— Голливуд приветствует тебя, Шао!
Браун Вейтч, держа бокал, сделал знак Шао Шуайцзюню. Это был район вилл лос-анджелесских богачей, построенный на склоне горы, откуда открывался панорамный вид на сверкающий огнями Голливуд. Браун был президентом кинокомпании Miramax, после того как он принял от Харри дела разваливающейся компании Miramax, «Раскрашенная кожа» стала первым фильмом, за который он взялся.
«Раскрашенная кожа» не обманула ожиданий, как тёмная лошадка, с 30,28 миллионами долларов она заняла первое место по кассовым сборам за уик-энд. После недели проката общие кассовые сборы составили 41,05 миллиона долларов, за вычетом доли кинотеатров и расходов на рекламу, уже можно было гарантировать небольшую прибыль, а дальнейшие кассовые сборы будут чистой прибылью.
Браун, пребывая в отличном настроении, немедленно устроил в своей вилле приём для Шао Шуайцзюня и других. Чжао Вэй, Чжоу Сюнь, Чэнь Кунь, Се Тинфэн, Чжэнь Цзыдань, Сунь Ли и другие освободились от рекламной кампании в стране и приехали в Америку, чтобы насладиться этим славным моментом. Первоначально в планах не предполагалось, что «Раскрашенная кожа» будет иметь такой успех в Америке, поэтому основной упор делался на рекламу в Азии, и несколько главных актёров летали по разным странам Азии.
Но неожиданный взлёт «Раскрашенной кожи» в Америке мгновенно показал инвесторам золотую гору.
Сколько ни старайся в Азии, всё равно не сравнится с тем, сколько можно легко заработать в Америке.
После короткого совещания инвесторы приняли временное решение отправить главных актёров на промо-акции в Америку. Так и состоялся сегодняшний вечерний приём на вилле.
Шао Шуайцзюнь покачивал в высоком бокале тёмно-красное вино, говорят, произведённое во французском Сотерне, в замке Люр-Салюс, из личной коллекции Брауна. Согласно его хвастовству, это красное вино является одним из лучших в мире, из винограда с одной лозы можно приготовить лишь небольшой бокал, а в некоторые годы виноград не соответствует требованиям, и не получается произвести ни одной бутылки.
Как бы Браун ни хвастался, в глазах Шао Шуайцзюня это вино следовало разбавить спрайтом, чтобы оно стало вкусным: «Неважно, приветствует меня Голливуд или нет, достаточно, чтобы меня приветствовали американские зрители».
— Ха-ха, верно сказано, если готовы платить деньги, неважно, Голливуд это или Болливуд, всё хорошее кино. За доллары, выпьем!
— Выпьем, — Шао Шуайцзюнь слегка пригубил красное вино, немного горьковатое, он не чувствовал в нём ничего вкусного, но выпитое было не вином, а вкусом, — «Прекрасное вино в светящемся кубке ночном, лишь выпить хочу — уж звучит пиба вдали. Усну я пьяным на поле брани — не смейся, с древних времён кто с битвы вернулся живым?». Хорошее вино, хорошие стихи!
— Что? — с любопытством спросил Браун.
— Стихотворение, написанное древним китайцем, о том, что жизнь воина, отправляющегося в поход, неизвестно когда оборвётся, так почему бы не наслаждаться моментом, — улыбнулся Шао Шуайцзюнь.
— Ха-ха, верно, нужно наслаждаться моментом. Видишь, наши голливудские блондинки уже зовут тебя взглядом, не буду мешать вам, молодым, — Браун, улыбаясь, похлопал Шао Шуайцзюня по плечу и отошёл, смысл был очевиден.
Как только Браун ушёл, высокая блондинка, держа бокал шампанского, подошла кошачьей походкой. Ещё до того, как она приблизилась, нахлынул сильный запах духов. Красотка подняла бокал с шампанским: — Привет, великий режиссёр из Китая, здравствуйте. Меня зовут Кристина.
— Здравствуйте, — Шао Шуайцзюнь незаметно отвернул нос, такой сильный запах духов — это либо вопрос вкуса, либо попытка скрыть какой-то другой запах. В любом случае, Шао Шуайцзюню это было неинтересно.
— Я посмотрела «Раскрашенную кожу», это потрясающий фильм, я была очень тронута после просмотра. Режиссёр, способный снять такой замечательный фильм, наверняка, романтичный и страстный человек. Увидев вас лично, я должна сказать, что мои предположения оказались верны, вы очень красивый, крутой, молодой и полный мужественности, в этом и есть очарование восточных мужчин.
Блондинка протараторила серию комплиментов, затем слегка придвинулась к Шао Шуайцзюню, в её взгляде читался вызов: — Вы не хотите узнать мой номер телефона? Можете пригласить меня на кофе наедине.
Хм, это что, знакомство или намёк на негласные правила?
Шао Шуайцзюнь потерял дар речи.
Ему очень хотелось сказать, что хотя издалека она выглядит горячей штучкой, но она слишком высокая, кожа у неё слишком грубая, макияж слишком яркий, а запах духов слишком резкий, и кроме восхищающей его открытости, всё остальное его не интересует.
— Прошу прощения, боюсь, у меня не будет времени пригласить вас.
Блондинка не стала настаивать, кивнула и ушла. После неё подошли ещё несколько красоток с горячими фигурами, чтобы познакомиться. К сожалению, Шао Шуайцзюнь не проявлял особого интереса к европейкам и американкам, ему всегда казалось, что у них слишком грубая кожа и большие поры, в отличие от нежной кожи восточных людей.
После нескольких таких подходов Шао Шуайцзюнь, словно гомосексуалист, не проявлял никакого интереса к женскому полу. Несколько раз потерпев неудачу, блондинки, естественно, стали игнорировать его существование и отправились на поиски других жертв. Оставив Шао Шуайцзюня одного с бокалом терпкого красного вина, с интересом наблюдать за мужчинами и женщинами в свете ламп.
Чжао Вэй и Чжоу Сюнь, очевидно, стали центром внимания всего вечера. Благодаря успеху «Раскрашенной кожи», они стали китайскими звёздами, которых американцы узнали после Чжан Цзыи, бесчисленное количество молодых и зрелых красавцев Голливуда липли к ним, как мухи. А Чжэнь Цзыдань и Се Тинфэн вели себя очень раскованно и весело болтали с несколькими блондинками.
Вскоре Чэнь Кунь и Сунь Ли присоединились к компании Шао Шуайцзюня, втроём они сидели на диване и скучно переговаривались. Шао Шуайцзюню было скучно, Чэнь Кунь был немного подавлен, Сунь Ли не пользовалась вниманием, казалось, что все трое были изолированы от круга общения.
— Босс, когда вы будете снимать «Сумерки»? Я купила книгу и прочитала её несколько раз, очень интересно, — Сунь Ли пыталась завязать разговор.
— Думаю, скоро, уже идёт подготовка, «Сумерки» довольно простые, съёмки пройдут быстро.
— сказал Шао Шуайцзюнь немного скучающим тоном, неизвестно почему, но после успеха «Раскрашенной кожи» он внезапно потерял интерес к съёмкам «Сумерек». Действительно, у «Сумерек» есть основа в виде романа, есть пример будущего успеха, и если он приложит немного усилий, то эти фильмы станут мировым хитом.
Но что в этом?
Есть ли в «Сумерках» что-то, кроме кассовых сборов?
Какой в них смысл?
Если говорить о кассовых сборах, то он может найти кого-то другого для съёмок, и всё равно получит кассу, так зачем тратить своё время?
Ради славы?
Он так не думал. В прошлой жизни разве кто-то из режиссёров, снявших «Сумерки», стал благодаря этому знаменитым, получил награды или что-то в этом роде? Такой пресный попкорновый фильм, если бы он был абсолютным новичком, возможно, и принёс бы ему похвалу благодаря кассовым сборам.
Но сейчас он уже трижды штурмовал Голливуд и, как и хотел, занял первое место по кассовым сборам за неделю, чего в Китае, кроме Чжан Имоу, не добивался никто! К тому же, кассовые сборы «Раскрашенной кожи» за неделю почти равны месячным сборам «Героя», его коммерческие достижения в Америке намного превзойдут достижения Чжан Имоу.
«Возможно, после завершения проката „Раскрашенной кожи“ мне нужно будет пересмотреть свои цели… А пока позвольте мне ещё раз насладиться аплодисментами в мою честь!»
Он взял стакан сока и вылил его в свой бокал с красным вином.
Бульк.
Выпил залпом, ощущая превосходный вкус.
Вот какой вкус и должен быть у красного вина! (Продолжение следует).
http://tl.rulate.ru/book/129786/5601295
