Скоро наступило время ужина.
Отец Цзян утром уехал в командировку, поэтому, конечно, не вернётся на ужин с Цзян Нин.
Что касается матери Цзян, у неё вечером званый ужин, и она, скорее всего, вернётся поздно ночью, так что тоже не сможет поужинать с дочерью.
Однако родители позвонили Цзян Нин, называя её "малышкой" и утешая, словно пропустить ужин с ней было чем-то серьёзным!
– Доченька, какие подарки ты хочешь? Папа привезёт тебе, когда вернётся! Только не капризничай дома, не смущай горничную и не расстраивай маму, поняла? – сказал отец.
Цзян Нин не знала, то ли смеяться, то ли плакать:
– Папа, ну сколько мне лет? Ты всё ещё хочешь меня так успокаивать?
На другом конце провода отец Цзян задумался. Потом он вздохнул и сказал:
– Ладно, ладно! Не будь такой строгой. Тебе нравится этот парень Сюй Лу, и если хочешь вложить в него деньги, сделай это ради забавы. А я сделаю вид, что ничего не знаю, и не буду тебе ничего говорить, хорошо?
– Нет, подожди!
Когда дело касалось денег, Цзян Нин сразу становилась осторожной. Разве она не объяснила матери ясно, что хочет порвать все связи с Сюй Лу и больше не иметь с ним ничего общего? Старики, похоже, не верят и продолжают поддерживать его финансово.
– Папа, я действительно не хочу, чтобы наши деньги снова ушли к Сюй Лу. Я не дам ему ни копейки на инвестиции, и надеюсь, что ты тоже не будешь его поддерживать. Не балуй его!
Цзян Нин говорила это очень серьёзно. Однако отец на другом конце провода не мог поверить её словам. Дело в том, что это был далеко не первый раз, когда он слышал подобное от дочери.
В прошлом всё заканчивалось тем, что через три дня Цзян Нин снова начинала восхищаться Сюй Лу перед родителями и умолять их полностью его поддержать. Это сводило его с ума и разбивало сердце!
Теперь, как он мог снова поверить её словам?
– Эх, я больше не буду вмешиваться в ваши отношения с Сюй Лу. Я старый, у меня сил нет! – отец Цзян говорил с грустью. – Но запомни, не доставляй хлопот маме. Она тебя очень любит, а здоровье у неё слабое. Она не вынесет твоих угроз, поняла?
Цзян Нин схватилась за лоб:
– Я знаю, я всё понимаю.
– Вот и хорошо!
Закончив разговор с отцом, она вскоре получила звонок от матери.
Мать Цзян тоже называла её "малышкой" и сказала, что побывала на аукционе и заказала мужские часы за 10 миллионов, о которых Цзян Нин так мечтала.
– Теперь ты довольна?
Мать вздохнула, и в её голосе сквозила бесконечная любовь к дочери.
– Сюй Лу — парень, которому повезло с предками! Надеюсь, он проявит немного совести и будет хорошо к тебе относиться, ведь ты так искренне к нему относишься.
– Что?!
Цзян Нин на другом конце провода не расслышала ничего кроме "10 миллионов".
Она не смогла сдержать удивлённого вздоха.
– Мама, ты можешь потратить 10 миллионов на часы, а мне почему не дашь?
– Это деньги, которые я собиралась отдать тебе, – удивилась мать. – Разве ты не говорила, что не хочешь денег и просила купить тебе эти часы?
– Что?!
Цзян Нин вскочила, словно на неё наступили.
– Мама, дорогая мама. То, что я говорила утром, разве ты не приняла это всерьёз?
– А, Нин Нин...
Мать на другом конце провода долго молчала. Она не хотела говорить: "Я давно поняла твои уловки и разочарована в тебе".
Как бы то ни было, Цзян Нин была её единственной дочерью. А огромное семейное состояние рано или поздно всё равно окажется в её руках.
Тогда зачем сейчас сопротивляться? Они не смогут быть с ней вечно. В конце концов, как распорядиться этим богатством, зависит только от Цзян Нин.
В таком случае...
Лучше потратить деньги с удовольствием, чтобы сохранить гармонию в семье и не допустить лишних конфликтов.
– В любом случае, часы уже куплены и скоро их доставят домой, – мать Цзян всё же отказалась от идеи читать нотации дочери, боясь снова её разозлить. – Проверь их, когда привезут. У меня дела. Я отключаюсь.
Цзян Нин, держа телефон, чувствовала себя растерянной.
10 миллионов.
Потрачены на часы.
На этот раз они действительно купили часы.
Она вышла на балкон второго этажа, вздохнула и мысленно сто раз прокляла прежнюю хозяйку этого тела.
Успокоившись, она спустилась в столовую.
Пока она говорила по телефону, Бай Чжэньюй сидел в гостиной и делал домашнее задание, никуда не уходя.
– Эй, Чжэньюй, ты действительно трудяга, – сказала Цзян Нин, беря в руки его тетрадь.
– Рукопись тоже красивая. Ты тренировался? – спросила она.
Бай Чжэньюй покачал головой.
– Как она могла найти время для занятий каллиграфией?
У неё была настолько слабая база, что даже выполнение домашних заданий, которые задавали в колледже, давалось ей с огромным трудом.
– Пойдём, время ужинать.
Цзян Нин отложила учебник, взяла её за руку и повела за собой.
– Сегодня мои родители не смогут вернуться, чтобы поужинать со мной, так что ты составишь мне компанию.
В огромном ресторане действительно были только они вдвоём.
Закрыв дверь, чтобы изолироваться от внешнего шума, Бай Чжэньюй усадили за стол, прямо перед её любимыми блинчиками с пастой из бобов.
Бай Чжэньюй сглотнула слюну, чувствуя себя немного неловко.
Сегодня она почти ничего не ела, и в её сумке лежал оставшийся холодный пампушка, который она планировала съесть на ужин.
И теперь, глядя на стол, полный деликатесов, она вспомнила о том пампушке...
Ладно.
Сегодня он ей точно не понадобится.
– Ешь, чего стоишь? – Цзян Нин подала ей большой крабовый клешню. – Попробуй, он очень свежий.
– А? Спасибо...
Какой огромный клешня!
Бай Чжэньюй украдкой примерила его к своей ладони. Он был размером с её руку.
На столе не было краба целиком, только суп из крабового мяса в горшочке.
Какого же размера был сам краб?
Бай Чжэньюй аккуратно откусила немного.
Сладковатый аромат, который она никогда раньше не ощущала, медленно распространился во рту, наполняя её чувством нереального счастья.
Она откусила ещё больше!
Насыщение, настоящее насыщение.
Вот каково оно – свежее крабовое мясо...
Это совсем не то, что крабовые палочки, которые продают на улице.
Почему же Лу Цзи говорил, что они почти одинаковые?
Неужели это был обман?
Бай Чжэньюй бережно положила клешню обратно и принюхалась.
Ей вдруг захотелось плакать.
Поэтому она быстро потянулась за салфеткой, будто бы вытирая нос, и украдкой промокнула уголки глаз.
– Давай, попробуй тушёные рёбрышки, которые приготовил мой повар. Интересно, почувствуешь ли ты разницу? – Цзян Нин продолжала подкладывать ей еду.
Впервые она ощутила радость от того, что у неё есть кто-то, кого можно опекать.
Бай Чжэньюй ела аккуратно, словно милый котёнок, который даже не пытался выглядеть милым.
Но...
Почему-то в этот момент она действительно начала плакать.
– Что случилось? Я же тебя не обижаю, почему ты плачешь? – спросила Цзян Нин.
Бай Чжэньюй покачала головой.
Она опустила палочки и тихо сказала:
– Я... я на самом деле не люблю всё это. Я сыта, спасибо.
– Ты действительно та, кто говорит одно, а думает другое, – рассмеялась Цзян Нин.
– Твои глаза просто прилипли к крабовым клешням, а ты говоришь, что не любишь их! Тебе не надоело так жить, постоянно притворяться?
http://tl.rulate.ru/book/129711/5771549
Готово:
