Лао Бай, как обычно, сидел на стуле, принесённом рабочими, рядом был раскрыт зонт от солнца с логотипом "Хахава". Помощник режиссёра Сяо У тут же подобострастно подбежал, чтобы прикурить ему сигарету.
"Сяо У, сходи за Хуахуа, я ей расскажу про сцену", — сказал Лао Бай, затянувшись дымом, закинув ногу на ногу и с видом всезнающего старца.
"Слушаюсь", — Сяо У тут же резво побежал к машине с кондиционером, принадлежащей съёмочной группе.
Не прошло и нескольких минут, как разодетая в пух и прах красивая женщина, покачивая бёдрами, подошла и прильнула к Лао Баю: "Ой, режиссёр, ну что вы в такую жару опять про сцену, разве нельзя было подождать до вечера? Такая жара, у меня вся кожа загорела".
Лао Бай усмехнулся и ущипнул Хуахуа за тонкую талию: "Маленькая Хуахуа, ты ещё смеешь перечить режиссёру, ты актриса, понимаешь, должна быть преданной своему делу, когда я говорю тебе прийти и обсудить сцену, ты должна прийти, ясно! Хочешь верь, хочешь нет, но я могу прямо сейчас вырезать все твои сцены".
"Я ошиблась, режиссёр, говорите, Хуахуа слушает", — тут же начала кокетничать Хуахуа.
"Вот так-то лучше, подставь ротик, ой, то есть ушко..."
Пошептавшись с Хуахуа и вдоволь налапавшись, Лао Бай наконец отпустил её, затем, затянувшись сигаретой "Суянь" за двадцать юаней пачка, словно лев, высоко поднял голову, осматривая свои владения. Было слишком жарко, съёмочная группа ещё не начала снимать, несколько сотрудников тоже ленились, играя в карты в сторонке.
В этот момент подошёл молодой человек в кепке и с небритым лицом.
Лао Бай уже собрался нахмуриться и спросить у охраны, почему на съёмочную площадку, когда всех посторонних вывели, пускают кого попало. Но этот молодой человек тут же достал из кармана пачку "Хуанхэлоу" в жёлтой обёртке и протянул одну сигарету Лао Баю: "Режиссёр, снимаете кино? Я пришёл посмотреть, как тут у вас, не помешаю?".
"Ого, лимитированная серия "Хуанхэлоу"", — глаза Лао Бая загорелись, он тут же поднёс сигарету к носу и понюхал, запах настоящий, и сразу же проглотил слова, которыми собирался прогнать парня. Присмотревшись, он заметил, что хотя молодой человек одет просто, но всё это — одежда международных брендов, и тут же расплылся в улыбке: "Откуда ты, парень?".
"Из Лучжоу, приехал сюда туристом, услышал, что здесь снимают кино, вот и пришёл посмотреть. Очень завидую вам, тем, кто снимает кино, это так круто".
Лао Бай небрежно выбросил свою пачку "Суянь" за двадцать юаней, прикурил лимитированную "Хуанхэлоу", с наслаждением затянулся: "Да так, ничего особенного, всего-то управляю сотней с лишним человек, да несколькими звёздочками".
Тут же разговорился с молодым человеком, и в процессе беседы Лао Бай почувствовал, что нашёл родственную душу. Молодой человек казался понимающим, многие его взгляды совпадали со взглядами Лао Бая, например, в вопросах конструктивной съёмки постельных сцен, использования ракурсов и практического опыта в сценах с поцелуями, а также различных преимуществ негласных правил.
Разговорившись, Лао Бай даже забыл о съёмках: "Я тебе вот что скажу, парень, это я не хвастаюсь. Чжан Имоу, Фэн Сяоган — мои кореша, братья. Просто Лао Бай занимается искусством, а не коммерцией, мои фильмы — они для экспертов..."
"Круто, Лао Бай, а как вы тогда вообще решили пойти по режиссёрскому пути?"
"Режиссёр, режиссёр — это тот, кто руководит игрой других, хочешь сниматься — должен принимать мои указания, какие тут могут быть причины, хе-хе", — усмехнулся Лао Бай.
"Высоко! Лао Бай, а ты вот снимаешь фильмы, но не гонишься за кассовыми сборами, ты не думал о том, что, если, я говорю, если, однажды никто не захочет спонсировать твои фильмы, что ты будешь делать?"
"У каждого человека есть рот и две ноги, не буду снимать кино — с голоду не помру".
"Я смотрю, вы, киношники, живёте не очень-то хорошо, не думал бросить? Или, скажем, если фильм не понравится, не было желания всё бросить, перестать снимать?"
"Ну и язык у тебя, парень, разве я похож на человека, у которого дела идут плохо? Если бы не сигареты, которыми ты меня угостил, я бы тебя сразу выгнал. Я тебе вот что скажу: хорошо снят фильм или нет — это второстепенно, главное — получаешь ли ты удовольствие от процесса съёмок. Если не снимать кино, где ещё можно будет спать с маленькими звёздочками, если не снимать кино, где ещё можно будет так развлекаться?"
Лао Бай тоном бывалого человека продолжил: "Ради чего все эти деятели искусства стараются? Да к чёрту искусство, если нет денег и развлечений, кому нужно твоё искусство или собачье дерьмо. Знаешь, кому из коллег я больше всего завидую?"
Молодой человек опешил: "Кому?"
"Шао Шуайцзюнь, слышал о таком? Молодой ещё, раньше в Хэндяне снимал, я сразу его приметил, даже подсказывал ему, как снимать. Но парень смышлёный, умеет деньги делать, свою компанию открыл, денег куча, какой фильм захочет, такой и снимет, чёрт возьми, сто миллионов долларов потратил на дерьмо, а всё равно толпа народу ждёт, чтобы ему задницу лизать. Позавчера эта, как её, Лю Шиши, знаешь такую, в Weibo написала, что всегда будет поддерживать Шао Шуайцзюня, аж тошнит! А ещё эта Лю Шиши, такая милашка, ц-ц, тоже в Weibo написала, что Шао Шуайцзюнь — лучший режиссёр в её сердце, ну вот скажи, разве не так надо жить, спать с женщинами, играть на бирже..." — Лао Бай говорил с завистью в голосе.
Молодой человек чуть тише произнёс: "Может быть, у него есть свои цели, "Ночной дозор" с треском провалился, для него это наверняка большой удар".
"Да какой там удар, он же не разорился, у компании "Чжуймэн" активы на миллиарды, публичная компания, транснациональная корпорация, скоро уже своё здание достроят".
Лао Бай сплюнул: "Знаешь, какой сейчас самый популярный сериал? "Чжэнь Хуань Чжуань", его компания сняла, один только первый показ почти на миллиард потянул; знаешь, какое самое популярное развлекательное шоу? "Голос Китая", его компания продюсирует, продали права на онлайн-трансляцию сайту Sohu за сотни миллионов; знаешь, какой фильм сейчас в прокате идёт, "Половое созревание", скоро миллиард соберёт, тоже его компания сняла; знаешь, какой сериал американцы сейчас больше всего любят смотреть? "Теория большого взрыва", тоже его компания снимает; знаешь, какой фильм только что вышел в Северной Америке, "Сумерки"? За первую неделю стал лидером проката, и это ещё он отказался от режиссуры, хотя это и глупо..."
"Послушать тебя, так и правда, никакого удара для него нет".
"Нельзя сказать, что совсем нет, ругали его сильно, да и "Ночной дозор" и правда много денег потерял. Но, пока его компания продолжает зарабатывать, он хоть каждый день будет снимать убыточные фильмы, и что с того, всё равно будет развлекаться с женщинами, жить жизнью высшего общества, ц-ц, завидно, но ничего не поделаешь".
"Может быть, его цели не ограничиваются наслаждением жизнью".
"Да брось ты, пусть он проваливается полжизни, посмотрим, будет ли он ещё стремиться к искусству. Человек должен трезво смотреть на вещи, съёмки — это тоже часть жизни, будь я на его месте, я бы снимал "Сумерки". Слышал, он отказался от "Сумерек", потому что они слишком детские, не бросают вызов, а по-моему, это просто юношеский максимализм, лечить надо! Кстати, парень, мы с тобой неплохо поболтали, нет желания проспонсировать мой фильм, я тебе роль второго плана дам? Если есть желание, ты понимаешь, хе-хе".
Молодой человек поправил кепку, обнажив небритую улыбку: "Лао Бай, я много полезного вынес из твоего рассказа. Роль второго плана не нужна, я больше привык играть главные роли, желаю тебе приятных съёмок. Ах да, кстати".
Молодой человек указал на нескольких девушек, болтающих у машины с кондиционером, все они были маленькими звёздочками съёмочной группы: "Лао Бай, видишь, вон та, невысокая, с двумя веснушками на лице, вот эта девушка и есть твоя будущая жена, относись к ней хорошо, поверь мне. Пока".
Сказав это, он, оставив Лао Бая в полном недоумении, встал и направился к выходу.
На полпути он снял кепку, поднял глаза к небу и беззвучно вскрикнул.
"Спасибо тебе, Лао Бай, ты помог мне понять, что моя история только начинается. Я — Шао Шуайцзюнь, я буду терпеть неудачи, но никогда не сдамся! Вылечу юношеский максимализм и продолжу свой путь!" (Продолжение следует.)
http://tl.rulate.ru/book/129786/5601322
