Это лицо часто показывают по телевизору. Тому, кто каждый вечер смотрит «Новости Хуася́», хорошо знаком человек, сидящий напротив Фань Цимэна – пресс-секретарь Госсовета, назначенный главным наставником Академии Гоцзун.
- Ты уверен, что она сможет угадать эти экзаменационные вопросы? – Мужчина, сидевший напротив Фань Цимэна, отличался редкой красотой. Он небрежно приподнял густые брови и с улыбкой спросил. В восемнадцать лет его прозвали самым красивым выпускником Академии Гоцзун.
Когда он поступил в Чжуннаньха́й и стал пресс-атташе, внимание привлекал не столько его талант, сколько внешность, способная вызвать дикий восторг у женщин. Даже сейчас, когда ему за тридцать, его считают самым привлекательным зрелым мужчиной Чжуннаньхая. С ростом популярности телевидения в Китае, все больше женщин начинают смотреть китайские новости. Говорят, дело не в заботе о государственных делах, а в тридцати минутах ожидания появления Шао Шутуна на несколько секунд.
- Я точно не разглашал вопросы! – Фань Цимэн с силой ударил ладонью по столу, лицо его помрачнело. Он был старше Шао Шутуна на двенадцать лет, но всегда оставался в его тени. Неужели это разница между первым и вторым местом в Академии Гоцзун? То, что он не смог победить Лю Ханьжу́я на экзаменах, было самым большим сожалением в его жизни. Когда они вместе поступили в Чжуннаньхай, он был полностью затмéн Шао Шутуном, который был младше его на курс. Он знаком с Шао Шутуном почти тридцать лет, и он прекрасно понимал значение его улыбки.
- Я и не говорил, что вопросы разгласил ты. Отчего ты так нервничаешь? – успокаивающе произнес Шао Шутун. Он просто случайно увидел несколько экзаменационных бланков в кабинете начальника, вот и решил заглянуть. Он давно не был в столице, кажется, пропустил много интересного.
- Ты что, про Шао Шутуна говоришь? - старик Фань Цимин, услышав его слова, не только не задумался, но и еще больше расстроился. Мол, что он все время про Шао Шутуна толкует? Разве не он слил экзаменационные вопросы? А может, это сам Первый со счетом их слил? Ты должен знать, что эту тему лично предложил Первый, и очень немногие знали о ней. Даже в академии Гоцзюнь только он один имел право хранить эту тему. А слова Шао Шутуна звучали так раздражающе.
- Ладно, не будь таким чувствительным. Может, девушка действительно умная? Или очень высокомерная. В любом случае, экзаменационные вопросы не могли быть разглашены.
Он хотел было пошутить с Фань Цимином, но не знал, откуда тот такой нечувствительный. Фань Цимин совершенно не выносил шуток, поэтому ему оставалось лишь прекратить поддразнивать. Хоть они и были одного возраста, Шао Шутун всегда считал Фань Цимина своим братом. Старый ученый был немного старомоден и не умел адаптироваться. К счастью, он говорил правду, и сейчас очень мало людей, кто мог говорить правду, как старый ученый. Даже с его первоначальными мечтами, он стал политическим водоворотом интриг и уловок. Он был так хитер. Хотя он знал, что старому ученому не нравилось его видеть, он все равно приходил к нему смиренно, чтобы Фань Цимин почувствовал отвращение. Это было похоже на то, как будто на нем было слишком много грязи. Придя сюда, он мог стать более гладким, если посмотреть вверх и вниз. После того, как он смахнул слой грязи, он понял, что после того, как он вышел, его навыки ничуть не ослабли, а наоборот, стали сильнее.
- Вот это почти то же самое, - Фань Цимин наконец расслабился, услышав его слова.
- Старик Фань, я слышал, ты ученика взял?
- Ага, - кивнул Фань Цимин. Для него это не было чем-то особенным. Просто он нашел кого-то, кто унаследует его дело. Но сравнив за этот период, он обнаружил, что все же немного больше нравится ему Лань Фэн.
Более того, он представился учеником того человека, чем явно гордился. Лань Фэн же воплощала свет знатного рода, она была представительницей народа, и даже если ею восхищались, оставалось только сожалеть.
- Старина Фань, это на тебя не похоже. Ученика принял, дело радостное. Почему лицо такое печальное? Неужто ученик тебя обманом взял?
Фань Цимин думал, что понял Шао Шутуна, точно так же, как Шао Шутун думал, что понял Фань Цимина. Откуда Шао Шутун мог знать, что в этот момент Фань Цимина терзало не недовольство ученицей.
Сожаление о Лань Фэн было похоже на поход в торговый центр: выбираешь, приглядываешься к товару, но кто-то другой покупает его первым. Такое сожаление вполне могло стать внутренней демонической преградой Фань Цимина в будущем.
Почему мир устроен так, что недостижимое всегда кажется лучшим? Даже ему сложно избежать этой пошлости. В конце концов, он просто обычный человек.
- Какое тебе дело до того, счастлив я или печален, зачем пришел ко мне? - спросил Фань Цимин, переходя к сути. Он уже почти час находится с ним, но они так ни о чем и не поговорили. Тот просто сидел здесь, как будто собирался идти спать.
К счастью, студентки на передних сиденьях привлекли их внимание, но теперь все ушли, а он все еще сидит тут дураком. Неужели он не знает, что сейчас является официальным представителем, который общается с иностранцами?
Разве может быть по-другому?
- Эй, что это за взгляд у моего брата? Не могу я с тобой поговорить о еде, сне и игре в доудоу?
- Иди-ка отсюда, когда ты стал таким скучным? - наконец рассмеялся Фань Цимин, услышав это.
- Ладно, признаю, у меня были недобрые намерения. Я хотел найти ту девушку, которая только что была здесь, - пожал плечами Шао Шутун. - Ты их главный инструктор, как насчет того, чтобы помочь мне все устроить?
- Товарищ Шао Шутун, в той группе людей сейчас было несколько девушек? Которую именно вы хотите найти? - Несмотря на то, что он прекрасно знал, кого ищет Шао Шутун, ему просто не хотелось, чтобы тот добился своего так легко, поэтому он решил немного поиздеваться над ним. Кто велел Шао Шутуну так едко выразиться в его адрес только что?
- Конечно, ту, что выступила ярче всех и которую вы так сильно не любите, - с озорной улыбкой ответил Шао Шутун.
Если бы он не улыбался, было бы лучше. От его улыбки сердца молодых сотрудниц за стойкой учащенно забились. Увидев, как Фань Цимин взял стакан с водой и сделал большой глоток, сотрудница в три шага подошла к нему с чайником. Она налила кипяток в стакан Фань Цимина, а перед тем как уйти, одарила Шао Шутуна милой улыбкой.
Когда сотрудница отошла, Фань Цимин вздохнул с облегчением.
- Нельзя сказать, что ты бесполезен. Всегда есть одно преимущество: обслуживание более внимательное, чем обычно, а улыбка девушек слаще, чем обычно.
Услышав слова Фань Цимина, Шао Шутун посмотрел на стакан с водой перед собой и горько усмехнулся. Самое трудное в мире - принять доброту красавицы, поэтому в подобных ситуациях он редко прикасался к стакану. Иначе это обернулось бы бесконечными неприятностями. Конечно, красивое лицо - это хорошо, но оно должно соответствовать роду деятельности. Если бы он работал в индустрии развлечений, это было бы совершенно нормально. Но с лицом, пригодным для шоу-бизнеса, он занимался государственными делами. К сожалению, он не древний император, который мог принимать всех без разбора. Каждое его слово и каждое действие находились под пристальным вниманием окружающих, поэтому он мог лишь сдерживать себя, чтобы не дать повода для критики тем, кто жаждал этого. Другие стремились к благосклонности красавиц, но он предпочитал избегать их. Женщина могла быть как медом, так и ядом.
- Ты собираешься воспользоваться этим, чтобы отомстить? – Шао Шуюэ поднял глаза и пронзительно посмотрел на Фань Цимина, а затем вздохнул с сожалением: - Забудь об этом, сейчас мы в равных условиях. Помоги мне договориться о встрече! – сказал он, отведя взгляд.
Не то чтобы он потерпел поражение, просто ему казалось, что такое противостояние слишком по-детски и бессмысленно. Ему некогда было тратить время на подобные пустяки. Его ждало еще много дел.
- Хорошо! Раз уж ты настаиваешь.
Поднявшись, они перестали препираться. Фань Цимин подошел к стойке и что-то тихо сказал служащему. Тот с сомнением взглянул на Шао Шуюэ, но, следуя указаниям Фань Цимина, позвонил кому-то.
Все было в порядке.
- Пойдем! Зайдем ко мне в кабинет, - пригласил Фань Цимин.
На этот раз Шао Шуюэ кивнул без слов и направился за Фань Цимином. Это место, конечно, не подходило для разговора. Он выбрал его только потому, что оно находилось рядом с общежитием. Прежде чем принять окончательное решение, он хотел узнать последние результаты расследования по этому делу.
Кабинет Фань Цимина был довольно просторным, около двадцати-тридцати квадратных метров, но был заставлен горами книг. Это был кабинет главного инструктора Академии Гоцзун, и здешняя коллекция книг была лишь верхушкой айсберга от всего собрания Академии. Множество экзаменационных вопросов отбиралось именно из этих огромных томов.
- У меня здесь нет чая, - бесцеремонно заявил Фань Цимин, войдя в кабинет.
- Я пришел сюда не чаю просить, - Шао Шуюэ вытащил случайную книгу с полки и принялся ее листать: - Этот мир действительно удивителен. Я был здесь тридцать лет назад.
(Продолжение следует. Если вам нравится это произведение, пожалуйста, голосуйте за рекомендации, ежемесячные голоса, ваша поддержка – моя величайшая мотивация.)
Глоссарий:
Небесная стрела патрулирования - оружие Альянса Десяти Тысяч Бессмертных.
Примечания: Недостаточно слов, объем будет дополнен позже.
http://tl.rulate.ru/book/129621/6480772
Готово:
