Академик Чу в последнее время был в хорошем настроении.
После некоторой практики операций ERCP он объективно считал, что уже в основном готов к самостоятельной работе.
Так оно и было.
Усилия не прошли даром, после долгой тренировки академик Чу в основном освоил операции ERCP.
Хотя, оглядываясь назад, он считал, что обычные операции не так уж сложны, но этот новый вид операций предоставил клинике очень надёжный способ решения проблем.
Раньше с доброкачественными и злокачественными стриктурами жёлчных протоков практически ничего нельзя было сделать. Наружное дренирование жёлчных протоков было крайне сложным, пункция была очень травматичной, что лучше, а что хуже, было очевидно...
Неделю назад он начал пробовать самостоятельно делать простые операции, и результаты были неплохими.
— Академик Чу наконец-то вышел из затвора! — одна из медсестёр эндоскопического кабинета, вернувшись из отпуска, увидела, что дверь операционной, которая в последнее время была постоянно закрыта, открыта, и туда везут пациента, и удивлённо сказала.
— Он вышел неделю назад, академик Чу прооперировал более 20 пациентов, — сказала другая медсестра.
— Как результаты?
— Офигенно! — объяснила медсестра, — заведующий отделением гепатобилиарной хирургии заглянул пару раз, ничего не сказал и ушёл.
— Почему?
— Потому что он отобрал работу у гепатобилиарного отделения, — усмехнулась медсестра, — но они делают чрескожную пункцию, результаты плохие, и они не хотят её делать, что тут скажешь.
— Не все могут её делать, я слышала, что в гепатобилиарном отделении мало кто умеет делать чрескожную пункцию.
— Это ещё не всё, нужно ещё выбрать место. Я слышала от их медсестёр, что если не получается, то это из-за неудачного места. Тьфу, если бы место было удачным, то зачем ты нужен, я бы и сама справилась.
Медсёстры за спиной не стеснялись в выражениях, к тому же их начальник добился успеха, поэтому в их словах было много пренебрежения к гепатобилиарной хирургии.
— Так нельзя.
Раздался мягкий голос сзади.
— Академик Чу, — медсёстры вытянулись по стойке смирно, послушно.
— Мы должны хорошо делать свою работу, если у меня что-то пойдёт не так, то придётся звать врачей из гепатобилиарного отделения на помощь. А если они узнают, что мы за спиной говорим о них гадости, то будет очень неловко, — с улыбкой сказал академик Чу.
— Да, академик Чу.
Увидев, что академик Чу вошёл в операционную, медсёстры больше ничего не говорили и принялись за работу.
Академик Чу вошёл в операционную, его отношение к старшей медсестре было не таким мягким, как к младшим медсёстрам, он спросил с лёгкой строгостью: "Всё готово?"
— Академик Чу, всё готово.
Пациента ещё готовили, академик Чу не торопился, он спросил низким голосом: "Порядок действий?".
— Помочь пациенту принять правильное положение, уложить на левый бок, ноги слегка согнуты, левый угол рта опущен. После установки загубника попросить пациента прикусить его, вдыхать носом, выдыхать ртом.
Старшая медсестра уже давно выучила наизусть все материалы, которые дал ей академик Чу, она знала, что, судя по характеру академика Чу, он обязательно её проверит.
Академик Чу, услышав, как бегло говорит старшая медсестра, слегка кивнул.
— Перед операцией спросить врача, обычно перед началом операции вводят 10 грамм глюкагона и 10 грамм диазепама для снятия спазма и седации.
— А во время операции?
— Во время операции необходимо строго соблюдать стерильность, помочь врачу-эндоскописту ввести дуоденоскоп в нисходящий отдел двенадцатиперстной кишки, найти устье жёлчного и панкреатического протоков в области двенадцатиперстной кишки. Ввести катетер через биопсийный канал, ввести контрастное вещество.
Старшая медсестра говорила без умолку.
Академик Чу был доволен её ответом.
Для операций ERCP можно использовать врача в качестве ассистента, но медсестра тоже нужна. В последних нескольких операциях медсёстры не справлялись, и академик Чу был очень раздражён.
Каждый раз, когда он вспоминал об этом дома, академику Чу становилось смешно.
Раньше он много раз втайне высмеивал хирургов, которые ругают ассистентов, если операция идёт не по плану.
Но когда он сам манипулировал проводником и никак не мог попасть в большой сосочек двенадцатиперстной кишки, его настроение становилось необъяснимо плохим.
Глазами видишь, что вот он, но никак не можешь попасть, как тут сохранить спокойствие.
Любая, даже малейшая ошибка ассистента во время операции многократно усиливается.
Он несколько раз ругал старшую медсестру, она действительно старалась дома, академик Чу удовлетворённо кивнул.
— Спасибо за работу.
Услышав похвалу академика Чу, старшая медсестра на мгновение замерла, в её глазах появился свет облегчения и расслабленности.
Похоже, сегодня она прошла испытание, старшая медсестра не расплакалась от умиления, но облегчение было настоящим.
Академик Чу, увидев выражение лица старшей медсестры, почувствовал себя смешно и виновато, он ни в коем случае не должен, как те хирурги-хулиганы, ругать окружающих, если во время операции возникают проблемы.
Поскольку Чу Юньтянь занимался кардиоторакальной хирургией, академик Чу больше знал о кардиоторакальной хирургии.
Профессор Пань Чэн из Пекина имел такую привычку, по слухам, в последнее время его младшие врачи либо твёрдо решили перейти в другие группы, либо вообще уволились.
Пань Чэн остался один, у него не было даже младшего врача, который писал бы истории болезни, ужасно.
Это довольно смешно.
В последнее время у него был плохой характер, но он не должен стать таким, как Пань Чэн, — предостерёг себя академик Чу.
Вчера вечером он позвонил Чу Юньтяню, рассказал о своём плохом настроении во время операций, и сын его высмеял.
Отец и сын обменялись мнениями об операциях, Чу Юньтянь дал много советов.
Но одного академик Чу не мог сделать — если операция не получается, немедленно звать кого-нибудь на помощь.
Сейчас в Шанхае мало кто умеет делать операции ERCP, если что-то случится, он даже не будет знать, что делать.
Сейчас они находятся на стадии "прощупывания почвы", и им приходится двигаться вперёд шаг за шагом.
Поэтому академик Чу очень строго отбирает пациентов, он лично следит за каждым пациентом, которому предстоит ERCP, поэтому он и был так занят в последнее время.
Академик Чу брался за операцию, только если был уверен в успехе почти на сто двадцать процентов. Хотя он видел, как страдают некоторые пациенты, и ему было их жаль, он не решался действовать.
Если сейчас он решит, что всё умеет, и начнёт делать операции без разбора, то после 3-5 неудачных операций его уверенность рухнет.
Постепенно, шаг за шагом, академик Чу терпеливо накапливал опыт.
Сегодняшнему пациенту был поставлен диагноз: камни в общем жёлчном протоке после холецистэктомии. Раньше с такими пациентами ничего нельзя было сделать, оставалось только наблюдать, как состояние пациента постепенно ухудшается.
Если повезёт, то он выкарабкается. Если не повезёт...
Но теперь появилась новая технология, и как только академик Чу думал об этом, у него на душе расцветали цветы.
Проблемы, которые раньше не могли быть решены, теперь можно решить, что такое прогресс, вот что!
— Сяо Сунь, — позвал академик Чу старшую медсестру.
— Академик Чу, — старшая медсестра послушно подошла ближе.
— Сегодняшняя операция может быть немного сложной, я впервые буду извлекать камни сеткой, если операция пойдёт не по плану, ты обязательно напомни мне, чтобы я сдерживал свой нрав.
— ...
Рот старшей медсестры под стерильной маской растянулся в улыбке, в душе она застонала.
Напомнить? Да разве вы не знаете, какой вы в такие моменты?
Хотя она так подумала, старшая медсестра всё же тихо сказала: "Хорошо, академик Чу".
7017k
http://tl.rulate.ru/book/130372/5818272
Готово:
