поводу рака фатерова соска, чтобы заткнуть рот всем, пригвоздив доктора Лорана к позорному столбу.
Все, что делал Хуан Лао, было безупречно, можно даже сказать, очень искусно и опытно.
Доктор Лоран критиковал только технику, а он сам?
В свое время он наотрез отказался от приглашения Хуан Лао, причем в крайне невежливой форме. И это еще не все, Хуан Лао мог бы просто улыбнуться и забыть об этом.
Но в прошлом году он, думая, что уже непобедим, вернулся на ежегодную конференцию и попытался бросить вызов Хуан Лао.
В итоге Хуан Лао даже не вмешался, Чжоу Цунвэнь просто растер его в порошок, так, что лицо чуть не загорелось.
Если бы Хуан Лао отнесся к этому серьезно, смогла бы клиника Мэйо защитить его?
Чу Юньтянь был ошеломлен.
"Юньтянь, я тебя спрашиваю", - с тревогой сказал академик Чу, услышав молчание на другом конце провода.
Раньше академик Чу и Чу Юньтянь обсуждали это дело, но времена изменились, то, что раньше можно было пропустить с улыбкой, было связано с тем, что Хуан Лао был добрым и отзывчивым.
Но сегодня академик Чу увидел силу и решительность Хуан Лао, испугался, и все нужно было переосмыслить.
"Я..." - Чу Юньтянь немного поколебался, - "Хуан Лао ничего особенного не говорил, просто болтал со мной, рассказывал о новой технике".
"Он действительно не злился?" - осторожно спросил академик Чу.
"Я думаю, что нет", - сказал Чу Юньтянь, - "Если бы были проблемы, Чжоу Цунвэнь такой мелочный, разве он стал бы делать с тобой операцию ERCP?"
Академик Чу не знал, смеяться ему или плакать над описанием Чу Юньтяня.
Чжоу Цунвэнь мелочный... это точно.
Однако раньше Чжоу Цунвэнь просто растер в порошок доктора Миямото, а Хуан Лао своими последовательными действиями развеял в прах академический статус и работу доктора Лорана.
По сравнению с ним, Чжоу Цунвэнь все-таки молод, ему потребуется еще как минимум десять-двадцать лет, чтобы сделать все то, что сделал Хуан Лао. Этого не достичь, получив один-два раза звание лучшего в мире, авторитет Хуан Лао накапливался с каждой операцией, с каждым осмотром пациента.
Особенно это касается исследований многих новых техник.
"Хорошо, что все в порядке", - академик Чу отбросил все посторонние мысли, - "Юньтянь, когда будет время, вернись и навести Хуан Лао в 912".
Чу Юньтянь молчал.
Только через минуту он сказал: "Я знаю, папа. Через несколько дней я вернусь и привезу Хуан Лао новый свинцовый фартук".
Академик Чу очень боялся, что Чу Юньтянь не поймет и потратит впустую все его усилия.
Но он не ожидал, что Чу Юньтянь действительно вырос, он мог прямо сказать о таком унизительном деле, как подношение подарков.
"Это хорошо".
"Папа, Хуан Лао говорил, когда он начал исследовать технику ESD?" - спросил Чу Юньтянь.
"Давно, говорят, что первый в стране фиброгастроскоп был изготовлен под руководством Хуан Лао в 1970-х годах", - сказал академик Чу.
"Исследованием операции ESD он занимался как минимум десять с лишним лет назад, и у Хуан Лао есть определенное количество данных послеоперационного наблюдения".
"Неудивительно, что Чжоу Цунвэнь умеет делать такие операции", - пробормотал Чу Юньтянь, - "Но странно, что Чжоу Цунвэнь не работал с Хуан Лао, как же он научился?"
Академик Чу поспешил остановить сына, чтобы тот не шел по этому пути, и продолжил настаивать: "Юньтянь, ты должен отнестись к этому серьезно, найти время, вернуться и навестить Хуан Лао".
"Я знаю, папа", - серьезно сказал Чу Юньтянь, - "Хуан Лао не такой мелочный, как ты думаешь, если бы он действительно хотел что-то сделать, он бы сделал это самое позднее в начале этого года".
Академик Чу знал об этом, но, поскольку дело касалось его сына, он должен был быть серьезным.
"Действительно, я был молод и импульсивен, думал, что непобедим, но не ожидал..." - горько усмехнулся Чу Юньтянь,
"Папа, не волнуйся, я налажу отношения с Хуан Лао".
"И с Чжоу Цунвэнем!" - повысил голос академик Чу, говоря с Чу Юньтянем. Чжоу Цунвэнь... Чу Юньтянь, стоило ему подумать об этом молодом человеке, как у него начинала болеть голова.
Молодой, энергичный, это все можно представить. Главное, что особенность, которую проявлял Чжоу Цунвэнь, вызывала у Чу Юньтяня некоторое отчаяние.
Он умел делать любые операции, причем на высшем уровне. Кроме того, его взаимодействие с Хуан Лао было невероятно слаженным, не говоря уже о далеком, достаточно вспомнить ту иглу в правой верхней легочной артерии старого Моргана и взаимодействие двух горячих биопсийных щипцов, о котором только что рассказал отец, чтобы все понять.
Иногда Чу Юньтяню снились кошмары, он вспоминал, как Чжоу Цунвэнь и Хуан Лао вместе извлекали иглу, и у него возникала иллюзия, что Чжоу Цунвэнь и Хуан Лао - это один человек, сочетание молодости и старости.
Эта мысль действительно абсурдна, но Чу Юньтянь верил, что это правда.
"Юньтянь, действительно нельзя зазнаваться. Или, скажем так, гордость должна быть, но нельзя быть высокомерным", - сказал академик Чу с чувством, - "Я тоже поступил неправильно в этом деле, Чжоу Цунвэнь научил меня операции, а я хотел опубликовать статью".
"Если бы Хуан Лао не приехал, боюсь, я бы сильно опозорился".
Чу Юньтянь вдруг усмехнулся: "Папа, когда Чжоу Цунвэнь пригласил тебя делать операцию, почему ты не поехал?"
"Я знаю свой уровень, кто бы осмелился", - горько усмехнулся академик Чу, - "Хуан Лао тоже уважает меня, просто вежливо пригласил. И я думаю, что Хуан Лао не собирался заниматься этой областью, хотел передать ее мне".
Чу Юньтянь помолчал несколько секунд: "Папа, Хуан Лао действительно очень силен".
Академик Чу ничего не сказал, то, что Чу Юньтянь сейчас говорил о силе, и то, что он говорил раньше, - это две разные вещи, он это понимал.
В ту ночь отец и сын говорили о многом.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5822441
Готово:
