"Цунвэнь, откуда ты узнал, что она полгода пила федеральный сироп от кашля?", - спросил доктор Тэн, не обращая внимания на вопрос дежурного терапевта.
Федеральный сироп от кашля - это торговое название, а название по составу - пероральный раствор фосфата кодеина, в народе его ещё называют микстурой от кашля.
Фосфат кодеина относится к противокашлевым средствам центрального действия, обычно используется при сухом кашле без мокроты, обладает противокашлевым и обезболивающим действием, его сила действия составляет четверть от силы действия морфина, он может возбуждать дыхательный центр.
Приём большого количества фосфата кодеина может вызывать чувство эйфории и галлюцинации, а также побочные эффекты, такие как головокружение и учащённое сердцебиение, длительное употребление вызывает привыкание.
С 1998 года Министерство здравоохранения начало постепенно ужесточать контроль, и это лекарство, которое раньше было очень распространено в больницах, теперь можно купить только в аптеках.
Примерно до 2010 года, когда производство было полностью свёрнуто и запрещено, федеральный сироп от кашля канул в Лету.
Из-за этого после него не осталось никаких особенно хороших противокашлевых препаратов, что тоже очень прискорбно.
Эффект от федерального сиропа от кашля был довольно впечатляющим, жаль, вздохнул про себя Чжоу Цунвэнь.
"Да угадал, небось, многие пьют федеральный сироп от кашля", - Чжэн Шаньго, дежурный терапевт, недолюбливал Чжоу Цунвэня, ему вообще не нравились все из торакальной хирургии, и он продолжал наезжать на Чжоу Цунвэня.
"Помимо противокашлевого эффекта и привыкания, длительный приём больших доз федерального сиропа от кашля может привести к разрушению костной ткани и потере кальция в организме, и даже к тяжёлому остеопорозу. Я посмотрел снимки, опухоль не рассматриваю, поэтому подумал о других возможных причинах", - честно сказал Чжоу Цунвэнь.
"..." Чжэн Шаньго, выслушав Чжоу Цунвэня, опешил.
Неужели фосфат кодеина может приводить к потере костной массы и даже к переломам? Почему он об этом не слышал?
"Давайте проверим", - Чжоу Цунвэнь поставил флакон с раствором глюкозы на стол, - "Если больше ничего нет, то я пойду".
"Хорошо, если что, я тебе позвоню", - хотя доктор Тэн и не верил, но Чжоу Цунвэнь говорил уверенно, и ему больше нечего было сказать.
"Ладно".
Проходя мимо Чжэн Шаньго, Чжоу Цунвэнь с улыбкой сказал: "Старина Чжэн, я не имею никакого отношения к делам Ван Чэнфы".
Дежурный терапевт Чжэн Шаньго, чьи мысли были раскрыты, не отвёл взгляд, а злобно уставился на Чжоу Цунвэня своими маленькими, словно не до конца открытыми глазами.
Чжоу Цунвэнь тоже был бессилен что-либо с этим поделать.
В конце концов, в тот день поступок Ван Чжицюаня вызвал всеобщее негодование, из-за чего отношение к нему и ко всей торакальной хирургии изменилось.
Ван Чжицюань? Чжоу Цунвэнь начал размышлять об этом человеке. Он не стал ничего объяснять Чжэн Шаньго, а просто, заложив руки за спину и слегка ссутулившись, вышел из ортопедии.
"Строит из себя старого кадровика", - пренебрежительно сказал Чжэн Шаньго, глядя на удаляющуюся фигуру Чжоу Цунвэня.
"Старина Чжэн, ты думаешь, это может быть остеопороз, вызванный фосфатом кодеина? Почему я не знаю, что у фосфата кодеина есть такое осложнение?", - спросил доктор Тэн.
"Проверь, я думаю... возможно", - хотя Чжэн Шаньго и не хотел этого признавать, но был вынужден это сделать.
...
...
Чжоу Цунвэнь, заложив руки за спину, словно старый кадровик, неспешно возвращался в отделение, испытывая чувство гордости.
Не потому, что другие не разбирались, а он, как герой, спас положение, поняв, что за болезнь у пациента, а потому, что этого пациента не нужно оперировать.
Как говорится в книге, если поступил один экстренный пациент, то второго, скорее всего, не будет, подумал про себя Чжоу Цунвэнь.
"Брат Чжоу, что за пациент?", - с тревогой спросила медсестра.
"К нашему отделению не имеет отношения, не переживай", - успокоил её Чжоу Цунвэнь.
"Ну и хорошо, я уже всё приготовила, думала, придётся срочно спасать. Хорошо, что обошлось, хорошо", - сказала медсестра, испуганно прижимая руку к сердцу.
"Хе-хе, какая же ты трусишка, я же здесь", - самодовольно сказал Чжоу Цунвэнь.
"Пф, как будто ты сам не боишься".
Перекинувшись парой слов с медсестрой, Чжоу Цунвэнь вдруг услышал звонок своего мобильного телефона.
Он достал его и взглянул на экран - звонила Лю Сяобе.
"Сяобэ, что случилось?", - спокойно спросил Чжоу Цунвэнь.
"Мне нужно съездить в провинциальный центр, хотела спросить, не знаешь ли ты каких-нибудь предпринимателей".
"Э-э...", - Чжоу Цунвэнь потерял дар речи, Лю Сяобе, наверное, ошиблась номером.
В то же время в ушах Чжоу Цунвэня смутно прозвучал "динь-дон" - звук уведомления о задании.
Дежурство, задание - эти два слова, поставленные вместе, словно брошенный в воду кусок натрия, заставили пульс Чжоу Цунвэня мгновенно подскочить.
Это что, намёк на то, что скоро поступит экстренный пациент?
"Алло? Плохая связь? Что за дурацкая связь, показывает полный сигнал. Алло, алло, доктор Чжоу, вы здесь? С вами всё в порядке? Хэллоу? Аньёнхасэё? Савади-кап?".
Из телефона донёсся голос Лю Сяобе.
"Нет, я слышу, Сяобэ, ты уверена, что не ошиблась номером? Спрашиваешь, знаю ли я каких-нибудь бизнесменов?".
"Конечно, не ошиблась, я мало кого знаю, как я могла ошибиться. Я подумала, ты же врач, вдруг у тебя есть какие-нибудь связи".
"А что ты собираешься делать?", - с любопытством спросил Чжоу Цунвэнь.
"В Германии продаётся сталелитейный завод, я хочу связаться с ними и заработать немного комиссионных за информацию".
"..."
"Ты не смотри свысока, у этого сталелитейного завода очень передовые технологии, они переносят производство, поэтому и продают. Если бы у кого-то был зоркий глаз, можно было бы вложить кучу денег и перевезти оборудование сюда...".
"Какой завод?".
На другом конце провода повисло молчание на несколько секунд, затем Лю Сяобе сказала: "Эта информация стоит денег, я не могу тебе сказать, но могу сказать кое-что другое - в том городе есть футбольный клуб".
"Я не знаю таких людей, Сяобэ, я всего лишь врач с двухлетним стажем. Даже если бы я ассистировал на операции у такого предпринимателя, он бы всё равно обратился к заведующему отделением, профессору, но точно не ко мне", - Чжоу Цунвэню было совершенно неинтересно, какой сталелитейный завод продаётся, и он говорил чистую правду.
Он всегда был таким: не могу - значит не могу, и совершенно незачем хвастаться перед девушкой.
"Тогда понятно", - Лю Сяобе была немного разочарована. - "Ты работай, желаю тебе удачного дежурства, чтобы не поступали пацие...".
"Не говори!", - Чжоу Цунвэнь внезапно, инстинктивно прервал Лю Сяобе.
"Странный", - с презрением сказала Лю Сяобе. - "Ладно, пока".
Из "Нокии" послышались гудки, Чжоу Цунвэнь с сожалением покачал головой и положил трубку.
Что это с ним?
Профессор высшей категории, и вдруг боится экстренных случаев...
Чжоу Цунвэнь глубоко вздохнул, как было бы хорошо, если бы в мире не существовало таких отвратительных "существ", как экстренные случаи.
И то верно, слишком уж он остро отреагировал, не может же быть, чтобы из-за слов Лю Сяобе сразу же поступил экстренный пациент? Напугал девушку...
Только он об этом подумал, как в сестринской раздался пронзительный звонок телефона.
Сердце Чжоу Цунвэня замерло, в глазах погас свет, он молча ждал, что уготовила ему судьба.
Медсестра побежала к телефону.
"Брат Чжоу! Экстренный случай!"
Выругавшись про себя, Чжоу Цунвэнь злобно подумал, что это всё из-за проклятого языка Лю Сяобе!
Он сделал глубокий вдох, и тут донёсся звук открывающейся двери отделения, от которого сердце Чжоу Цунвэня дрогнуло.
Эх, ну что ты, что ты, успокаивал себя Чжоу Цунвэнь.
Но экстренный случай есть экстренный случай, даже если Чжоу Цунвэнь и сталкивался с ними раньше, но не имел с ними дела уже как минимум 10 лет, он всё равно не мог сразу же адаптироваться.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5720499
Готово:
