Вернувшись домой, открыв дверь, как и ожидалось, Лю Сяобэ свернулась калачиком на диване, как кошка, и читала книгу.
— Вернулся, — Чжоу Цунвэнь переобулся, сказал вскользь и собрался идти точить яйца.
— Чжоу Цунвэнь.
— М?
— Знаешь, какой признак того, что мужчина средних лет потерял интерес к противоположному полу? — Лю Сяобэ потянулась, в особняке площадью в несколько сотен квадратных метров, даже лифт, казалось, ожил, задрожал от очарования Лю Сяобэ, как при землетрясении.
— Не дури, я так поддерживаю форму, — сказал Чжоу Цунвэнь.
— Начинают увлекаться какими-то странными вещами, которые обычно не требуют особых навыков, но имеют одну особенность — они очень дорогие. Например, модели кораблей, сигары, коллекционирование антиквариата, картин, мотоциклы, чётки, чай, рыбалка.
— Ты перечислила все мужские увлечения, что мне сказать? — Чжоу Цунвэнь с презрением взглянул на Лю Сяобэ, фигура, от которой дрожал даже лифт, не вызывала у Чжоу Цунвэня никаких чувств, он по-прежнему был полон аскетизма.
— Тц-тц, хорошо, что то, чем ты занимаешься, имеет хоть какую-то техническую ценность, а то я бы подумала, что тебе семьдесят или восемьдесят лет, — голос Лю Сяобэ вдруг стал похож на голос будущей сэйю, в нём звучало очарование, исходящее из глубины души.
— Ты не понимаешь, — спокойно сказал Чжоу Цунвэнь, — мой талант очень средний, чтобы добиться успеха, нужно прикладывать больше усилий и самодисциплины, чем другие.
— Например?
— Если бы босс был сейчас на 25-26 лет моложе, я бы никогда его не догнал. Талант босса — это настоящий талант, а мне просто повезло.
Чжоу Цунвэнь говорил правду.
В прошлой жизни он был самым обычным, максимум, обладал фотографической памятью, но этот талант в обществе бесполезен.
Если бы не везение, если бы после операции по замене тазобедренного сустава к нему не привязалась система, он бы, наверное, жил очень жалко.
Но именно потому, что он потерял, Чжоу Цунвэнь научился ценить.
Такую жалкую жизнь Чжоу Цунвэнь не хотел бы прожить ни дня.
Поддерживать форму, всегда быть сильнейшим, стало навязчивой идеей, запечатлённой в мозгу Чжоу Цунвэня.
— Я помню, что после возвращения Джордана после трёх чемпионских титулов, в первом сезоне его презирали, — Лю Сяобэ обняла ноги, сидя на диване. Белоснежные бёдра сияли, как будто она была светящимся телом.
Такая кожа… Чжоу Цунвэнь, глядя на неё, слегка замер.
Если бы пришлось оперировать, ему было бы жалко делать разрез, оставлять шрам. Запрет — это произведение искусства, которое нельзя осквернять и разрушать.
В памяти, когда он впервые увидел Лю Сяобэ в доме тёти-хозяйки, её кожа, кажется, не была такой хорошей.
Девушки меняются с возрастом, и это правда.
— А потом Джордан поехал в тренировочный лагерь, меньше чем через неделю Баркли уехал оттуда, он сказал, что если бы у него была такая самодисциплина, как у Джордана, он бы давно покорил мир.
— Да, — Чжоу Цунвэнь повернул шею, отвёл взгляд от белоснежных бёдер Лю Сяобэ, успокоился и пошёл за яйцами.
— Никто не хочет жить такой однообразной, дисциплинированной жизнью, но чтобы стать лучшим, такая жизнь необходима.
— Ты хочешь стать лучшим?
— Конечно, вернее, сейчас я просто один из лучших, не могу сказать, что первый в мире, — сказал Чжоу Цунвэнь, — босс уже в возрасте, если бы он был моложе на 30 лет, я бы не смог его превзойти.
— Почему ты всегда приводишь в пример своего босса?
— Потому что у босса высокий уровень, когда-то сильнейший босс был целью, которую я хотел превзойти, жаль, что у меня не хватает таланта, приходится компенсировать это усердием и ранним стартом.
— Я думаю, твой босс так не считает.
— У босса тело уже прошло пик формы, он полностью компенсирует скорость рук и стабильность опытом и сознанием, если я доживу до 80 лет, неизвестно, смогу ли я сам себя обслуживать, не говоря уже о том, чтобы делать операции в свинцовом фартуке, — Чжоу Цунвэнь достал яйца, встал у стола и начал возиться с бормашиной.
— Тц-тц, — цокнула Лю Сяобэ два раза, — и что с того, что станешь первым?
— И что с того, что ты стала самой богатой в мире? Разбогатев, ты всё равно каждый день читаешь «Жить».
Чжоу Цунвэнь просто ответил и начал точить яйца.
Лю Сяобэ закрыла книгу, которую держала в руках:
— Чжоу Цунвэнь, все направляющие проволоки и катетеры, которые тебе нужны, готовы, мой ассистент привезёт их завтра самолётом.
— О, катетеров для тромбэктомии сначала нужно 100 штук, подготовьте запись операции.
— Ты учишь меня, что делать? — Лю Сяобэ взглянула на спину Чжоу Цунвэня.
— Ты можешь поручить это своему ассистенту, можешь Ван Сюэтэн, в любом случае, это дело одного слова, — Чжоу Цунвэнь не стал спорить с Лю Сяобэ, а объяснил, — заработать денег, хоть и не сравнится с тем, что ты собираешься делать, но тоже большие деньги.
— Ты уверен?
— Конечно, я ведь один из сильнейших врачей в мире… один из, надеюсь, скоро смогу убрать эти два слова.
— Ты собираешься нанести Лань Кэ сокрушительный удар? — с любопытством спросила Лю Сяобэ.
— Лань Кэ? Такие слабаки меня не интересуют. С аппаратом для тромболизиса и катетерами для тромбэктомии я буду учить Шэнь Лана делать тромбэктомию, — спокойно сказал Чжоу Цунвэнь.
— Хорошо притворяешься.
— Я говорю правду, Шэнь Лан вдруг сказал, что хочет научиться делать тромбэктомию.
Затем Чжоу Цунвэнь рассказал Лю Сяобэ всю историю.
— Вы, врачи, все такие? Как что-то в голову взбредёт, сразу надо делать? — удивлённо спросила Лю Сяобэ.
— Не все, из-за ограничений многое сделать невозможно, приходится делать то, что в наших силах. Но ведь есть я, к тому же сегодня так совпало, как раз рассказал Шэнь Лану.
— Поэтому, интерес Шэнь Лана понятен. Кстати, мне ещё нужно…
— Эй! Чжоу Цунвэнь, ты что, возомнил себя боссом? — Лю Сяобэ прервала Чжоу Цунвэня.
— Нет, я же с тобой советуюсь, — с улыбкой сказал Чжоу Цунвэнь, — устройство для имитации сосудов от лучевой артерии до коронарных артерий сердца, ты знаешь, что это?
— И что?
— Кровяная колбаса, хотя сейчас технологии ещё не позволяют имитировать кровоток, но локальный тромбоз можно имитировать с помощью кровяной колбасы, а потом я буду учить Шэнь Лана делать операцию. Не нужно слишком точно, можно из пластика, главное, чтобы Шэнь Лан освоил технику.
— Ты и правда хороший учитель, — сказала Лю Сяобэ с презрением, беря телефон.
— Шэнь Лан прав, если материалы и технологии будут на уровне, многие пациенты будут в порядке, качество жизни может повыситься на всех уровнях. Раз есть возможность, почему бы не попробовать, — Чжоу Цунвэнь начал точить яйца.
— Ты уверен, что Шэнь Лан справится?
— Не уверен, но кто-то же справится, — сказал Чжоу Цунвэнь в жужжании бормашины, — со мной в качестве подстраховки, даже если проткнёт коронарную артерию, не страшно, сразу экстренная операция, ничего страшного не случится.
：
http://tl.rulate.ru/book/130372/5780806
Готово:
