"Цунвэнь, что ты думаешь?" - Ли Цинхуа не спешил с выводами, хотя уже сделал их для себя.
"Операция действительно сложная, я склоняюсь к тому, чтобы её не делать", - сказал Чжоу Цунвэнь.
Они пришли к согласию, и больше не о чем было говорить, трое немного поболтали ни о чём, и Юань Сяоли вернулся в палату, чтобы подготовиться к выписке.
Он думал, что Чжоу Цунвэнь, несмотря ни на что, захочет сделать эту операцию, и если бы это было так, то было бы действительно сложно.
Операция была сложной, пациента с дыхательной недостаточностью обычные анестезиологи не решались брать на наркоз.
И кроме того, была ещё одна сложность - Ли Цинхуа считал, что это всё равно, что делать операцию самому себе, этот пациент периодически лечился в Народной больнице в течение десяти лет, но был вылечен хирургическим путём в Третьей больнице...
Подобные случаи говорили об одном - уровень техники Третьей больницы был выше, чем в Народной больнице.
Учителю будет неприятно, Ли Цинхуа тоже склонялся к тому, чтобы отказаться от этой операции.
Юань Сяоли изначально думал, что Чжоу Цунвэнь не упустит этот шанс, и независимо от состояния пациента, захочет попробовать.
Как можно превзойти старших, не идя по канату?
Многолетний опыт Народной больницы - это не шутка, в Третьей больнице даже электрокоагулятора нет, как можно превзойти Народную больницу?
Но, услышав ответ Чжоу Цунвэня, Юань Сяоли был немного сбит с толку.
Похоже, этот молодой врач не так уж и радикален, он знает меру.
...
...
Два часа двадцать минут дня.
Раздался грохот каталки, катящейся по полу, тот мужчина средних лет, держа снимки, постучал в дверь ординаторской.
Чжоу Цунвэнь посмотрел на него и слегка опешил.
То, что должно было случиться, всё-таки случилось.
"Здравствуйте", - Чжоу Цунвэнь с профессиональной улыбкой встал и поприветствовал, - "Кого вы ищете?".
"Вы же тот самый врач, который был утром", - мужчина средних лет узнал Чжоу Цунвэня, - "Это снимки моей мамы, пожалуйста, посмотрите".
Чжоу Цунвэнь внимательно осмотрел мужчину средних лет, пытаясь понять, что ему показалось неправильным.
Впрочем, неважно, сможет ли он увидеть проблему, система уже дала чёткий намёк... нет, явное указание, нечего гадать.
"Хорошо", - Чжоу Цунвэнь не стал сразу отказывать, а подошёл и взял снимки.
Ли Цинхуа тоже услышал звук, вышел из кабинета заведующего и увидел каталку и мужчину средних лет.
"Это тётя Бай, почему она приехала в Третью больницу?" - Ли Цинхуа спросил, хотя и так знал.
Пациентка слишком много раз лежала в больнице, и пациентка, и её семья были знакомы с врачами отделения торакальной хирургии Народной больницы. Пациентка лежала на каталке, её лицо побагровело, как баклажан, она тяжело дышала, как рыба, выброшенная на берег, но как бы она ни старалась, она не могла вдохнуть свежий воздух.
Ли Цинхуа подошёл и взял пациентку за руку, другой рукой обхватил её за спину и помог ей сесть на каталке в полулежачее положение.
"Тётя Бай, почему вы не поехали в Народную больницу?" - спросил Ли Цинхуа.
"Доктор Ли, что вы здесь делаете?" - мужчина средних лет был ошеломлён.
"Меня перевели сюда заведующим", - сказал Ли Цинхуа, - "А вы почему приехали?".
Конечно, он спрашивал, хотя и так знал.
У пациентки дыхательная недостаточность, ХОБЛ... всё это противопоказания к операции, операция невозможна, все слова говорятся для живых, каждый опытный врач-клиницист умеет это делать.
Семья пациентки рассказала о том, что произошло утром, Ли Цинхуа покачал головой: "Извините, врач, который у меня работает, не знал о состоянии тёти Бай.
Кстати, пусть тётя Бай обопрётся на что-нибудь, лучше, чтобы кто-нибудь помог ей сесть на каталке, так ей будет легче дышать".
Более десяти членов семьи пациентки, услышав слова Ли Цинхуа, отошли в сторону, и только одна девушка, казавшаяся несовершеннолетней, подошла, чтобы помочь поднять пациентку.
Ли Цинхуа вздохнул про себя, родственники пациентки уже своими действиями показали своё отношение.
"Идите за мной".
Ли Цинхуа позвал Чжоу Цунвэня и мужчину средних лет, ещё раз окинул взглядом пришедших родственников и вернулся в кабинет заведующего.
Вставив снимки в негатоскоп, Чжоу Цунвэнь и Ли Цинхуа начали их изучать.
На снимках видна гигантская булла в средней доле правого лёгкого с частичным неполным расправлением лёгочной ткани, очень типичная гигантская булла.
Из-за того, что булла слишком большая, она сдавливает лёгкое, лёгочная ткань средней доли правого лёгкого "исчезла".
По воспоминаниям Ли Цинхуа, раньше у пациентки не было так серьёзно, похоже, это прогрессирующее заболевание.
"Доктор Ли... нет, заведующий Ли, если вы можете сделать операцию... спасите мою маму", - сказал мужчина средних лет, - "Заведующий Чжу сказал, что ничего нельзя сделать, можно только ехать домой и ждать смерти. Моя мама не может дышать, я не могу смотреть, как она задыхается".
Голос мужчины средних лет был немного хриплым, слова "задыхается" дались ему особенно тяжело.
Хотя это была правда, Ли Цинхуа тоже не мог этого вынести, но состояние пациентки было очевидным.
Что по совести, что по закону, операцию делать нельзя.
"Эх, не то чтобы я не хотел помочь", - вздохнул Ли Цинхуа, - "У тёти Бай дыхательная недостаточность, после начала операции даже анестезию боятся делать, операцию невозможно провести".
Мужчина средних лет с некоторым разочарованием посмотрел на Ли Цинхуа, но Ли Цинхуа покачал головой и собрался снять снимки. Но как только он собрался взять снимки, он остановился.
Чжоу Цунвэнь правой рукой поглаживал свой ёжик, прищурившись, просматривал КТ лёгких пациента кадр за кадром.
Ли Цинхуа не стал мешать Чжоу Цунвэню изучать снимки, а сказал семье пациента: "У меня нет хороших способов, правда".
Руки мужчины средних лет немного дрожали, но в следующую секунду он "шлёпнулся" на колени перед Ли Цинхуа и жалобно сказал: "Заведующий Ли, умоляю вас, спасите мою маму".
"Не надо так, не надо", - Ли Цинхуа поспешно поднял мужчину средних лет, - "Ну что вы делаете".
"Заведующий Ли, я умоляю вас, моя мама правда не выдержит", - из глаз мужчины средних лет потекли слёзы, он плакал навзрыд.
Ли Цинхуа вздохнул: "Я же сказал, не то чтобы я не хотел помочь, просто операцию правда нельзя делать. Вы же видите, мы знакомы почти десять лет, разве я могу вам врать? К тому же заведующий Чжу из Народной больницы - мой учитель, он тоже сказал, что нельзя делать".
Мужчина средних лет всё ещё не сдавался, как будто ухватился за спасительную соломинку и ни за что не хотел отпускать.
Хотя в душе Ли Цинхуа было жаль, он ни за что не соглашался сказать, что можно.
Противостояние длилось около пяти минут, увидев, что Чжоу Цунвэнь снял снимки и положил их в пакет, Ли Цинхуа, поддерживая мужчину средних лет, силой вытолкнул его: "Вы знаете ситуацию, мы правда не можем ничего сделать".
Вытолкнув мужчину средних лет из кабинета, Ли Цинхуа вздохнул с облегчением.
Врачи ведь не боги, некоторые болезни просто невозможно вылечить, он тоже был беспомощен, но правильный вариант был только один - отказать.
Снова подойдя к каталке, Ли Цинхуа взял пациентку за руку, мягко улыбнулся: "Тётя Бай, я посмотрел ваши снимки, ничего страшного, всё как раньше. Возвращайтесь домой, спокойно лечитесь, и скоро всё наладится".
Сказав это, Ли Цинхуа отпустил руку, желая, чтобы семья пациентки увезла её.
Но его руку крепко сжали.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5745755
Готово:
