Пациентку отправили в отделение кардиологии, суета продолжалась почти два часа.
Но Лю Вэй всё никак не мог понять суть дела, он размышлял над диагнозом, поставленным Чжоу Цуньвэнем, - инфаркт миокарда, вызванный окситоцином.
Разве окситоцин может вызвать инфаркт миокарда? Почему он об этом не знает?
К Чжоу Цуньвэню Лю Вэй испытывал сложные чувства.
Сначала его впечатление о Чжоу Цуньвэне было средним, просто маленький врач, не пользующийся любовью старого заведующего, которому суждено прожить обычную жизнь.
Первый ужин в отделении, заведующий заставил пить, разве это питьё? Это же яд, разрывающий кишки!
Заведующий намеренно или нет, но хотел проверить послушание подчинённых врачей, неважно, умеешь ты пить или нет, эту рюмку нужно выпить до дна, даже если потом будешь валяться в грязи.
А после этого ещё нужно постараться сказать что-нибудь приличное.
Только после того, как выпьешь эту рюмку, появится шанс на дальнейшее.
Кто не проходил через это? У Лю Вэя было своё мнение об истории между Ван Чэнфа и Чжоу Цуньвэнем.
У Чжоу Цуньвэня плохо с послушанием, никто не станет считать его самым способным врачом в своём подчинении.
Что касается операций, то, конечно, ему их не дадут, и думать нечего. С таким плохим послушанием, кто знает, каким наглым он станет, если ему дать оперировать.
Для старого заведующего это называется "вырастить тигра себе на беду".
Изначально всё шло так, как и предполагал Лю Вэй, в торакальной хирургии выбрали Ван Цяна, все операции "скармливали" ему одному, а Чжоу Цуньвэнь и Шэнь Лан, эти два неудачника, могли быть только фоном.
Однако.
В этом году Чжоу Цуньвэнь словно изменился, что привело Лю Вэя в изумление.
Поскольку он изучил однопросветную интубацию, то часто ассистировал в торакальной хирургии и был в курсе многих вещей.
Он бесчисленное количество раз видел, как Чжоу Цуньвэнь отчитывает Ван Чэнфа прямо на операционном столе.
Если бы это был обычный маленький врач, то после пережитого стресса он бы, отчитывая заведующего, впал в истерику и матерился.
Но Чжоу Цуньвэнь был другим: воздушная эмболия, интраоперационное повреждение, отёк лёгких, вызванный расправлением лёгкого после анестезии.
Один за другим успешные случаи экстренной реанимации, причём очень сложные.
Если бы это было один раз, то неважно, у кого не бывает звёздного часа. Но Чжоу Цуньвэнь молча переходил от одного успешного случая реанимации к другому, без пауз, без перерывов, без... ошибок.
А недавние кадровые перестановки в торакальной хирургии Лю Вэй тоже видел своими глазами: "наследный принц" торакальной хирургии Народной больницы неожиданно "снизошёл" до работы в такой захудалой больнице, как Третья, а затем выгнал Ван Чэнфа в поликлинику.
Если бы сказали, что здесь нет никакого подвоха, Лю Вэй бы точно не поверил.
Проведя более десяти лет в "большом котле" общества, Лю Вэй уже давно не был наивным студентом, вышедшим из башни из слоновой кости.
Он внимательно наблюдал, и когда Ли Цинхуа делал операцию, а Чжоу Цуньвэнь тщательно проверял каждое лекарство, вплоть до даты выпуска, у него появилось смутное подозрение - Ли Цинхуа точно имеет с Чжоу Цуньвэнем тайный сговор.
И Ли Цинхуа был очень осторожен, очень беспокоился, боялся, что во время операции возникнут проблемы, а Чжоу Цуньвэнь был очень сговорчив, даже проверял, были ли вскрыты лекарства.
С того дня Лю Вэй начал намеренно "подлизываться" к заведующему Ли Цинхуа, как бы поздно ни было, если ему звонили, он обязательно приходил на операции в торакальную хирургию.
Сколько бы операций с приглашёнными специалистами ни было в выходные, он обязательно отказывался от отдыха и приходил делать однопросветную интубацию.
Без жалоб.
Лю Вэй даже не учил других однопросветной интубации, кроме Ли Вэньбо, который сам освоил её, он старался быть ближе к торакальной хирургии.
В больнице ходили слухи, что Ли Цинхуа дал клятву, что в течение трёх лет объём операций превысит показатели Народной больницы. Эту "шутку" все постоянно упоминали, особенно в других хирургических отделениях, при упоминании об этом все смеялись до упаду.
Но Лю Вэй так не думал.
То, что произошло сегодня, другим казалось несчастным случаем, но Лю Вэй по-прежнему так не считал.
Окситоцин вызывает инфаркт миокарда? Лю Вэй видел по лицу заведующей Лэй, какое презрение она испытывала.
Карбетоцин - это синтетический аналог окситоцина длительного действия с агонистическими свойствами. После кесарева сечения под эпидуральной или спинальной анестезией его можно немедленно ввести однократно внутривенно для профилактики атонии матки и послеродового кровотечения.
Лю Вэй часто использовал этот препарат, его давали всем пациенткам после кесарева сечения, он действует на матку, и он никогда не видел случаев инфаркта миокарда.
Однако!
Электрокардиограмма пациентки подтвердила слова Чжоу Цуньвэня.
Лю Вэй после операции не стал искать Чжоу Цуньвэня, а просто всё обдумал с начала до конца, достал из мусорного ведра инструкцию к карбетоцину и поехал домой на такси.
Сидя на диване, Лю Вэй внимательно изучил инструкцию к карбетоцину, особенно раздел о побочных эффектах.
Нежелательные явления, наблюдавшиеся при применении карбетоцина в клинических испытаниях, были такими же по форме и частоте, как и наблюдавшиеся при применении окситоцина после кесарева сечения под эпидуральной или спинальной анестезией.
Частыми побочными эффектами после внутривенного введения карбетоцина были тошнота, боль в животе, зуд, покраснение лица, рвота, чувство жара, гипотония, головная боль и тремор.
Нечастыми побочными эффектами были боль в спине, головокружение, металлический привкус во рту, анемия, потливость, боль в груди, одышка, озноб, тахикардия и тревожность.
Тогда заведующая Лэй попросила анестезиолога посмотреть, что происходит, вероятно, подозревая нечто подобное.
В инструкции к препарату в разделах о побочных эффектах и противопоказаниях не упоминался инфаркт миокарда, Лю Вэй внимательно прочитал её и ещё больше нахмурился.
Почему Чжоу Цуньвэнь так сказал?
Внезапно Лю Вэй вспомнил один случай из прошлого.
В начале своего существования Третья больница была медпунктом при группе компаний. Позже, благодаря крутости первого главного врача, медпункт превратился в крупную государственную больницу.
Но цели главного врача были довольно чёткими: акушерство и гериатрия были основными направлениями медицины. Изначально всё шло гладко, но позапрошлом году в родильном отделении внезапно умерла роженица, и родственники пациентки устроили большой скандал.
Это событие оказало огромное влияние на Третью больницу, которая только начала развиваться, хотя инцидент произошёл в родильном отделении, объём операций во всех хирургических отделениях резко сократился.
Использовали ли той роженице окситоцин?
Лю Вэй был озадачен, он записал этот случай.
Чжоу Цуньвэнь, кажется, немного интересен. Откуда он это узнал? Лю Вэй вспомнил выражение лица и поведение Чжоу Цуньвэня и ещё больше убедился, что тот точно знает, что карбетоцин может вызвать инфаркт миокарда.
Он знает даже о тех осложнениях, которых нет в инструкции? Чем больше Лю Вэй думал, тем больше ему становилось любопытно.
Не дожидаясь понедельника, с наступлением вечера Лю Вэй позвонил знакомому коллеге из архива.
Он хотел просмотреть истории болезни, чтобы подтвердить свои догадки.
Из-за высокого уровня квалификации родственники медперсонала больницы предпочитали обращаться к Лю Вэю для проведения операций, Лю Вэй был благороден, не брал взяток, и у него была хорошая репутация.
Хотя сотрудника архива вытащили из дома, он не был недоволен: "Брат Лю, у вас что-то случилось?"
"Нет, я просто вдруг вспомнил, хочу поучиться", - Лю Вэй отвечал уклончиво, одновременно ища историю болезни умершей пациентки позапрошлого года.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5750201
Готово:
